Вера остаётся всегда

      Неожиданно для мальчика, кто-то его успевает схватить за ладонь и вытянуть обратно на свет, от которого тот жмурится, а затем распахивает глаза, не сводя взгляда со своего спасителя. Его било крупной дрожью от холода и страха, тело болело, а в руке он до сих пор с силой сжимал нож, прижимая его к себе, поджимая заледеневшие губы. Перед ним…стоял явно не человек, скорее божество и не похоже, что оно было местным, ведь об о всех известно ещё с младенчества, да и для холодных земель одет какой-то легко. Белая шуба застегнута лишь на одну пуговицу у шеи, а голове даже нет шапки, да и выглядит то нетипично: шоколадные волосы у кончиков окрашены в жёлтый, глаза будто бы из золота изучают внимательно мальчика, одежда неясной формы и такая же белая, с золотой окантовкой. Откуда здесь в целом могло оказаться столь могущественное существо? Увидев черную, как смоль, ладонь что тянется к нему, Аякс вжал голову в плечи и зажмурился, готовясь сделать первый удар, но никто, кажется, не собирался делать ему больно. Напротив, боль как из раненой руки, так и вовсе из всего тела медленно ушла, стало даже как-то легко, что удивляло.       — Тебе очень повезло, что я оказался неподалёку отсюда и смог вовремя вытащить из расщелины, иначе явно добром это не закончилось бы. Как ты здесь оказался, с такими ранениями и тем более без тёплой одежды? И главное, откуда у тебя такие раны? — Спрашивает незнакомец, снимая с себя шубу лёгким движением рук и тут же её накидывает на тело ребёнка, что дрожит больше от страха, нежели от холода. Затем легко садиться на корточки и внимательно вглядывается в заплаканные голубые глазёнки, всё же пройти мимо и не помочь человеку, тем более такому маленькому, нельзя. Почувствовав на своих плечах что-то до одури теплое, такое мягкое и приятное, ребёнок первое время смотрит с шоком во взгляде на чужака, пытаясь понять его мотивы, похоже тот вовсе не собирается вредить, скорее напротив. Он вскоре отбросил нож и вцепился маленькими ладошками в мягкую ткань, укутываясь в нее как можно сильнее стараясь укрыться от потоков ветра.       — Просто бегал по лесу, что такого… — Он запнулся, крепче сжимая пальто на своих плечах, кутаясь в него вместе с носом, — кто вы и зачем мне помогли? — Пока что он решил не отвечать на вопрос этого неизвестного ему мужчины, надо было действовать с осторожностью, тем более сейчас, за сегодня произошло слишком много и незнакомцы только пугали, поэтому он на всякий случай отошёл на шаг и чуть нахмурился, показывая своё недоверие.       — Я Архонт, что прибыл с другого конца континента и занимался здесь очень важным делом, как неожиданно услышал твой крик и вой волков, как в такой ситуации не помочь? И я прекрасно понимаю твоё недоверие, — коротко ответил чужак, осторожно поправив шубу, что слегка сползла, пусть бедняга погреется, ведь тела смертных довольно хрупки и забота очень важна, особенно в такие холода. А для себя создал чёрное пальто с помощью элементальной энергии, легко застегнул на пару пуговиц для того, чтобы не обращать на себя лишнего внимания из-за необычной одежды, что явно не подходит по сезону. — Уже практически стемнело и похолодать успело, тебе стоит отогреться и поесть, выглядишь так словно пережил нечто страшное, пусть и не готов сейчас рассказать. Не бойся, я не причиню тебе вреда, напротив готов отвести тебя в гостиницу, а позже решим, что делать. Идти можешь?        Как только мальчику удалось понять слова, по виду казалось, что его новой волной окатил страх, как никак, перед его глазами древнее божество, сам величайший Архонт! Божество совершенно иной страны, поэтому Аякс с опаской осматривает чужака, вдруг что-то учудит или чего хуже сделает? На сегодня достаточно происшествий, поэтому может стоит и согласиться? Он пусть и не многое знает, но чужак ведь не навредит, тем более будучи на территории Снежной, во владениях самой Царицы! Но почему же тогда никто не смог помочь, когда вся семья в миг исчезла прямо на глазах у мальчонки? Плевать на нынешнее состояние, он так сильно замёрз, перенёс за сегодня столько… не хотелось думать о потере семьи. Не стоит, иначе окончательно впадёт в истерику, но он ведь мужчина! Самый настоящий! А мужчины не плачут!       –…да, но я всё ещё вам не доверяю, — тихо шепнул ребёнок, опуская голову вниз, шмыгая носом. Но когда он услышал о еде, то разом позеленел, прежде чем вывалить на белоснежный снег остатки сегодняшнего завтрака. Ему тут же помогают, за что Аякс благодарен, но все равно смотрит на божество и с опаской, и с самым настоящим восхищением. Как же таким не восхищаться?       — Тогда немного подожди, нужно закончить с кое-чем важным, заодно постараюсь завоевать твоё расположение — проговорил шатен и вернулся к расщелине, куда едва не угодил рыжий мальчуган, страшно представить, что бы с ним стало, если бы не сторонняя помощь. Ребёнок кивнул, поджимая заледеневшие губы, продолжая шмыгать носом, с опаской следит за движениями чужими, но убегать не собирается, понимает, что один точно не выбирается из леса. Этот «человек» протянул руку над расщелиной и начал творить магию, что с легкостью закрывает непонятное пространство прямо у ног, оно и к лучшему, а то мало кто ещё может туда угодить. И всё же доверять так сразу не спешить, уж тем более непонятному божеству, ведь он всегда будет предан лишь своему Архонту — Царице.       — Теперь можем идти. — Спустя всего минуту этот Бог подошёл к Аяксу, чуть улыбнулся и протянул руку, пытаясь тем самым показать, что он не враг. Всё же дети особенно чувствительны и любой неверный шаг может уничтожить крохи доверия и это страшно.        — Ага… — когда к нему подошли, мальчик с опаской сжал чужую ладонь, больше стараясь согреться и поплёлся вместе с мужчиной по заснеженной тропе. Они шли молча, шаги мальчика были тяжелыми от усталости и холода. Божество, которое сопровождало его, наблюдал за ним с вниманием и заботой. В его глазах читалось понимание и сострадание, словно он сам переживал все те испытания, которые Аяксу пришлось пройти. По мере того, как они продвигались по лесу, мальчик начал ощущать тепло, исходящее от божества, оно проникало сквозь его замерзшие кости и возвращало жизнь в его истощенное тело. Он почувствовал, что вновь обретает силы и веру в будущее.       Когда спустя неизвестно сколько времени они добрались до гостиницы, то Аякс как можно быстрее зашел следом за Архонтом, в тёплое помещение. Изо рта до сих пор выходил пар, руки тряслись, даже уже горло начинало нещадно болеть. Ничего, главное он живой и вроде даже целый, теперь важно держаться и бороться с плохими чувствами, что собрались в груди и так охотно пытаются вырваться прямо сейчас, но он же сильный, всё вытерпит!       《 А мама и папа тоже живые… я уверен в этом! Они должны быть живые, и братья, и сестрёнка! Ничего, я скоро приду, совсем скоро. 》— Обнадёживал сам себя ребёнок, подойдя к стойке регистрации и улыбаясь через силу пожилой женщине, что оглядывает гостей и чуть улыбается при виде дитя.       — Добрый вечер, — кивнула управляющая, поднимаясь со стула. Взгляд её холоден, люди в Снежной суровы и лишь со своей семьей могли открыться, а и женщины могли это сделать только при виде детей, это уже давно все знали, кроме приезжих, поэтому и можно сейчас лицезреть данную картину, что происходит крайне редко.       — У вас есть свободный номер на двоих? Ребёнок сильно замёрз, стоило бы хорошенько отогреться и конечно поесть, — промолвил чужеземец, поправляя шубу, он успел перед входом её застегнуть полностью, теперь же делает вид будто бы на улице прокатился снежный буран: чуть дрожит и иногда тихо кашляет, потирая руки в перчатках. И когда только он успел их надеть то?        — Да, есть, на втором этаже. Номер с двумя кроватями, одна ванна, небольшая кухня. Подходит? — Спрашивает дама и разглядывает гостей, если мальчик был похож на местного, то вот мужчина явно иностранец, раз одет так легко, вот уж удивительное посещение.       — Подходит, — коротко ответил Архонт и глянул на рыжеволосого мальчугана, похоже тот успел изрядно устать, стоит с трудом и иногда веки закрывает, будто пытается успокоиться. В самом деле, Аякс сейчас держится с трудом, он вымотан слишком, да и беготня по лесу едва ли не голышом сказалась температурой. Управляющая кивнула, положила на стол небольшую связку с ключами и решила записать этот визит в журнал, всё же отчётность не менее важна, разве что спрашивать имена не было обязательным, поэтому пришлось подписать этих двух незнакомцев как иностранных гостей. Шатен легко кивнул в качестве благодарности, забирая связку, что ж теперь стоит дать возможность немного отдохнуть ребёнку. Они довольно быстро поднялись на второй этаж и как только зашли в комнату, первым делом Аякс подбежал к кровати и прям в шубе упал на кровать, будто полностью лишенный сил, молча смотря в стену напротив, сжимая в маленьких ручках одеяло. Интересно…как же теперь ему жить…? Обстановка в номере походит на домашнюю: светло-жёлтая окантовка стен будто бы согревает, парочку горшков с цветами создают комфорт и ощущение жизни, два письменных стола белого цвета идеально располагаются около окна, на них же располагается книг, а самое главное — здесь есть камин, неподалёку от входной двери.       — Отдохни пока что, это тебе явно нужно сейчас, а потом помогу отыскать твоих родных. А я пока что пойду приготовлю поесть тебе, силы восполнить явно стоит, — снимая плащ с плеч, шатен лёгким движением сменил белую одежду на более простую и незаметную, тёмного цвета, что состоит из пиджака, жилета, рубашки, галстука и брюк, к такому образу явно будет меньше вопросов.       — Я не знаю. Я… я хочу есть, но меня тошнит от всего вида еды…я не знаю, — растерянно пробормотал Аякс, в который раз шмыгая носом. А стоит божеству затронуть тему о его родных… он сначала пытается сдержать накопившиеся слёзы, уж точно не стоит показывать подобное перед чужаками, но уже через минуту маленькое тельце сильно вздрагивает, затем слышится тихий всхлип. Это невыносимо, нечто так сильно режет внутри, что хочется содрать с себя кожу, вырвав это мерзкое чувство, как же это позорно и отвратительно. Божество уже собиралось уйти на кухню, как тут замечает столь сильные эмоции и решает дать возможность выпустить всё накопившееся в столь молодой душе, сейчас говорить что-либо было явно лишним, а вот присесть на кровать и просто быть рядом — да.       — В твоих слезах ощущается не просто тоска, а великая потеря и ужас, что же с тобой приключилось? — Тихо так спрашивает незнакомец где-то через пару минут, будто бы боится сделать хуже, неясно что же именно могло вызвать столь сильную истерику, но действовать стоит осторожно.       — В мой дом ворвались какие-то люди! И… И он-ни…убили папу. И маму, и братьев! А… м-моя сестрёнку, Тонечку… прямо… прямо перед моими глазами убили, ножом по горлу. А я видел! Видел все это! Как папа упал, как мама кричала и велела нам бежать! И братик! Они все, все мертвы!.. А я не смог что-либо сделать! — И сразу после своих слов он разразился тихим криком, хватаясь за рыжие волосы, содрогаясь в очередной раз, — только я выжил! Только я! Но в меня выстрелили из ружья и попали… Потом долго бежал, хотел было немного передохнуть, но заметил волков… и всё… всё… у меня больше никого нет!       Кажется, маленький Аякс давно потерял счет времени, сколько же он времени провел за нещадной истерикой. Но его можно было прекрасно понять, маленький ребёнок, невинный, беззащитный, который всю жизнь не знал горя, был достаточно избалован в плане родительской любви, имел много друзей в один день просто…теряет абсолютно всё, что мог потерять. Единственное, ради чего он существовал, это была его семья, которая дарила ребенку всю свою любовь, ласку, внимание, постоянно проводили время вместе…и ведь теперь Аякс ничего не сделает. Он их не вернёт обратно, никто не мог такого сделать. Когда он начал успокаиваться, то за окном уже стояла полная темнота, такая, что даже фонарей на улице видно не было, лишь еле заметные очертания отблеска света, а Архонт просто сидел рядом и изредка гладил рукой по плечу, будто пытался помочь. Теперь ясно откуда взялось столь сильное ранение и отсутствие тёплой одежды стало ясным, бедный ребёнок, пережил столь страшное зрелище и едва ли не чудом смог выжить.       –…Извините за увиденное… У вас нет ничего поесть? — Тихо шепчет тот, оборачиваясь на Архонта, утирая всё ещё стекающие по щекам слезы, наконец-то он смог спокойно выдохнуть и даже что-то сказать. Горло болезненно щиплет, а глаза болят от количества пролитых слёз, а внутри так пусто, будто бы некто украл ценную вещь. Как же теперь ему жить?       — Тебе не за что извиняться, пережить подобное — ужасно, в особенности для такого юного возраста, я очень сожалею о том, что тебе пришлось пережить такую ужасную потерю, это невыносимо тяжело, особенно для такого маленького ребенка, как ты, но ты должен знать, что это не твоя вина, ты сделал все, что мог, чтобы защитить свою семью. Тебе удалось выжить, и это говорит о твоей силе и выносливости. Я знаю, что это очень трудно, — продолжал незнакомец, осторожно поглаживая плечо мальчика, — но ты должен помнить, что твоя семья всегда будет жить в твоем сердце. Они всегда будут рядом с тобой, даже если физически их нет. И ты можешь построить новую семью, новые отношения, которые будут наполнены любовью и поддержкой.       — Я… я хочу верить в это, — Аякс поднял глаза и взглянул на незнакомца, в его глазах промелькнула искра надежды, пусть и призрачной, такой рушимой. Что если ему действительно помогут? — Но как я смогу справиться с этим горем?       — Ты справишься, потому что ты сильный. И у тебя есть люди рядом, которые будут помогать тебе. Не бойся показывать свои эмоции и говорить о своей боли. Это поможет тебе залечить раны и начать новую жизнь.        — Спасибо, что ты здесь.       — Я всегда буду здесь для тебя. Мы пройдем через это вместе, я могу что-то приготовить, погоди минутку, — сказал он, затем улыбнулся и крепко обнял ребёнка, даря немного своего тепла и уверенности. Аякс едва так улыбнулся от подобных слов, они ведь незнакомы, но всё равно поддержка имеется, как и забота, что удивительно. Он выдохнул более спокойно, прилёг обратно на кровать и стал ожидать божество уже с ужином, желудок то активно напоминает об своей пустоте. Архонт выдыхает с поднявшись с кровати и сразу же зажёг свечи, что так удачно располагаются в канделябре, что стоит у входа в комнату, затем направляется на кухню. Он быстро открывает пару шкафчиков и находит немного копчёной ветчины, сыр, белый хлеб, неплохой вариант для небольшого перекуса. Сделав бутерброды и конечно же не забыв заварить чай, возвращается обратно в комнату и застаёт милую картину: конопатый мальчик сладко спит, укутавшись в шубу как можно плотнее, что ж пусть отдыхает. Мужчина оставляет поднос с едой на тумбе у кровати, кто же знал, что очередное путешествие в другую страну откроет столь страшную историю несчастной души? План действий быстро сложился в голове, завтра стоит посетить Её, а пока что стоит заняться не менее важным делом. Он садится за стол, что располагается у второй кровати и с помощью гео энергии создаёт несколько писем, а так же белых листов, а затем берёт перо, что лежало в тумбе рядом и обмакнув в чернила, начинает писать свои мысли и эмоции на бумагу. Комната была наполнена мягким светом свечей, создавая теплую и уютную атмосферу, иногда он бросал взгляд на мальчика, его веснушчатое лицо освещалось мерцающими пламенем и выглядит сейчас так мило и беззаботно, это явно стоит запомнить. Архонт знал, что завтра предстоит сложная задача, но сейчас он сосредоточился на настоящем моменте, он хотел дать ребёнку ощущение безопасности и заботы, даже если это было только через его присутствие. Бог видел боль и страдания в глазах маленького мальчика и был решен принести ему хоть какое-то утешение в жизни. Продолжая писать, мысли мужчины ушли к событиям, приведшим их сюда, ещё одна поездка в другую страну, и снова он оказался перед глубинами человеческого страдания, это было напоминание о том, что боль существует в каждом уголке мира, даже в самых неожиданных местах, но среди тьмы была и надежда.