Часть 1
2 сентября 2023 г., 13:02
***
— Я могу дать тебе выбор, — Кхаотан сделал глоток сакэ и взглянул на парня, сидящего перед ним. — Я редко это делаю, так что рекомендую выслушать. — Какой выбор? — Сидящий напротив него молодой парень смотрел настороженно. — Таблетки. — Заметив вспышку негодования, поднял руку, останавливая возмущение. — Не наркотики. Снотворное. Ты просто уснешь. Меня тоже это устраивает. — Просто снотворное? — Да, Фёст. Я не планирую одурманивать тебя ничем… запрещенным. Кхаотан позволил себе легкую усмешку, глядя на недоверчивый взгляд. Который, впрочем, быстро сменился равнодушным. Фёст пытался «держать лицо». Но Кхаотан заметил явную борьбу в душе. Что-то сильно беспокоило его собеседника. — Что тебя тревожит? Я так понимаю, ты не против в целом сомнофилии? — Нет, не… Сомнофилия — это нормально. Просто вы… — Можно на ты, Фёст. Мы знакомы довольно давно. — Хорошо, — Фёст кивнул и чуть нахмурился — Могу я тогда попросить, чтобы ты меня не снимал? — Попросить можешь. — Кхаотан согласно кивнул. — Но? — Фёст нервно сглотнул. — Это будет стоит дополнительного условия. Скажем… Я буду выбирать для тебя одежду, в которой ты будешь спать. Фёст явно услышав это условие подумал о чем — то непристойном. Кхаотан подавил улыбку. В чем-то, разумеется, он был прав. В будущем вполне могли быть и непристойные костюмы в которых Фёст будет находиться в его постели. Но в первый раз он его явно удивит. — Хорошо. Никакой съемки в обмен на согласие надевать то, что ты мне выдашь, в качестве пижамы. Кхаотан сделал знак своему юристу, и тот быстро вписал обсуждаемые пункты в договор. После чего с поклоном подал на подпись. Фёст подписал. После короткого мгновения сомнения и выдоха, как перед прыжком в воду. Он же не раздумывал ни секунды. — Тебя проводят в гостевое крыло. Прими душ. На кровати будет уже лежать одежда и таблетка. Переоденься, прими ее и ложись. Остальное моя забота.***
Самое тяжелое — ждать. Но он ждал полгода, прежде чем захлопнуть ловушку. Может подождать и этот час. Фёст встретился ему в институте и мгновенно привлек внимание. Высокий и удивительно красивый парень обнимал девушку и казался счастливым. Кхаотан бы смирился с этим, если бы не одно но. Именно эту девушку он видел в объятиях с другим парнем пару дней назад. И это желание вывести на чистую воду обманщицу стало его первым шагом. Рассорить пару было очень просто. Попутно он выяснил, что Фёст учится на факультете бизнеса, мечтает открыть бар. Что он любимый сын в неполной семье. Обожает котов и животных вообще, но ужасно их боится. Что он любит поесть и поспать, а на вечеринках пьет коктейли с колой. Что поет в ванной, но мечтает о сцене… Когда заметок о Фёсте набралось на тетрадь в сотню листов, Кхаотан понял, что влюбился. Но было уже поздно отступать. Да и не хотелось. Тогда он сделал второй шаг. Он стал мелькать чаще в компании, где был Фёст. У него уже была репутация человека, с которым лучше не связываться. Но и одновременно с тем, кто может помочь с проблемами. Если ты готов заплатить, конечно. Фёст осторожничал, напоминая Кхаотану пугливого кота. Но они иногда здоровались. Могли обсудить меню в столовой. Или Кхаотан не против был помочь с литературой по анализу бизнес-процессов. Не друзья, но… все же чуть больше, чем просто знакомые. А потом был третий шаг. Долг. Фёст был студентом-стипендиатом. Каждый год ему было необходимо подтверждать свои знания для продления стипендии. Но это было не все. Места могли сократить, передать более перспективному студенту или просто повысить требования. Во всех случаях при отзыве стипендии студент мог подать повторно на нее, но на следующий год. А текущий обязан был оплатить полностью. Стоимость годового обучения в этом году выросла в два раза. Когда Фёст об этом узнал, это оказалось для него слишком неожиданным финансовым ударом. Кхаотан хладнокровно наблюдал за тем, как Фёст пытается найти выход из ловушки. Кредит ему бы одобрили, но с минимальной суммой. Да и для выплаты пришлось бы устроиться на вторую работу, что грозило потерей времени для учебы. Фёст сумел путем помощи одноклассникам и временных подработок накопить на оплату первого полугодия. Но чуть не попал в больницу из-за истощения. Семья помогла мало, да и не в принципах Фёста было просить денег у мамы. Полгода. Именно через шесть месяцев Фёст все же решился на встречу с ним, как с тем, кто может помочь в затруднительном положении. Кхаотан кивнул, выдыхая напряжение и вознося мысленную молитву благодарности Будде. Если бы Фёст продолжал истощать себя в попытках заработать, план пришлось бы срочно менять. Но после того, как он все же решился попросить его о помощи, все было уже подготовлено. Кхао мягко успокоил одноклассника и назначил встречу в своем доме, пригласив на ужин. И уже после него озвучил свои условия. У Фёста был выбор: или бросить институт, или согласиться. Он согласился. Ловушка захлопнулась.***
Вошедший слуга сообщил, что шум в ванной прекратился. Кхаотан дал Фёсту еще десять минут. После чего отдал весьма четкие приказы охране его дома, слугам распорядился не беспокоить его ни под каким предлогом и направился в свою спальню. В комнате было тихо. Едва слышно работал кондиционер. Шаги скрадывались ковром. Кхаотан остановился у края кровати, прислушиваясь. Дыхание Фёста было мягким, веки крепко сомкнутые. Кхао откинул алую газовую ткань полога и вздохнул, присматриваясь к парню, ради которого он выстроил многоходовую схему. Он того стоил. В простой футболке и мягких спортивных штанах, Фёст спал на спине, закинув одну руку за голову, а вторую устроив на груди. Ресницы отбрасывали тень на щеки. Одеяла не было, но в комнате было достаточно тепло, чтобы босые стопы не мерзли. Можно было делать с ним все, что пожелаешь и пальцы закололо от ощущения вседозволенности. Кхаотан наклонился и прислушался к дыханию. Ровное и глубокое, оно говорило о крепком сне. Он протянул руку и погладил Фёста по щеке. Первое прикосновение к парню, которого он захотел в своё полное владение. Кхао с наслаждением гладил скулы, заправляя пряди волос за уши. Сердце билось в диком темпе, отзываясь гулом в ушах. Никто еще так не мог так довести Кхаотана до жесткого стояка, просто позволяя гладить свое лицо. И, наконец, он позволил себе наклониться и поцеловать Фёста, удерживая его голову в ладонях. Губы оказались такими мягкими, что голова мгновенно закружилась. Кхаотан пробовал на вкус верхнюю губу, касаясь снова и снова. Когда он отстранялся, то между губами протягивалась ниточка слюны, заставляя его возвращаться и снова пробовать на вкус Фёста. Он коснулся пальцами губ, нырнул указательным в горячую влажность, поглаживая язык. Воздух в комнате мгновенно стал тяжелым, когда зубы Фёста царапнули ему подушечку. Он почти кончил. Только от поцелуев! Но этого было мало. Кхаотан позволил себе скользнуть ладонью под футболку Фёста, лаская кожу на груди и животе. Беспорядочно, просто наслаждаясь возможностью прикоснуться. Когда оргазм подступил уже острым тянущим желанием, Кхао перехватил свой член у основания и замер, тяжело дыша и жмурясь. Для того, что он задумал, ему понадобиться выдержка. Он осмотрел спящего Фёста. Губы теперь у него были алыми, и слегка поплывшая дуга Купидона вызывала однозначную реакцию. Укусить его. Пометить. Взять. С едва слышным шуршанием нож покинул ножны. Лезвие вспороло ткань майки, виртуозно не касаясь ни миллиметра кожи. Кхао рассматривал открывшееся тело, и в его темных глазах горело желание. Идеальный. Кхаотан понимал, что такое поклонение телу явно нездорово, но ему было все равно. Он десятки раз наблюдал, как Фёст переодевается в институте после тренировок в дзюдо. И в голове тогда мелькали тысячи картинок того, как он бы зацеловал все это великолепие. Как прошелся бы языком, а затем зубами по соскам. Как зацеловал бы всю эту длинную шею. Особенно там, где дрожит тонкая венка под кожей. И как бы он касался везде, ощущая под ладонями расслабленные мышцы. И все это он позволял делать себе сейчас. Можно ли обвинить его в извращении? Да. Жалеет ли он? Нет. Тем более, Когда поцелуи Кхаотана достигли области пупка, Фёст впервые простонал. Негромко и на выдохе. Но он откликнулся. Ранее, когда Кхао покусывал ему соски, он только вздрагивал, и эта реакция могла свидетельствовать и о удовольствии. И о неприятных ощущениях. Но стон был явно от удовольствия. Кхао улыбнулся, облизываясь. Тонкие спортивные штаны легко было стянуть вниз, полностью оголяя живот и гладко выбритый пах. Член Фёста был полувставшим, с темно-алой головкой. И Кхаотан сглотнул мгновенно заполнившую рот тягучую слюну. Он сейчас может и делает. Таков план. Он обхватил аккуратно член пальцами и погладил. Орган, еще расслабленный, немного увеличился, стал горячее. Головка увлажнилась, когда он погладил ее подушечкой большого пальца. И Фёст снова сладко выдохнул. Полуобнаженный, уязвимый и крепко спящий Фёст. Тело которого уже разогревалось под умелыми ласками. Уже начавший тихо стонать под поцелуями. Что останавливало Кхаотана? Мораль? — Ты даже не представляешь, как тяжело мне сейчас от тебя отрываться, Фёст. — Кхао прошептал, нависая и заглядывая в лицо парня. — Как мне хочется дойти до конца. Но… Сегодня мне придется сделать еще пару шагов, чтобы ты стал окончательно моим.***
Шум где то в глубине дома привлек его внимание. Он бросил взгляд на часы и удовлетворенно кивнул головой. Натянул снова на талию Фёста трусы и штаны, игнорируя свою эрекцию. Сел на кровать. Поправил позу так, чтобы голова Фёста лежала у него на коленях, и, опираясь спиной о изголовье, стал ждать. Дверь распахнулась с треском. — Где он? — Ворвавшаяся женщина поражала своей красотой и яростью. — Где мой сын? Если я узнаю, что ты… — Не шумите, госпожа Пуйтракул, — Кхаотан осадил ее ледяным тоном. — Ваш сын спит. — Что ты сделал с ним, чудовище? — Она зашипела, собирая кисть в подобие когтистой лапы хищника, но замерла. Кхаотан поигрывал ножом в опасной близости от шеи ее мальчика. — Ничего особенного. — Кхао кивком предложил ей сесть в кресло рядом с кроватью. И мягко улыбнулся, когда она его послушалась. — Я заключил контракт с Фёстом. К чести госпожи Пуйтракул, только сжавшиеся на мгновение губы стали свидетельством бессилия ее ярости. — Что входит в контракт? — Она спросила, держа осанку. — Оплата его обучения до конца его образования. Если после четырех лет учебы он захочет продолжить, оплата и этих лет. — Что взамен? — Он спит в моей кровати. — Кхао погладил второй рукой Фёста по шее, очертил пальцами тонкие ключицы. — Не смей его лапать, отродье Раттанакитпайсана! — Ей рычание впечатляло. Кхаотан охотно теперь поверил, что, будучи в Триаде, госпожа Пуйтракул носила прозвище Ымо Му Ху, что означало Демоническая тигрица. — Ты думаешь, я не узнаю в тебе черты своего бывшего туна? Чего он хочет своими играми? — Вернуть вас, госпожа. — Кхао не расслаблялся. Пусть она и находится в невыгодной позиции для броска, но и он вряд ли будет рисковать Фёстом в драке. Главное, чтобы это не поняла она. — Семья уважала ваше желание выйти замуж за любимого человека и уехать из страны. И искренне скорбела, когда вашего супруга не стало. Но прошли годы, сроки траура давно все вышли. А вы все не возвращались. — Я и не планирую переезжать обратно. Он поднял ладонь и поцокал языком. — Госпожа Пуйтракул, Вы прекрасно знаете, что вернуться в семью можно и не покидая страну. — И ты решил использовать моего сына! — И… у меня получилось. Вы тут. И вы возвращаетесь, — Кхао подбородком указал на столик возле кресла. — Подписывайте контракт, госпожа. Или вы желаете сперва дождаться пробуждения Фёста? Она выругалась на превосходном путунхуа. Схватила папку со столика и пробежала глазами условия. С каждой строчкой ее брови все выше поднимались в недоумении. — Это шутка? — Вовсе нет. Это законный контракт. Наверняка вы знаете, как проверить бумаги на подлинность. — Я не говорю о бумаге, — Она тряхнула листами, словно пытаясь стряхнуть с них буквы. — Я о условиях. Посещение семейных праздников, общение с младшими членами, выбор работы, связанной с возможностью часто прилетать в Пекин. Это шутка? — А вы ожидали, что я пошлю свою тещу выбивать долги или устраивать резню на улицах? — Кхаотан ехидно осведомился, подняв бровь. — Не слишком ли ты торопишься, мальчик — Она вернула ему ехидную интонацию и сузила глаза, в которых все еще плескалось пламя гнева. — Мой сын еще не твой муж. — Еще. Но я умею ждать. И прекрасно строю планы. Она внимательно посмотрела на него. Перевела взгляд на Фёста. И снова взглянула на Кхаотана. В темных глазах внезапно мелькнуло веселье. — Вот, значит, как. Теща, значит… Кхаотан чуть сильнее сжал нож и слегка сместился, закрывая Фёста. Тело женщины напряглось. — Он в безопасности с тобой сегодня? — Она спросила негромким ровным тоном, но волосы на загривке у Кхао поднялись от ужаса. Он думал, что она страшна в ярости? О нет. Вот такое небрежное спокойствие хищника перед жертвой — вот что было страшно! Ему до такого мастерства еще лет двадцать тренировок. — Полностью в безопасности, госпожа. — Он подтвердил ей. — Все это только антураж, чтобы привлечь ваше внимание. — Но контракт подлинный. — Простите, госпожа Пуйтракул, но в слабости своей не мог я не добавить листья к веткам. Она рассмеялась и напряжение рассеялось. Кхаотан выдохнул, ощущая как по спине струится холодный пот. Хищница-людоед прошла мимо и можно было перевести дыхание. Роспись госпожа Пуйтракул поставила взявшейся, будто из воздуха, перьевой ручкой. Забрала свой экземпляр и направилась к двери. — Скажешь своему отцу, что мне понадобится пара месяцев, чтобы подготовиться к первой поездке. Пусть в свою очередь подготовит мне дом. И… — она обожгла его взглядом уже от самой двери. — Не разочаруй меня, зятёк. Когда за ней закрылась дверь. Кхаотан выдохнул. Настоящая тигрица!***
Ладонь Кхаотана опасно близко подбирается к паху Фёста. Он сонно стонет и пытается отпихнуть его ногой. Кхао ловит его за узкую лодыжку и целует косточку, проводя потом по ней языком. — Извращенец, — Фёст бормочет, слишком уставший после зимних экзаменов, слишком разомлевший от массажа, который устроил ему получасом ранее Кхаотан. Массажа, разогревший каждую его мышцу. — Тебе нужно просто лежать, — Кхао целует коленки и вылизывает тонкую кожу между ног. Я все сделаю сам. Можешь даже поспать. Фёст издает долгий стон, когда он берет его в рот, облизывая венки. Лаская пальцами мошонку. Наслаждаясь любимым вкусом. Вдыхая запах мускуса, цитрусового геля для душа и соли. — Тан. — Фёст дышит со всхлипами, выгибается. Его пальцы запутываются у него в волосах, и бедра прижимаются к его лицу. Кхаотан бы мог так задохнуться. И это была бы самая желанная смерть. Но… Он предпочитает выпустить член изо рта и поднять голову. — Ты близко, детка? — Он мурлычет, устраиваясь между длинных ног Фёста и продолжая гладить ему член, используя слюну и предэякулят как смазку. — Покажешь мне шоу? Да? Фёст кончает, распахнув рот и выгибаясь. Его оргазм от минета — это невероятное эстетическое удовольствие. Лучше только, когда он полностью перестает себя контролировать. На члене Кхаотана. Кстати о члене. Кхаотан открывает лубрикант, смазывает презерватив и, подхватив под бедра Фёста, толкается в него сразу до упора. Они оба вскрикивают. Голова Фёста падает на подушки, и он мечется под ним. Сжимая простынь в кулаках, поднимая бедра навстречу толчкам, пытаясь заставить Кхаотана войти глубже. Кхао не против. Он дает ему все, что тот попросит, даже раньше, чем у его Фыр-Фыра вообще сформируется желание. Все для его любимого. Фёст закатывает глаза. Он снова возбужден, но предпочитает не притрагиваться к своему члену. Ему нравится балансирование на краю оргазма. Нравится, когда ему разрешают рассыпаться слезами и стонами. Он начинает трястись, когда Кхаотан проходится горячими поцелуями по его шее от ключиц до мочки уха. И в конце набрасывается голодно на мягкие губы. Они целуются до полного исчезновения воздуха в легких и кажется немного дольше. И теряют счет времени, когда оргазм сплавляет их в одно целое, как какую нибудь химеру. А после Кхаотан держит Фёста в объятиях, поглаживая его бедра. Касаясь роскошной задницы и ныряя пальцами между половинок… — Прекрати! — Фёст прижимает голову к груди Кхао и вздыхает. — У меня уже все мышцы болят. Когда я подписывал договор, там было указано, что я должен спать в твоей кровати. — Ну, мы и спали. — Кхао посмеивается и, наклонившись, оставляет сладкий поцелуй на верхней губе. — Ты, ненасытное отродье! Знаешь? — Твое отродье. Фёст сжал свои объятия и мечтательно улыбнулся. — Моё любимое отродье. Согласен.
