"Здравствуй и прощай"

Мэри закончила уборку и пришла в спальню. Взгляд упал на кровать. Неожиданно для себя она протянула руки к своей бывшей одежде. Мейсона не было, и она вдруг решилась. Сбросив легкий халат, она надела это платье. Оно было велико. Дрожа как осиновый лист, Мэри подошла к зеркалу, но ничего не случилось. Она только отметила, что платье имеет не лучший вид и абсолютно ей не идет. «Пусть прошлое останется в прошлом», - Мэри быстро переоделась и уселась ждать Мейсона. Стрелки часов бежали вперед. Она думала о клинике, о том, что нужно вернуться туда, попрощаться со всеми и забрать свои вещи. Какое это счастье, что у неё есть самый родной человек, Мейсон. Потом вспомнила о докторе. Он столько сделал для неё. Было просто невежливо отмалчиваться, растворяясь в обретенном блаженстве. В глубине сумочки она отыскала бумажку с номером телефона, собралась с духом и позвонила в особняк Кепвеллов. В трубке зазвучал незнакомый голос. -Добрый день. Могу я поговорить с доктором Ховардом? -Мэри, -выдохнули на другом конце провода. Она затаилась. -Мэри, это СиСи. - он говорил тихо, словно боялся спугнуть её. -Пожалуйста, не бойся. -Здравствуйте, мистер Кепвелл, - наконец выдавила из себя Мэри. -Господи, неужели это и вправду ты! Я начинаю верить в чудеса! Послушай меня. Сейчас я позову доктора. Я очень хочу тебя видеть. Ты приедешь? -Я приеду вечером, вместе с Мейсоном. -Хорошо. Хорошо. Это Мэри, – он передал трубку подошедшему Ховарду. – Я буду через час, необходимо отъехать по делам компании. Старик кивнул и взял трубку: -Мэри. -Здравствуйте, доктор. -Как ты себя чувствуешь? -Спасибо, хорошо, - стоило ли упоминать о том, что после обеда к ней вернулась утренняя слабость, сопровождающаяся подташниванием и легким головокружением, если после несчастного случая такое случалось довольно часто. Это было неприятно, но не смертельно, и должно было вот-вот пройти. - Вам звонил Мейсон… -Да, я говорил с ним. Я понимаю ваше решение. Или что-то изменилось? Если нет, мы увидимся вечером, и я покину Санта-Барбару. -Я поеду с Вами. -Мы обсудим это у Кепвеллов. Мэри… -Да? -Мейсон сказал, что ночью к тебе вернулась память, – он коснулся темы, которой она старательно избегала. Мэри обреченно вздохнула. -Я не буду ходить вокруг да около, и не собираюсь настаивать. Я всего лишь предложу тебе подняться со мной на крышу. Она молчала. -Я слишком хорошо тебя знаю. Когда-нибудь ты всё-равно туда пойдёшь. – Мэри зарделась, вспомнив платье. – И может случиться рецедив. Я буду далеко. Это меня беспокоит. Поговори с Мейсоном, быть может, вы подъедете вдвоём. Мы поднимемся на крышу. Посторонних не будет, обещаю. «Мейсон ушёл», - она прошептала это так тихо, что доктор переспросил : -Что? -Я согласна. -Хорошо, встретимся в отеле через полчаса. Мэри положила трубку и села, закрыв лицо руками. Только что она приняла решение, но не знала, верное ли оно. Доктор был прав. Рано или поздно она может оказаться на крыше, и одному Богу известно, чем это закончится. Она не может подставить Мейсона под такой удар. Мейсон… Ей нужно ехать быстрее, чтобы вернуться до его прихода. Ничего плохого не случится. Не может случиться. Её затошнило от страха. «Ты должна это сделать. Никто не знает тебя нынешнюю лучше, чем доктор Ховард. Он сможет помочь». Мэри взяла бумагу. Она писала, чтобы Мейсон не волновался, а рука дрожала так, что пришлось придержать её свободной кистью. У дверей она наклонилась к щенку: -Не скучай, я вернусь раньше, чем Мейсон, – она потрепала его за ушком и закрыла за собой дверь. Она выбралась из такси напротив Кепвелл-отеля и вошла в холл. Ховарда не было, как не было и никого другого, к кому Мэри смогла бы обратиться. Быть может, она опоздала, и врач ждёт её наверху? Мэри нашла лифт. Кнопки его мигали, но движения не было слышно. За поворотом она обнаружила лестницу. Мэри прошла бесчисленное количество ступенек и очутилась в полутемном коридоре. Дыхание сбилось, но она продвигалась вперед. Где-то должен быть выход! И вот она шагнула из коридора, делая глоток свежего воздуха.