Под прицелом

      Дыхание сбилось, взгляд бегал из стороны в сторону ища ходы для отступления. Маркус знал, он не лучший лидер Иерихона, но он не хотел вести всех на смерть, он не хотел, он жалел об этом. Сердце сжалось, несколько десятков федералов были готовы открыть по ним огонь в любую секунду, эти секунду в миг стали вечностью. Андроиды ждут, они ждут того, что он их всех спасет, они надеятся на него, они полностью положились на него и Маркус считал это их ошибкой. Они возложили на него слишком много надежд и обязательств, он не мог, он не хотел этого делать, слишком сложно, слишком невыносимо. Почему Иерихонцы молчат? Почему ничего не делают, почему даже сейчас они ждут приказов Маркуса. Они боятся, им нужен кто-то кто поведет их за собой, даже если этот кто-то не способен на это, даже если этот кто-то повел их только потому что другие не хотели вставать на его место, просто потому что не было другого выбора.       — Маркус, что мы будем делать? — Голос Саймона впервые не успокаивает, а раздражает.       Почему даже сейчас они ждут ответа от того кто их подвёл? Почему они так слепо следуют за ним, почему верят ему на слово? Потому что он освободил их? Дал им надежду? Дал им смысл жить? Не важно, Маркус всё равно жалел об этом, он не смог выполнить то, что пообещал, чувство вины поглощало его, мешая, мыслить трезво. Пальцы медленно сжались, он не знал, что делать дальше. Это тупик. Хотелось не делать больше ничего, исчезнуть, не умереть, исчезнуть так, что бы никто больше не вспоминал. Ветер обдал его лицо, заставляя, сморщится, тириумный насос вновь застучал быстрее, это был страх, Маркус больше не боялся признать этого, он не боялся признаться самому себе, что обрёк всех кого он любил, всех кто был ему дорог, всех в том числе себя и Саймона он обрёк на неминуемую гибель. Саймон медленно коснулся его руки, стараясь успокоить его он подключился к нему. Безнадёжные мысли Маркуса поглотили и его, у них не было выхода. Каждое его действие могло быть последним и все же собравшись с мыслями Маркус решил не тратить их просто так.       Медленно повернув голову, стараясь не вызывать подозрений, андроид так же медленно и нерешительно наклонился не разрывая с Саймоном зрительный контакт. Девиант не сразу понял его намерения. Аккуратно коснувшись чужих губ Маркус на секунду замер и прикрыв глаза вновь продолжил целовать его. Настолько нежно насколько был способен, он знал, возможно этот поцелуй будет последним, возможно прямо сейчас он умрет, каждая секунда могла оказаться смертельной. Все так же аккуратно целуя Саймона Маркус переплел их пальцы поднимая руку выше. Он чувствовал как бьётся его тириумный насос, он чувствовал его эмоции, слышал его мысли, то чего он боялся и на, что надеялся. Под прицелом оружия все ощущалось острее, как в первый раз. Он слышал его не сбывшиеся мечты, у них была мечта, сейчас же она уже не имела значения, сейчас они жили здесь и сейчас, ни в будущем, ни в прошлом, сейчас. Слегка обняв Саймона за плечо другой рукой Маркус не отстраняясь чуть наклонил голову в бок, продолжая медленно, но уверенно целовать его. Где-то внутри что-то щемило, он хотел жить, хотел жить вместе с ним, где-нибудь где им никто не помешает, почему они должны добиваться этого? Отстранившись от Саймона Маркус неловко опустил взгляд в снег в надежде что федералы повременят хотя бы на пару минут, на пару секунд. Он видел как все смотрят на них, андроиды, люди, они ждут, ждут, не стреляют. У них ещё есть время, они успеют.       Обняв Маркуса за шею Саймон вновь целует его, впиваясь в чужие губы он обнимает его сильнее, обнимает как в последний раз. И Маркус отвечает на поцелуй, он не слышит и не видит мозолящих глаза людей, андроидов, он не хочет их видеть. Сейчас были только они, как будто в своем, отдельном мире, словно в вакууме, там где не было больше никого. Они не слышали как вертолеты подлетели ближе, они не слышали как люди из толпы запротестовали против убийства андроидов, они не слышали как федералы медленно опустили оружие, они не слышали этого. Сейчас были только они. Разорвав поцелуй Маркуса вновь охватило отчаяние, он не хотел смотреть в сторону людей, он хотел закрыть глаза, ослепнуть, лишь бы больше не видеть как его народ погибает, не бояться за свою жизнь, за жизнь Саймона. На его левое плечо медленно опустилась рука Норт, пару раз моргнув она сглотнула в надежде на объяснения, но Маркуса не мог и не хотел объяснять, не было смысла, он делал то, что считал нужным, и сейчас уже было плевать, ведь время нельзя повернуть вспять, исправить, остаётся только смиренно ждать приговора, который вынесет ему жизнь на этот раз. В ушах стоял противный звон, голова словно раскалывалась, ноги ослабели, он ждал отсчитывая секунды до своей смерти, минуты, не двигаясь, кажется теряя сознания, но ждал, стараясь не надеяться       — Они убрали оружие, — Переведя дух сквозь волнения заметил Саймон. — Они убрали оружие слышите. — Он повернулся ко всем Иерихонцам, но заметив, что Маркус не слушает его он повторил вновь. — Они не будут стрелять.       Маркус не сразу услышал его, он не сразу поверил в это, ему казалось это всё жестоким розыгрышем и что в любую секунду по ним откроют огонь, прямо как в тот раз. Но это было по настоящему, это не было в каких-то снах или видениях, это было здесь, рядом, почти осязаемо. Тяжесть будто испарилась превратившись в ничего не значащую пыль, это казалось невозможным, но всё же... это свершилось, долгая, темная и непросветная ночь подошла к своему концу. Саймону даже на секунду показалось, что Маркус улыбнулся. Слегка, всего на секунду.