Потанцуем?

Кавех никогда не видел, чтобы аль-Хайтам делал это. Не представлял даже, что он умеет. Он стоял посреди зала, лампы под потолком мигали, зеркальный шар крутился. В вихре сполохов и света, окружённый незнакомыми дёргающимися фигурами, отгороженный от шума и оглушающей музыки наушниками, аль-Хайтам протягивал ему руку. Немыслимо! Кавех бездумно сделал шаг вперёд и вдруг оказался подхваченным за талию и втянутым прямо в круг танцующих. В нём, как в эпицентре бури, оказалось спокойно и тихо. А может, это он уже оглох и почти ослеп от необычности происходящего — аль-Хайтам танцевал с ним рядом, впервые на памяти Кавеха, не стесняясь ни толпы, ни осуждающих взглядов, ничего. Он двигался так, словно готов был сражаться, но при этом плавно и без лишних усилий. Кавех бы долго любовался со стороны этим зрелищем, но оказался прямо напротив его лица, уставился в эти светлые глаза, сверкающие в полутьме дискотеки. Губы аль-Хайтама, на которые Кавех тоже невольно засмотрелся, растянулись в усмешке, на мгновение хищно блеснули зубы. Он склонился к уху Кавеха, повышая голос, чтобы перекричать музыку: «Прости, не поинтересовался. Ты вообще танцуешь?» Кавех спохватился и запоздало кивнул. Ладонь аль-Хайтама на поясе смущала его, ощущалась тяжёлой и слишком тёплой. Но убирать её он не торопился, и Кавех начал двигаться под музыку, стараясь не соприкасаться телом с аль-Хайтамом. Это было сложно, потому что вторая рука соседа внезапно тоже оказалась на талии, и соблюдать дистанцию стало почти невозможно. «Хорошо двигаешься», — услышал Кавех над ухом хорошо знакомый голос. Сегодня он был наполнен новыми, более низкими модуляциями, от которых невольно бежали мурашки по приоткрытой на лопатках спине. «У вас на Кшахреваре учат танцам?» Аль-Хайтам подтрунивал над ним. Что стоило Кавеху вернуть шутку про танцы и Хараватат, но он почему-то не смог даже открыть рот. Просто от того, что почувствовал, как его уха коснулись тёплые губы. Кавех вздрогнул… и проснулся. Ох, не стоило столько пить! Он со стыдом обнаружил, что вырубился прямо за столом в таверне. Играла громкая музыка, посетители танцевали в центре зала. Он различил в толпе острые верхушки ушей Тигнари, а значит, Сайно был где-то с ним рядом. За столом на соседнем стуле сидел только аль-Хайтам, и Кавех невольно покраснел, вспоминая свой короткий, но яркий сон. Его сосед уткнулся в свою неизменную книгу, казалось, происходящее вне её страниц его вообще не волновало. Кавех вдруг подскочил на месте. Неожиданно протянул руку, перекрывая ему строчки текста. — Потанцуем? — спросил он, безмерно удивляя как аль-Хайтама, так и самого себя. — Ты пьян? — ответил его сосед практически без вопроса в голосе. Кавех тряхнул волосами, из них посыпались заколочки, но ему было уже плевать. Он нетерпеливо дёрнул протянутой ладонью. — Ну и что, если так? Идёшь танцевать? Или трусишь? — с вызовом спросил он. Аль-Хайтам смерил его внимательным взглядом. Кавех приготовился втянуть голову в плечи, уже ожидая услышать от него колкую гадость. Но его сосед звучно захлопнул книгу. Кавех раскрыл рот от удивления. Аль-Хайтам вдруг улыбнулся точно так же, как в недавнем сне, и вложил свою руку в его ладонь.