Ведь на яркий свет летят мотыльки

      «Жизнь айдола… почти каждый мечтает о ней, не зная, что скрывается по ту сторону медали. Быть айдолом — быть безвольной и идеальной куклой, видя, как тебя ею делают. И ты не можешь сделать с этим что-то, ты просто раб. Раб компании, расписания, договора, а главное — собственных фанатов. Ведь именно из-за фанатов айдолы и мучаются этим всем. Хочешь быть известным, популярным, хочешь много фанатов, славы и денег? Придется быть покладистым щенком, меньше тявкать и больше работать. Тогда твои мечты сбудутся, если это, конечно, можно называть мечтами, ведь ты даже не можешь быть самим собой. Потому что твой образ, которого ты должен придерживаться всё время, придумывают сценаристы».       Вспомнив слова отца, девушка ухмыльнулась. Раньше они казались такой чушью, а спустя годы она увидела, что родитель был прав. Лишь спустя много лет она это поняла и мысленно даже поблагодарила отца за то, что он не разрешил ей стать этой куклой и спас от столь несчастной участи.       Пока на съёмочной площадке все торопливо бегают, она же — загадочная и странная девушка в чёрном брючном костюме с бежевым топом, с небольшой и небрежной дулькой из тёмно-коричневых волос — сидит в углу на стуле и внимательно смотрит за происходящим. На ней сияют золотые серьги круглой формы, несколько золотых колец на длинных и тонких пальцах, помада нюдового оттенка слегка подчеркивает пухлые губы. Главный атрибут, отличающий её от всех — это солнечные очки в помещении.       И вот, вроде бы, одна сцена снята, следом и вторая, режиссёр проекта доволен. Когда съёмки подходят к концу, таинственная незнакомка элегантно покидает выделенное ей место и начинает негромко аплодировать, привлекая внимание всех находящихся на площадке.       — Неплохо, актерское мастерство на высшем уровне, но добавьте в свои же слова хоть чуть искренности. Зритель должен думать, что это и вправду ваши слова, а не глупые реплики сценария, — говорит строго она, всматриваясь в стоящих перед ней людей. Одно лицо она знала наизусть, оно заставляло её улыбаться в самый тяжёлый и невыносимо сложный день. В этом лице она узнала старого друга, которого не видела уже около десяти лет.       — Госпожа Бан, — поклонился ей режиссер. В ответ она таинственно улыбнулась и элегантно зашагала в сторону выхода, цокая высоким каблуком и придавая своему уходу эпичности и масштаба.       Все находившиеся на площадке прибывали в шок от такой яркой и загадочной личности, как данная особа.       Лично её не знал никто, кроме одного из молодых айдолов, хотя в сфере работы его трудно назвать молодым, ведь с дебюта прошло почти десять лет.       Вскоре все снова стали суетиться и бегать в помещении. Актёров шоу отпустили и поблагодарили за работу, а стафф принялся за собственные дела.       И вот, они идут в гримёрку, обсуждая столь таинственную даму в солнечных очках. Она задела каждого из этой семёрки. Не зная никого, лишь понаблюдав за процессом съёмок, девушка поняла, что все они лишь играют роль, без малейшей искренности. Но одного парня из компании это особо не волнует, он поскорее идёт с гримёрку, надеясь, что увидит её там… спустя столько лет…       Он стоит перед дверью и вдыхает как можно больше воздуха. Дрожащей рукой дотрагивается до ручки и распахивает дверь, видя перед собой ту самую таинственную особу, стоящую и рассматривающую предметы на туалетном столике парня. Она быстро переводит взгляд айдола, искренне улыбается и раскрывает руки для объятий.       Парень подбегает к ней и крепко-накрепко обнимает, наклоняет голову и чувствует запах, присущий одной лишь ей. Удивительно, но за десять лет он не изменился. Она так же пахла осенним утром после дождя, и этот запах он никогда не забудет.       Девушка стала нежно гладить его по спине, немного щекотя маленькими пальчиками.       — Ты вернулась, — шёпотом произносит он, не веря до сих пор в то, что она сейчас рядом.       — Я обещала и я вернулась, — так же тихо отвечает девушка и ещё крепче обнимает старого друга.       — Чонгук, тут… — вдруг дверь снова открывается, и в комнату заходит Чимин, который явно удивлен этой картиной. Девушка, которая покорила его своей тонкостью, прямолинейностью, женственностью и таинственностью несколько минут назад, сейчас с большой любовью обнимает Чонгука. Он стоит и непонимающе смотрит то на друга, то на девушку.       Они отрываются от объятий и переводят взгляды на Чимина.       — Стоит ему рассказать? — спрашивает Чонгук, не отводя взгляда от девушки.       — Стоит рассказать всем, но не сегодня, — она ухмыляется и так же элегантно покидает гримёрку старого друга, вплотную проходя мимо удивлённого Чимина. Тот же внимательно смотрел на эту потрясающую девушку, запоминая каждое её аккуратное, женственное, вычурное движение и ловя загадочный взгляд данной особы. Она прошлась мимо него, даже не посмотрев в сторону Пака, оставив лишь след сладких и вкусных духов со вкусом «Клубника и шампанское».       — Чонгук, кто это? — спустя какое-то время спросил Чимин. Но тут в комнату зашел Тэхён и забрал всё внимание на себя.       — Вы куда пропали? Там Намджун такое рассказал про это девушку, неужели не хотите послушать? — говорит он, на что Чонгук ухмыляется. Вряд ли он сможет узнать что-то новое о ней.       Чимину же было очень интересно узнать хоть что-то о таинственной особе.       Втроем они направились к комнате отдыха. Открывая дверь, они видят остальных мемберов, бурно беседующих о чём-то.       — В компании ходят слухи, что она дочь кого-то из директоров, — сказал Намджун и перевёл взгляд на зашедший парней, — А вы, что-то знаете о ней?       — Я нет, а вот… — только хотел произнести Чимин, как Чон аккуратно ударил его в бок.       — Я тоже нет, чисто как и вы, много слухов слышал, — соврал Чонгук. Сразу после этих слов он услышал звук открывающейся двери и посмотрел в обратную сторону. В комнату зашел менеджер.       — Парни, та дама, которая сделала вам замечание — ваш новый режиссер. Она очень строгая девушка, будьте с ней аккуратны.       — Прошу прощения, а как её зовут? — спрашивает Чимин в душе ликуя от того, что сможет получше узнать эту девушку.       — Мари, — доносится этот таинственный голос, — что означает «лучшая», — девушка заходит в комнату, всматриваясь в парней, — буду рада знакомству и работе с вами, — она искренне улыбнулась и села на один из свободных диванов.       — Оставлю вас тут, — сказала главный менеджер и ушла в большой коридор.       — Что же, раз мы остались наедине, то я готова ответить на ваши, видимо, многочисленные вопросы, — спокойной сказала Мари и снова окинула всех оценивающим взглядом.       — Ты и вправду дочь одного из директоров? — первым подал голос Тэхён.       — Верно. Я Бан Мари.       — Неужели… — только хотел озвучить свою догадку Джин, как его перебили.       — Да, я дочь Бан ШиХёка.       — Ого, — хором сказали мемберы.       — Ты одно время была трейни, почему ушла отсюда? — спросил Хосок.       — Отец отправил меня учиться заграницу и не одобрил моё желание стать айдолом.       — Ты наша фанатка? Почему выбрала из всех групп именно нас? — подал голос и Намджун.       — Нет, скорее не ваша, а лишь одного человека. Кого — говорить не буду, пусть это останется маленькой интригой.       — Насколько ты хороший режиссёр? — на этот раз спросил Юнги.       — Настолько, что даже сейчас вижу, как за твоей хладнокровной и спокойной маской скрывается волнение и неуверенность в заданном вопросе, — в ответ Юнги довольно кивнул в знак одобрения.       — Я так понимаю на этом вопросы закончились? — Мари встала с дивана.       — Нет, последний, — собравшись подал голос Чимин. — Кем тебе является Чонгук? — Чонгук напрягся, а Бан Мари ничуть не изменилась в лице.       — Хах, Чимин, проницательный ты. Чонгук мой…       — Друг, — ответил за неё сам Чон. — Мы старые друзья.       — А теперь если вы будете не против, я украду у вас моего друга. Мне ему нужно многое рассказать, — в ответ все кивнули, а она улыбнулась кончиком губ. Мари покинула комнату вместе с Чонгуком, и вновь элегантные стуки каблука по холодному кафелю разнеслись по этажу.       Она привела его в свой новый кабинет. Он был небольшим, напротив двери стоял рабочий стол, с правой стороны стоял шкаф с документами и книгами, а с левой — небольшой чёрный диван. Интерьер дополняли две картины: на одной было нарисовано цветущее поле, а на другой — закат на берегу моря.       Они сели на диван, так и не сказав ничего друг другу.       — Как ты? — тихо и растерянно произнёс Чон, смотря в её глубокие карие глаза и от неловкости потирая затылок.       — Все идет великолепно. Моя карьера пошла в гору. У меня было много больших проектов, да и серию книг выпустила. Кстати, они тоже пользуются популярностью.       — Я за тебя очень рад. Помню, читал твои мини истории лет двенадцать назад. Они и тогда получались очень интересными, а сейчас, я думаю, и вовсе идеальные.       — Спасибо, но до идеала даже мне далеко.       — У меня со слухом проблемы? — наигранно улыбнулся Чонгук, — или сама Бан Мари сказала, что она не идеальна?! — Мари легонько ударила его по плечу в ответ.       — Я идеальна, просто не во всём сразу.       — Вот такую тебя я уже узнаю. Это моя старая подруга Мари, с которой я пережил многое, — после этих слов короткая пауза повисла в кабинете. — А зачем ты вернулась? У тебя же всё было хорошо…       — Во-первых, я захотела домой. В последнее время меня охватила тоска по родному дому и родителям. Во-вторых, все предложенные мне проекты были не очень хороши, мне они не понравились. А ты ведь знаешь, что если меня что-то не устраивает, то я не собираюсь в этом участвовать. Ну а в-третьих, я соскучилась по тебе, Чонгук! — он смущённо посмотрел на неё.       Она ведь особо не изменилась за эти десять лет. Всё такая же красивая фигура, те же привычки и жесты, даже длинна волос не поменялась, хоть волосы и были завязаны, но парень все же понимал, что они не длиннее ключиц. Изменился лишь её взгляд… он стал более осознанным и спокойным. Раньше она смотрела на всё с любопытством и стремлением познать мир. Сейчас же она знает, чего хочет, зачем хочет, какие у неё цели, и на что она готова ради них. Это заметно в ней с первого взгляда, холодного и пронзающего взгляда. Лишь потом получится увидеть некую доброту и умиротворение и понять, что эта девушка не каменная леди, а очень даже ранимый и эмоциональный человек.       — Я тоже по тебе скучал, Мари, — ответил парень. Тут же в кабинет ворвалась женщина с документами. Не глядя на ребят, она перебирала в руках бумаги.       — Мари, зайдите пожалуйста за своим расписанием к директору. Он сказал, что только вам лично его отдаст, — женщина поклонилась и скрылась, уходя по длинному коридору.       — Ладно, Гуки, мне пора. Отец, видимо, хочет что-то важное сказать, — девушка только хотела встать, как Чон схватил её за руку.       — Я хочу встретиться с тобой ещё. Вне офиса.       — Хм, — Мари задумчиво прикусила губу, — сегодня в шесть я буду выезжать на велопрогулку. Приезжай.       — Ты не меняешься, — улыбнулся Чонгук, вспомнив как десять лет назад так же катался с ней на велосипедах ровно в шесть часов вечера.       — Нет, Гуки, я меняюсь. Просто эта привычка, лёгкое воспоминание о родном городе и о тебе, — с этими слова девушка скрылась за дверью.       — Нет, ты не меняешься — подумал Чон. — Ты всегда уходила так, оставляя меня одного. Так ещё и уходила со словами, над которыми я буду очень долго думать…       Бан Мари всё так же элегантно шагала по коридору большой компании в поисках кабинета директора, по совместительству и родного отца. Она замечает знакомое имя на двери, постучала и услышала женский голос.       — Войдите!       Кабинет отца выглядел намного больше и лучше. Он состоял из двух комнат. Первая — кабинет секретаря, а второй — самого ШиХёка. Секретарь сидела за столом и печатала очередные документы. Это была женщина средних лет, одетая в бордовое платье с пышными рукавами. Хвост из слегка осветленных волос аккуратно ложился на её спину, придавая женщине некой строгости. Тонкие и худые пальцы что-то быстро печатали и после забирали из принтера.       — Я к Бан ШиХёку, — четко сказала МаРи, показав головой на дверь. — К нему можно? — женщина злобно посмотрела на пришедшую девушку, оторвавшись от, наверняка, важной работы. Она нажала на неизвестную Мари кнопку на столе.       — Господин, к вам можно?       — Кто спрашивает? — после этих слов, женщина прикрыла микрофон рукой.       — Как тебя зовут?       — Мари.       — Полностью.       — Бан Мари. — секретарь снова открыла микрофон.       — Бан Мари, — в ответ тишина, лишь в кабинете ШиХёка стали слышны какие-то звуки. Но тут дверь директора открылась, и оттуда вышел сам Бан ШиХёк.       — СонХи, впредь эту юную леди пропускай ко мне всегда без предупреждения.       — Почему? — не поняла СонХи, покосившись на девушку.       — Не слышала слухи? В моей компании теперь работает и моя дочь. Познакомься, — ШиХёк легким кивком указал на дочь, а женщина опешила от такого заявления и поклонилась Мари.       — Простите, больше такого не повторится.       В ответ она ничего не получила, и отец с дочерью зашли в кабинет.       — Рад тебя видеть, Мари.       — Взаимно, отец. Зачем вызывал?       — Почему ты вернулась? И почему не сообщила мне?       — Я приняла решение, что теперь буду работать в Корее. А не сообщила я, потому что ты бы не позволил.       — Ты права. Я не одобряю твоё решение. Ты молодой и профессиональный режиссер, который успел снять уже несколько удачных проектов и прославиться почти на весь мир. Зачем тебе работать в этой сфере? — девушка молчала, ведь не хотела говорить правду, — а я знаю. Ты ведь хотела увидеть своего Чонгука? Работать с ним, проводить больше времени.       — Нет, это неправда! — выкрикнула девушка, хотя прекрасно понимала, что отец не перестанет так думать, ведь это — правда.       — Подумав немного, я принял решение, — Мари сильно заволновалась. Если ШиХёк опять отправит её куда-то, то как же Чонгук? — Поиграй немного, а потом ты снова вернёшься к кино съемкам.       — Спасибо, отец! — обрадовалась Мари и поцеловала его в щеку.       — Только будь аккуратна, милая. Чонгук сейчас на пике популярности, так же, как и ты. Фанаты могут вас заметить, пока вы будете гулять или сидеть в кафе. И тогда…       — Я знаю, чем это может кончиться, — достаточно убито произнесла она. Ей до сих пор больно вспоминать прошлое. Эти десять лет были неимоверно сложными. И всё, что произошло за это время, убило в ней детские мечты и взгляды на жизнь. Она теперь не ребенок, который с интернетом познаёт мир, она взрослый, взрослый человек, который уже сделал много ошибок и с реализмом смотрит на мир. — Я пожалуй пойду. До окончания рабочего дня осталось три часа. Мне нужно работать, — девушка встала и направилась к двери.       — Мари, напомни зачем ты приходила? — улыбнулся ШиХёк.       — За расписанием, — тихо сказала девушка и ухмыльнулась отцу. — Спасибо, что напомнил, — МаРи забрала бумаги из рук ШиХёка. — Теперь я точно пойду.       — Иди-иди, работа не ждёт.       Девушка скрылась за дверью. Поклонившись секретарю, она направилась в кабинет — изучать расписание.

***

      — Так, значит, на сегодня я всё сделала, — вслух сказала Мари и начала собираться. Но тут вдруг кто-то постучался в дверь. — Войдите.       В кабинет зашёл Чимин. В руках он держал стопку бумаг.       — Чимин, это ты? Зачем пришел? — всё также собираясь, спросила Мари.       — Мне сказали передать тебе сценарий. Послезавтра будут съёмки чего-то там.       — Положи сюда, — девушка указала на край стола, — завтра разберусь, — девушка вышла из кабинета и направилась вдоль по длинному коридору, как вдруг её окликнули.       — Эй, Мари, — неуверенно произнес Чимин. Мари повернулась к нему, — не хочешь погулять… со мной?       — Не сегодня, Чимин, — она снова пошла по коридору и, только подойдя к повороту, повернула голову в сторону Пака, — и впредь, если захочешь что-то мне предложить, будь более уверен в своих словах. Ненавижу мямлей, — и она скрылась, оставив Чимина одного.       — Ах, какая девушка, — думал он, — я её добьюсь, обязательно!

***

      Она как всегда опаздывает — думал Чонгук, пока ждал Мари, сидя на велосипеде. Они договорились встретиться в парке, находящемся в 130 километрах от города. Там очень редко кто-то гуляет, из-за того, что он сильно далеко находится от населенных пунктов. Зато здесь красиво и живописно.       — Привет, — донёсся знакомый голос.       — Ты опоздала, — буркнул Чон, повернув голову в сторону Мари. Она была в чёрных шортах по колено и в белой майке с алым сердцем на груди. Девушка приехала на красном велосипеде, и Чонгук сразу его узнал, — ты даже велосипед не поменяла.       — Да, я не могу его выкинуть или продать ть. Уж слишком много он значит для меня.       — Как ты сюда добралась? — решил перевести тему Чон.       — А ты как?       — На машине, велосипед спокойно поместился.       — А я на вертолете, — Чонгук удивлённо просмотрел на подругу, а та саркастично ухмыльнулась, — зачем спрашиваешь, если сам знаешь, что приехала я на машине?       — Ты не меняешься, Бан Мари, — вздохнул парень.       — Сейчас ты узнаешь, как я теперь быстро катаюсь! Пыль будешь глотать! — Мари сдвинулась с места и поехала прямиком вглубь парка.       — Это мы ещё посмотрим, кто у нас тут будет пыль глотать.

***

      — Гуки, уже закат… — остановившись сказала Мари, внимательно изучая все краски убывающего солнца.       — Помнишь, в старшей школе я подарил тебе свою картинку, где был нарисован закат. И ты сказала мне, что теперь закат всегда будет напоминать тебе обо мне.       — Я и вспоминала. Каждый увиденный закат мне напоминал тебя, и когда-то я даже плакала, потому что скучала.       — Я тоже очень сильно скучал. Идти без тебя по этой карьерной лестнице было очень сложно.       — Согласна. С тобой мне бы было намного проще.       — Но к сожалению так распорядилась судьба…       — Не судьба, а мой отец, — с небольшой злостью произнесла она.       — Не злись на него. Он хотел как лучше. Он хотел тебя уберечь от…       — Я не хочу об этом говорить, Гуки. Это прошлое, давай лучше наслаждаться нашим настоящим. — она оттолкнулась и поехала дальше. Чонгук улыбнулся.        — Как же она повзрослела — подумал он.       — Эй, подожди меня! — и Чон поехал догонять Мари.       Через полчаса они накатались. Уже стемнело. Попрощавшись, они расселись по машинам и отправились домой.       В конце концов, они теперь работают вместе, поэтому прощаться было не очень сложно. Они теперь могут видеться каждый день. Может, когда-то они даже и устанут от друг друга, но сами в это не верят.