Белые крылья

Закрылись двери лифта. Кроули упал на водительское сиденье, замутнено смотря вперед. Уехать. Убежать. Исчезнуть. Спрятаться. Это все било ему в голову. Он нажал на газ и в своем привычно быстром темпе умчался. Он не знал куда ехал. Он не понимал, что сейчас произошло. Хотя нет. Отлично понимал. Он один. Он разрушил всё. Разрушил все, что строил очень и очень долго. Разрушил шеститысячелетнюю дружбу или что это было? Он же мог согласиться. И быть вместе с Азирафаэлем. Да, пришлось бы мучиться в теле ангела, но зато рядом с Азирафаэлем. Вся жизнь Кроули была сосредоточена на этом проклятом ангеле. А он решил выбрать Небеса. Небеса! Кроули навсегда остался один. Небеса его выкинули как что-то ненужное. В Аду он стал предателем. Лишь на Земле был его смысл жизни в виде чертового ангела. И тот его покинул. Кроули больше не было смысла существовать в этой вселенной. Лучше бы его стерли из Книги Жизни навсегда. Кроули остановился около своего дома, который все же отдали демоны. Он упал головой на руль, разбивая черные очки. Из его желтых змеиных глаз потекли слезы. Длинные пальцы сжались в кулаки, заставляя его прекратить. Демоны не плачут. Никогда. Демоны и не влюбляются никогда. Как же все это глупо. Демон вышел из машины, резко захлопывая дверь и сразу же об этом жалея. Он упал на колени перед Бентли, обнимая её. — Прости, малышка. — Кроули ничего не видел, так как его глаза застилали слезы. Через мутное отражение он разглядел лишь желтые полосы на черной машине. — Я тоже по нему скучаю. Совершая небольшое демоническое чудо, все цветы перенеслись из Бентли в квартиру, а сам Кроули мигом поднялся в спальню. Там он искал припасы многолетней давности. Водка. Много водки. Как он мог вообще предполагать, что ангел сможет его полюбить. Азирафаэль так отчаянно хотел, чтобы Кроули пошел за ним на Небеса. Чтобы Кроули стал ангелом. Ведь тогда он смог бы его полюбить. Но он демон. Жалкий демон. Неполная бутылка водки разбилась об пол. Глаза Кроули красные, а руки дрожали. Этот человеческий организм явно его подводит. Он опрокинул в себя еще одну бутылку, совершенно ничего уже не осознавая. Демон упал на кровать, сминая одеяло и вжимаясь в него всем телом. Его лицо было влажное от слез. Как он был таким глупцом, думающем, что может достичь любовь ангела. Но ведь если… у Вельзевул и Гавриила получилось, то почему не получилось у них? Потому что Кроули жалкий. Жалкий демон. Настолько жалкий, что его отвергли все. Абсолютно все. Он остался один. Он не падший. Он сгоревший, исчезнувший, умерший ангел. Неосознанно Кроули раскрыл темные крылья, которыми закрыл свое тело, содрогаясь в рыданиях. Он уже не чувствовал боль. Он чувствовал, что что-то, как безумное, билось у него в груди и ком вставал поперек горла. Но ему было не больно. Руками он случайно прикоснулся к крыльям. Перья твердые, словно колючие. Кроули взвыл. Он помнил падение. Он отлично помнил, как его крылья горели адским пламенем. Как он сначала кричал от боли, а после к ней настолько привык, что перестал что либо вообще чувствовать. Как белые перья обуглились и превратились в черный пепел. Как он ударился об холодный пол, чувствуя, что его крылья сломались. Как пытался ими шевелить, испытывая при этом ужасную боль. Как он долго их лечил и как никогда больше не раскрывал, чтобы не видеть их. Он ненавидел свои крылья и свою сущность. Он помнил свое падение. Хотелось сжечь крылья и умереть, как демону. Зачем демону вообще крылья? Это ангелы возвышенные существа, которые летают в облаках. Демонам же положено сидеть в своей затхлой тюрьме. А чем он заслужил это звание демона? Просто задавал вопросы. Желание сжечь крылья не выходило у него из головы, но Кроули провалился в сон. Голова болела от алкоголя, от слез и от навязчивых мыслей. Через какое-то время он проснулся, чувствуя себя отвратительно. Он дополз по лестнице вниз на кухню, желая найти источник огня. Это не было развоплощением. Это было убийством самого демона. Сгоревшего ангела. Жалко, что не было святой воды. Так было бы легче сдохнуть. Навсегда. А при огне придется испытывать невыносимую боль намного дольше, чем со святой водой. Но Кроули это заслужил. — Долбанная Шакс со своей перестановкой! — злился демон, не находя то, что ему нужно. В одном из ящиков он все же отыскал старую зажигалку. Кроули достал ее, и, несколько раз упав, подошел к зеркалу. На него смотрел не модный, саркастичный демон. На него смотрела сама жалость. Растрепанные грязные волосы, круги под глазами, черные крылья и желтые безразличные глаза. Он приблизил огонь к спине. — Кроули. Зажигалка с грохотом падает, опаляя левое крыло, доставляя демону ужасную боль. — Ох, черт! — скулит Кроули, начиная бить руками крыло. — Господи, Кроули! — Отойди, глупая галлюцинация! — вскричал демон, падая на пол. Его глазам мерещился Азирафаэль, стоявший прямо перед ним и очень быстро искавший в ящиках воду. Кроули продолжал скулить на полу, иногда взвывая нечеловеческим голосом. Огонь сжег уже пару перьев, а языки пламени грозились перекинуться на всю остальную квартиру. Внезапно демона ошпарило холодной водой от чего он также вскрикнул. — О, черт! — он схватился за потушенное перо, прижимая к себе и прикасаясь к сожженным перьям губами. — Кроули, что же ты наделал. — Азирафаэль падает рядом с демоном и трясущимися руками тянется к поврежденному крылу. — Отойди! — крикнул Кроули, скользя по полу дальше от ангела. Он выпустил крыло из пальцев и благодаря рукам перемещался дальше от Азирафаэля, но потом его спина наткнулась на холодную стену. Кроули нервно задышал, выставляя руки вперед, защищаясь. Его руки перехватывают другие. Более нежные и теплые. Кроули сразу сбросил их. — Зачем ты пришел? — с неким страхом спросил Кроули. — Или как правильно теперь? Зачем вы пришли, архангел Азирафаэль? Уничтожить меня из Книги Жизни? Облить святой водой? — Кроули, не говори глупостей. Я не на небесах. Я с тобой. Я пришел извиниться. — Азирафаэль начал двигаться вперед. — Не подходи! Кроули снова вытянул руки вперед. Они заметно тряслись от стресса, пережитого только что. Крылья горят с невыносимой болью. Словно происходит вскрытие живого тела. Это было ужасно. Кроули был все ещё в состоянии болевого шока. — Ты бросил меня. Так уходи! Зачем продолжаешь мучить?! Я почти умер! Ты все испортил! Я бы исчез навсегда! Я бы сжег эти чертовы крылья и сдох! Зачем ты пришел?! Кроули бился в истерике. Сердце Азирафаэля разрывалось от боли. Он виноват в этом. Если бы он пришел позже, то Кроули бы умер. Навсегда. Он бы исчез. Сгорел. Когда он зашел в комнату и увидел, как Кроули подносит к своим крыльям огонь, то очень сильно испугался. Но когда крыло начало гореть, то его прошиб холодный пот. Хотелось просто встать в ступор, но здесь время переходило на секунды. Если ангел или демон просто сгорит заживо, то потеряет свое земное тело. Но если крылья тоже будут гореть, то он лишишься своей божественной души. Каждый это знал. Азирафаэль протянул к сжавшемуся демону руки и обнял Кроули, который пытался отодвинуться. У него не хватило на это сил из-за выпитого ранее алкоголя и болевого шока. Азирафаэль не обращал внимание на сгоревшие перья. Он обращал внимание лишь на скрытые закрытыми веками желтые глаза. Вскоре Кроули перестал трястись, но не обнял Азирафаэля в ответ. Он молчал. А это было страшнее любых криков. Ангел отстранился. Глаза Кроули все также были закрыты. В его крыле были обуглившиеся перья. На губах не мелькнула прежняя усмешка. Он поднял голову, открывая глаза и смотря на Азирафаэля. — Зачем ты пришел? Его прямой взгляд пугал Азирафаэля еще больше, чем истерика. Он сглотнул. — Кроули, зачем ты это… — Вопросы здесь задаю я! — властный голос Кроули разошелся по всей комнате, отдавая небольшим эхом. — Кроули, я сделал неправильный выбор. Я оказался дураком. Небеса хотят устроить второе пришествие. Я понял, что один не смогу справиться, даже если я буду во главе. Прости меня. Кроули безразлично бегал по его лицу, прижав колени к груди и защищая темными крыльями себя по бокам. Он думал, что выглядит очень жалко. — Пришел за помощью? Не волнуйся. Начнется второе пришествие и я помогу. А теперь можешь проваливать. Твоя миссия закончилась. — Я не пойду на Небеса, Кроули. — Мне все равно куда ты пойдешь. Иди в свой книжный магазин, Азирафаэль. — Кроули не смотрел ангелу в глаза и проклинал свои разбитые очки в машине. — Кроули, я пришел к тебе… — За помощью в остановлении второго Армагеддона. — продолжил демон. — И я ответил, что помогу. Можешь идти. — Я люблю тебя, Кроули! — глаза ангела начали слезиться, а руки тянуться к демону. — Не волнуйся. Я и без твоей лжи помогу. Я ведь как твоя жалкая собачка. Азирафаэль попадает в беду и собачка его спасает. Спасала шесть тысяч лет, спасет и еще раз. — Кроули, прекрати… — Прекратить говорить правду? — Кроули повернулся к нему, позволяя заглянуть ангелу в свои глаза, в которых читалось разочарование. — Как я могу тебе верить после того, как ты отверг мой поцелуй? Азирафаэль, иди ищи в своем Раю достойного. А я в своем котле поварюсь. Вот, уже почти сварился, а ты все испротил. — Перестань меня так называть. — Это твое имя. — Кроули, — Азирафаэль подвинулся ближе. — Прошу, выслушай меня. Я полный идиот. Ты был прав. Ты всегда был прав. Я тебя люблю. Правда, люблю. Кроули, прошу, поверь мне. Ангел приблизился к губам Кроули и, не замечая сопротивления, поцеловал его. Демон не отвечал, сжав губы в тонкую полоску, словно отзеркаливая их прошлую ситуацию. Ангел собирался отстраниться, понимая, что проиграл эту войну, но внезапно Кроули дернулся и притянул Азирафаэля ближе, впиваясь в его губы и сокращая их расстояние. Азирафаэль чувствовал соленые слезы, попадавшие в поцелуй, поэтому сильнее обнял демона, стараясь не задеть раненные крылья. Отстраняясь, Кроули смущается, что поднял такую драму и трагедию, показав себя слабым. Он заметил, как жалостливый взгляд Азирафаэля направлен на его крылья. — Это… Это забудь, что сейчас было. — Кроули забегал глазами по полу. — Я их спрячу. Крылья начали складываться, но Азирафаэль их остановил. — Я хочу их вылечить. — Ангел, там всего пару ожогов. Само зарастет. — Не зарастет. Прошу, дай помочь тебе. — Ангел, я не хочу держать их на виду дольше пятнадцати минут. Они… — Что они? — Они напоминают мне о том, что я демон. — Кроули резко проснулся, садясь на кровать и договаривая свою фразу из сна. Это воспоминание мелькает ему по ночам с тех самых пор. С прихода Азирафаэля. Но это не самое страшное. Самое страшное, когда сон меняется и в нем он сжигает себе крылья, мучаясь адской болью. Кроули повернулся набок, протянув руку, и замер. Рядом не было Азирафаэля. Свет от луны падал прямо на пустое место. Демон взволновался. Он всегда тревожился, когда ангел пропадал из его поля зрения. Особенно ночью. Он быстро спустился вниз, находя ангела за столом, читающего книгу. Кроули подошел со спины, обвивая его плечи своими руками. — Кроули, — Азирафаэль откладывает книгу и снимает очки. — Почему не спишь? — Ты ушел. — демон отпустил ангела, чтобы тот повернулся к нему лицом. Мягкий свет от лампы осветил светлое лицо Азирафаэля и Кроули невольно улыбнулся. Азирафаэль смутился, заметив это. — Прости, дорогой. Нужно было посмотреть кое-какую книгу. Ты крепко спал. — Я проснулся. Азирафаэль сочувственно наклонил голову и встал с кресла. Оказываясь около Кроули, он обнял его. — Кошмары? — Да. — ответил демон, кладя руку на спину Азирафаэля и прижимаясь щекой к щеке. — Тебе еще надо чуть-чуть поспать. — сказал Азирафаэль, отстраняясь. — Пойдем со мной. — Кроули моляще посмотрел на ангела. Ему страшно было находиться в комнате одному. Ему страшно было находиться наедине со своими кошмарами. — Ты можешь осмотреть книгу там. — уговаривал Кроули. — Не буду, дорогой. — помотал головой Азирафаэль. — Пойдем вместе спать. Азирафаэль отключил лампу и они поднялись наверх. Попадая в постель, Кроули сразу же облепил Азирафаэля своими конечностями, утыкаясь ему в шею. В комнате воцарилась полная тишина. — Кроули? — Да, ангел? — пробубнил демон. — Некорректно спрашивать, но ты так и не ответил мне тогда на вопрос: Зачем ты хотел сжечь свои крылья? Кроули дернулся в объятьях ангела, вновь вспоминая свой отвратительный сон. Воспоминание, что преследует его на протяжении долгого времени. — Я думал, что если при падении мои крылья горели и стали черными. — растягивая слова, ответил Кроули. — Так, может можно было сделать все наоборот? И с белыми крыльями я бы тебе нравился больше. А главной целью было просто исчезнуть навсегда. Азирафаэль сжал плечи демона. Это воспоминание у обоих было самым неприятным. Кроули часто стыдил себя за это, но Азирафаэль постоянно отвечал, что тот не виноват. — Ангел? — Да, дорогой. — Если бы у меня были белые крылья, то ты бы меня любил больше? — Я тебя люблю за то, что ты — это ты, Кроули.