Но если я не могу гореть, то в чем моя свобода?

      Гроза усиливалась, пугая Сашу все сильнее. Взяв себя в руки, она достала свечи и подсвечник, поставила на стол и зажгла все 3 свечки. Очередной раскат грома заставил её неосознанно присесть и закрыть глаза.       – Эй, ты в порядке? – Лёва заметил состояние подруги и подошёл ближе.       – Да, всё хорошо, – она выпрямилась, немного улыбнулась и села на диван.       – Пиздишь, как дышишь, – закатил глаза парень и сел рядом.       Свет от свечей красиво освещал её волосы, глаза и кожу. Хлопов не сдержался и прикоснулся к щеке девушки. Саша подняла глаза и вгляделась в его лицо. Он смотрел на неё не как обычно. Девушка чувствовала себя беззащитным котёнком, которого Лёва защищает от опасного воздействия.       Он подсел ближе и одной рукой приобнял за плечи, притягивая к себе. Ни сил, ни желания сопротивляться не было. Поэтому Петришкина опустила голову ему на плечо и, чувствуя себя защищённой, медленно провалилась в сон. Когда девушка начала сопеть, Хлопов осторожно, стараясь не разбудить, прижал её ближе.       Погода постепенно улучшалась, а Саша мило сопела на плече у друга. Но рука начала затекать, и Лёва нежно отодвинул её от себя, встал, выдохнул, взял Петришкину на руки и отнёс на второй этаж. Девушка даже не дрогнула, пока он нес её наверх.       Когда она уже лежала в кровати, прикрытая одеялом, Хлопов сел рядом и взял её руку в свою. Он смотрел на подругу невинным, влюбленным взглядом.       – Как мне тебя понять вообще? – шепотом спросил парень. – Что ты чувствуешь? Почему это так сложно?       – Там кот, кот бежит, – промямлила она в ответ.       – Кто? – удивился Лёва.       – Волк, – она перевернулась на другую сторону и замолчала.       – Во сне разговариваешь? – усмехнулся он и поправил одеяло.       Но улыбка быстро сменилась апатией.       – Я никогда не смогу тебе признаться, как бы не хотел. Если бы ты всегда была такой милой, как когда боишься и спишь.       Он убрал волосы с её лица и ушел из спальни вниз, где уснул на диване до самого утра.       Открыв глаза, она не сразу поняла, где находится. Последний раз Саша видела гостиную, а теперь просыпается в кровати под одеялом. «Хлопов!» – подумала она.       У зеркала девушка быстро привела себя в порядок, заправила кровать и спустилась вниз в надежде, что он не успел уйти.       В гостиной Петришкина увидела Лёву, мирно спящего на диване в позе креветки. Она тихо подошла и убрала волосы с его лица.       – Ты милый, когда спишь, а не строишь из себя клоуна, – девушка села на пол рядом с диваном, – хотя тогда тоже милый. Но сейчас тебя хотя бы не хочется убить, – усмехнулась она и пошла на кухню.       Через пару минут туда пришел и Лёва. Он сел за стол и взглянул на подругу.       – Разговариваешь во сне? – усмехнулся парень.       – Да? – удивлённо спросила Саша и села напротив.       – Не знала?       Она отрицательно качнула головой.       – Ты мне говорила про котов и волков.       – Реально? – улыбнулась она, представляя всю ситуацию.       – Нет, я придумал, – Лёва начал смеяться.       – Я не знала, что разговариваю.       – Теперь знаешь.       В комнате повисло молчание, которое, в скором времени, прервала Саша:       – Какой наполненный смыслом диалог у нас получился.       И друзья рассмеялась.       Дверь со скрипом открылась, в дом вошёл дедушка. Петришкина сразу же бросилась к нему, крепко сжимая в объятиях.       – Деда, наконец-то ты дома.       – Привет, внученька, как дела?       – Здравствуйте, Фёдор Петрович, – Лёва вышел вслед за девушкой и протянул руку для рукопожатия.       Глаза дедушки сверкнули, а на лице появилась ухмылка:       – Привет, Лёва, – он пожал руку в ответ.       Мужчина смотрел сначала на внучку, потом на Хлопова, на его лице ещё ярче засияла улыбка.       – Давно пришел?       – Вчера вечером. Начиналась гроза, а Саша боится. Вот я и был с ней здесь.       – Ага, – девушка отпустила дедушку из объятий и немного отошла, чтобы видеть всех. – Спал на диване, как верный пёс.       Парень закатил глаза и усмехнулся.       – Понятно. Что ж, спасибо, Лев, что присмотрел за моей дорогой внучкой.       Она рассмеялась, когда услышала полное имя друга и спародировала льва. Парень, заметив это боковым зрением, сказал, все ещё глядя на Фёдора Петровича:       – Беги, Петришкина!       Саша моментально сорвалась с места и побежала в сторону гостиной. Хлопов бежал за ней и смог поймать, когда девушка загнала саму себя в тупик. Он медленно, как хищник, подбирался к подруге и прижал её к стене, ограничивая руками с обеих сторон возможность выбраться.       – Черт, поймал, ладно, – девушка прислонилась к стене и сложила руки на груди, – твоя взяла.       Они были очень близко друг к другу, особенно, когда Лёва склонился над ней. Расстояние было слишком опасным, между ними возникло почти ощутимое напряжение. Никто не собирался нарушать зрительный контакт, который у них образовался. «Поцелуй, поцелуй, поцелуй!» – пронеслось в голове девушки. Она смутилась собственным мыслям, но желание оставалось прежним. Саше хотелось, чтобы он наконец-то сделал первый шаг, но Хлопов улыбнулся и отошёл.       – На первый раз прощаю.       – Какой благородный, – Петришкина натянула улыбку, но внутри пряталось совсем иное состояние.       Обидно ли ей было? Да. Скорее всего да. Она отчётливо видела, что он тоже что-то чувствует, но, почему-то, молчит, как рыба, и ограничивается не самыми смешными подколами. Саша задавалась только одним вопросом: «Почему он ничего не делает?». Но и сама проявлять инициативу первой не будет, слишком гордая.       – Лёва, – позвала друга девушка.       – Что?       – Я же сегодня уезжаю, – начала она, – проводишь? – на лице Петришкиной появилась милая улыбка.       – А у меня есть выбор? – усмехнулся Хлопов.       – Хм, дай подумать... Нет.       – Во сколько автобус?       – В 19:20.       – В 18:40 зайду.       – Отлично, буду ждать.       Он пошел в сторону выхода и остановился у двери.       – Можно с Тучкой поиграть? – обратился Лёва к Саше.       – Конечно, пойдём.       Она накинула кожаную куртку и вышла вместе с другом к псу.       Увидев, что к нему приближаются люди, Тучка начал прыгать и лаять, чтобы привлечь внимание.       – Эй, малыш, ты чего? – Хлопов подходил все ближе к псу, пока тот скакал на месте.       – Это он так выражает свою радость, – девушка осталась у двери, не решаясь подходить близко, чтобы не запачкать куртку.       – Кто хороший мальчик? – Сашу безумно умиляло отношение Лёвы к псу. Он чесал его за ушком, терпел все попытки Тучки повалить его на землю. Она стала замечать, как стала более мягкой, после времени, которое провела здесь. И, конечно, в этом была заслуга парня. Он, так сказать, – проверка на стерссоустойчивость, которую Петришкина успешно прошла.       Наконец, Тучка справился и повалил Хлопова на землю.       – Тучка, фу! – девушка подошла на помощь.       – Да ладно тебе, он просто играл.       – Ты уже весь в грязи.       – Отмою. Как-нибудь. Наверное.       Саша закатила глаза и вернулась в то же место, где была изначально. Когда Лёва наигрался, она провела его до калитки.       – До встречи, – сказал он и поспешил уйти.       – До встречи.       Вечером вещи летали по комнате из одного угла в другой. Что-то попадало в рюкзак, что-то падало мимо. Совсем скоро должен был зайти Лёва, а у неё ещё вещи не собраны. Нужно было поспешить.       Ничего не влазило, поэтому пришлось запихивать с использованием немалой силы. Рюкзак, наконец, закрылся, а в дверь постучали. Саша взглянула на часы, было ровно 18:40, как Хлопов и обещал.       Девушка быстро спустилась, притянула за собой рюкзак и открыла дверь.       – По тебе можно часы сверять, заходи пока, – она впустила друга в дом и продолжила собирать нужные вещи.       – Старался прийти вовремя.       – Так ты и пришел. Это я опаздываю.       – Рюкзак снова тяжёлый?       – Наверное, не знаю.       Лёва терпеливо ждал, пока подруга соберётся и будет готова выходить. За это время он успел трижды сменить место для сидения.       – И... всё. Я готова. Можем идти.       – Не прошло и полгода, – парень закинул тяжёлый рюкзак на плечо и пошел вслед за Сашей.       Он отчётливо видел, что что-то в ней изменилось с момента их первой встречи после лагеря, но вот что именно, понять не мог. Может стала чаще улыбаться или стала добрее? Такая Саша нравилась ему ещё больше, но он все никак не мог признаться, собраться с силами и рассказать обо всем, что чувствует. А сейчас она уезжает на неизвестный срок. Парень все задавался вопросом, вдруг это время разлуки специально дано им для осознания своих чувств? Внутри таился страх. Вдруг она ничего к нему не чувствует, считает лишь другом?       – О чем думаешь? – Саше стало скучно просто идти.       – О том, что теперь мне некого будет бесить своими приколами. О, точно, буду тебе звонить.       – Я тогда приеду, чтобы ударить тебя чем-нибудь, – усмехнулась она.       – Но приедешь ведь.       – А ты будешь скучать?       – Думаю, что да. Мне действительно будет тебя не хватать.       В этот раз путь казался короче, и друзья вышли на остановку за 10 минут до приезда автобуса. Они беседовали обо всем и ни о чем. Обсуждали учебу, деревья, машины, лагерь, но время прощаться было всё ближе и, когда автобус появился на горизонте, им пришлось прощаться.       – Ладно, что ж, – Саша встала и взяла рюкзак в руки, – время прощаться.       – Да, – Хлопов тоже встал и раскрыл руки для объятий.       Девушка обвила его руками и прижалась. Они обнимались, когда она только приехала, но совсем иначе. Сейчас они обнимали друг друга более нежно и тепло. Лёва гладил Петришкину по волосам. «Ты не знаешь, но я тебя люблю» – одна и та же мысль пронеслась в их головах, но произнести её вслух было слишком сложно.       – Звони мне, – сказала Саша, когда автобус был уже совсем близко.       – Хорошо.       Петришкина улыбнулась и зашла в автобус. Они помахали друг другу рукой и снова разъехались. Теперь каждый будет один на один со своими мыслями, стараясь не свихнуться.