период побегов в дождливой ночи

стараясь не наступать в лужи, гань юй сбегает к ней в глубокой ночи и крохотной печали, о которой думать не хочется. осень в ли юэ дождливая. сырость и пронизывающий ветер в гавани давят на виски похлеще завалов на работе, поэтому ей не остаётся ничего, кроме тихого побега в чужой дом. в уютную спальню с тёплым светом настольной лампы. кэ цин не выключает её на случай этих поздних визитов. что-то мягко сворачивается в груди, стоит завидеть слабый свет сквозь шторки на окне. сердце чуть настойчивее бьётся о грудную клетку от мысли, что её ждут. это приятно. никто из жителей города никогда бы и не смог лицезреть саму нефритовое равновесие в такой домашней атмосфере — с немного растрёпанным пучком на голове, в шёлковом халате и с едва заметным румянцем на щеках. но гань юй крайне часто слышит от девушки, что является особенной, поэтому без сомнений заключает ту в объятия, потому что только ей дозволено быть так близко. дверь тихо щёлкает за спиной, а чужие губы нежно целуют висок. дождь практически не слышно за плотно закрытыми окнами — в доме царит приятная тишина. обволакивает тело и позволяет расслабиться. кэ цин ничего не спрашивает. берёт чужие холодные руки в свои и греет. посматривает на чужое выражение лица, улыбаясь. вслух не произносит, но думает о том, что гань юй выглядит непозволительно мило. на полке в шкафу у девушки есть отдельное местечко для чужого комплекта пижамы, в ванной лежит вторая зубная щётка, а на кухне прибавилась кружка с цветочным узором, что явно выделяется среди однотонной посуды хозяйки. гань юй чувствует себя как дома, лёжа под тяжёлым одеялом в тёплых руках. — спасибо, — еле слышно шепчет, прикрывая глаза и целуя чужие губы. кэ цин давно думает о том, чтобы съехаться, но это не случится осенью. только не в период побегов в дождливой ночи.