Записи доктора: эксперимент над Архонтом

Кабинет Дотторе казался подарком Царицы. Всё выглядело так загадочно и даже мрачно, когда свет погасили. Письменный стол с установленными на нём книгами и рядом стоящий стул, с красной спинкой, украшенный золотом. Даже красный ковёр под лежащим телом и угасающей лампой над ним. Остальное было таким смутным для Венти, ведь вода с Фонтейна до сих пор не выходила из организма. В любом случае, всё по царски, даже здесь, казалось бы, в обычном кабинете доктора. Но выделяющиеся окно, из которого светил яркий свет, не давало барду покоя. Ведь он мог разглядеть в нём другую комнату, где стоял операционный стол. Обжигающе холодный и наводящий на мысли о том, что было с пациентами, которые побывали на нём. Архонт никогда бы не подумал о том, что окажется в подобном месте. — Это всё по моей глупости. Я чувствовал, как ко мне подбираются фатуи снова, но не обратил внимание. Но на этот раз, я не стану сдерживаться и отомщу Крио Архонту за её наглых беспардонных псов, что вторглись на мои земли. Я даже не верю в то, что Дотторе преследует свои личные цели. Здесь явно замешана она. — мысли перемешались вновь, но думать сейчас о мести нужно в последний момент. Глотая слюну, Венти устремил взгляд на большое, по сравнению с ним, тело доктора. Барбатос пытался вглядеться в лицо Дотторе, ведь маски на нём не было. Помешало лишь то, что мужчина вновь схватился за запястье Венти, уже сдавливая его, словно собственную игрушку. Возмущённый Венти мог лишь вырываться, хоть и понимал, что совершенно не мог совладать с физической силой похитителя. «Мне пришлось немного помучиться, чтобы затащить наглеца на стол, где его руки и ноги было необходимо связать на время. Первым делом, мне нужно осмотреть пациента и проверить его реакцию на разного рода прикосновения и не только.» Архонт уже лежал на холодной поверхности стола в неестественной позе эмбриона. Руки огибали колени и были связаны между собой, как и сами ноги. Парень лежал на боку, ведь только так можно было удобно устроиться, хоть и понимал, что беды не миновать. Не приятная горечь внутри не давала покоя, ведь Венти не мог остановить Дотторе. Голова всё ещё немного кружилась, а в воздухе стоял едкий запах какого-то вещества, которое будто сдерживало силы и всю энергию. Появлялась слабость, но одновременно сладкое порочное чувство. Возбуждение, которое оскверняло Барбатоса ещё сильнее. Дыхание снова участилось, когда Дотторе оказался рядом. — Чего ты добиваешься...? — через силу спрашивал Венти. — Сам же знаешь, что могу с тобой сделать... — тихий смешок прервал фразу Архонта. Дотторе захватил пальцами косичку парня и резко потянул её вверх, сжимая в кулаке, от чего голова Архонта сразу поднялась, а сам он зажмурился. — Ну, давай, тебе же легче от этого станет, да?! — восклицал тот, замечая в другой руке доктора своё спасение. Гнозис. Бирюзовая, переливающаяся при тусклом свете, шахматная фигурка. — Красная бабочка, пылающая и летящая сквозь холодную метель, подала мне прекрасную идею для опытов над тобой. Что будет, если я попытаюсь вставить в тебя Сердце Бога и снова заберу? Ты будешь чувствовать прилив сил и снова погаснешь. Так по кругу. Дотторе тут же отпустил Венти, который явно был напуган такой идеей, но не подавал виду, ведь совсем не хотел показаться слабым. Брови парня опустились и он посмотрел в сторону своих колен. Поза всё ещё не давала покоя, ведь не было до конца понятно, что имел ввиду второй предвестник. Послышались отголоски шагов от сапог доктора. Белый ферзь, в руке Дотторе, который он перебирал среди пальцев, в один момент оказался прижат к бедру Венти. А рука доктора оказалась на ягодице парня, которую он внезапно сжал и оттянул. Царапая какой-то узор наконечником и оставляя за собой красный и влажный след, предвестник ткнул Гнозисом прямо в анус Барбатоса, от чего тот стал дёргаться, и пытаться проползти по поверхности стола. — Урод! Ты оскверняешь доброе имя Барбатоса! И чем ты обмазал моё Сердце? — кажется злоба поборола смущение и удивление Венти, но внезапный толчок внутрь ануса, помешал высказываниям. Гнозис вошёл быстро, не смотря на свои маленькие детали, которые могли помешать проникновению в отверстие. Вскрикивая от такой резкой боли, Барбатос ещё больше стал дёргаться, что делало ситуацию ещё хуже. Он глотал ртом воздух, а из глаз потекли произвольно слёзы, от упирающихся острых уголков в стенки ануса. Хоть и инородный предмет был чем-то смазан, но болезненные ощущения не уходили, ведь Дотторе вошёл довольно резко, от чего анус паренька сразу же покраснел и начал покалывать. — Извини, надо было тебя немного пожалеть и начать с твоих сосков, которые тебе в жизни не понадобятся. Но таков я. Всегда хочу поскорей добиться результата. — неоднозначно произносит Дотторе и оставляет головку Гнозиса внутри Венти, слушая, как он постанывал от боли. Доктор берётся за бёдра Барбатоса и поворачивает его так, что тот оказывается прижатым щекой к столу, а руки начали уже затекать, ведь были до сих пор связаны. Бёдра Венти теперь были на весу, а Дотторе мог лицезреть торчащий из ануса кусочек шахматной фигуры. Венти снова почувствовал едкий запах, который невероятно расслаблял его. Похоже, что предвестник оставил у себя в операционной какую-то смесь, аромат которой невероятно возбуждал, хоть и Архонт пытался сопротивляться этому какое-то время. Но уже не оставалось попыток вытащить и спокойно забрать Сердце Бога себе. Бард понимал, что через кишечник сила точно не вернётся к нему. Венти принял свою судьбу. Возбуждение накатило на него и голова совсем перестала соображать, будто под выпитым алкоголем. Член паренька начал источать смазку, которая капала прямо на стол, вместе с перемешавшимися жидкостями из ануса. Бард так же тяжело дышал и стал немного ёрзать, и медленно двигать своими бёдрами, будто что-то выпрашивал. Дотторе понял, что подопытного можно было уже развязать, в силу своей беспомощности. Но доктор ещё пару минут наслаждался видом, записывая то, с каким выражением лица Архонт смотрел на него. «Смущение и возбуждение на лице Архонта были просто идеальными. Я бы никогда не подумал, что вещество «XX» именно так подействует на божество. Я решил освободить подопытного, чтобы рассмотреть его во всей красе и добавить деталей к сегодняшним записям.» Когда руки и ноги были благополучно развязаны, бард развалился на столе, прижимаясь животом к теплой поверхности, которую нагрел своим телом. Дотторе обхватил пальцами торчащий Гнозис и протолкнул его глубже, а затем резко вытащил, осматривая поверхность предмета, пока сам бард простонал громче и зажмурился. — Гнозис вошёл довольно просто. Твоё тело точно уже кто-то использовал. — мужчина провёл ладонью по оголённой спине Венти. — Может в тот момент, когда ты был сильно пьян? — Не вздумай... так говорить. — до сих пор бард не мог нормально заговорить, а лишь тихо стонал от новых ощущений и запаха, будто сходил с ума. Прошло уже десять минут, а состояние Архонта оставалось неизменным. Доктору очень хотелось продолжить делать поистине ужасные вещи. Терпения не хватало, поэтому мужчина начал думать, что можно было бы сделать с Венти. Он взял один из проводков, которые были подсоединены к одной из тех странных машин. Не долго думая, Дотторе перерезал ножом провод, который сразу начал искриться, так как был до сих пор подключён. Оголённым проводом, мужчина резко ткнул в грудь Венти, заставляя его прокричать уже от сильной боли. Парень подскочил и схватился за запястья Дотторе, скалясь на него. — Ты выглядишь как дворовый пёс. — мужчина вырвал свои руки из хватки Архонта, а затем схватил его за горло вновь, кидая провод на пол. — Я ещё не закончил, так что не смей меня останавливать.