"Здравствуй и прощай"

Утро Джулии начиналось нерадостно. Вчерашний день не принёс облегчения. Скорее наоборот. Миссис Коп переживала переакклиматизацию, и не могла присмотреть за Самантой из-за непроходящего насморка. Выбор оказался невелик. Джулия обратилась к Иден, хотя понимала, что у той полно хлопот с маленькой Адрианой. -Не волнуйся, они всегда хорошо играют с Чипом, – успокаивала её Иден, провожая до двери. Вечером, совершенно разбитая, адвокат заехала за дочкой. Находиться среди людей было невыносимо. Она взяла работу на дом. Последней каплей стало то, что послушная обычно девочка вдруг разревелась и не захотела уходить. -Милая, что случилось?- она присела перед дочкой, готовая разрыдаться сама. -Собачка…- горько плакала девчушка, растирая кулачками глаза. Женщина погладила подбежавшего пёсика: – Откуда у вас такое чудо? Иден потупила взгляд. -Дядя Мейсон подарил! – гордо сообщил Чип. -Папа! – встрепенулась Саманта сквозь всхлипы. -Пойдём, родная. – Джулия взяла её на руки. – Уже поздно. Скажи до свидания Чипу и тёте Иден. -Ты бы всё-равно ничего не приняла от него… - Иден прочитала мысли Джулии и тронула её за плечо. – Возможно, позже… Саманта, Бритни ещё маленькая, ей пора спать. А ты приходи завтра. Мы пойдём гулять к океану. Ты, я, Чип и Адриана. И дядю Круза возьмём. Девочка прильнула к матери. -Спасибо, Иден. –поблагодарила Джулия. –А где Круз? -Он у СиСи, скоро будет. Он тебе нужен? -Нет. Передавай ему привет. Ещё раз спасибо. -Не стоит. Привози Саманту завтра. И, пожалуйста, звони, если что. Разместив Саманту, Джулия села за руль. Всегда внимательная к словам дочки, она никак не могла сосредоточиться. Одёрнув себя, мать становила машину и ответила на детское щебетание так спокойно, как только могла: -Милая, папа уехал, но он скоро вернётся. И привезёт тебе собачку. Обещаю. Когда-то давно, кажется, в прошлой жизни, она хотела родить ребёнка для себя. Всё получилось, но, слушая стук крошечного сердечка, она осознала, что эта девочка - частичка её и Мейсона- мужчины, ставшего по-настоящему родным. Родным для неё. И она отдала своё сердце в надежде на взаимность. Сколько раз оставалось совсем немного до их возможного единения, но после каждого сближения Мейсон неизменно отдалялся, словно боялся впустить её в свою душу. Они вошли в одинокий дом и растворились друг в друге. Мать и дочь. Теперь их было только двое. Отчаянно нуждаясь в тепле, Джулия уложила малышку возле себя. Она так хотела семью: улыбающуюся Саманту и Мейсона рядом с ними. Не в силах ничего изменить, женщина обхватила подушку и отдалась во власть беззвучных рыданий. Если бы сейчас открылась дверь… Но Джулия не верила в чудеса и знала, что этого не произойдёт никогда.