Мясо

Нежные куски таят во рту, смешиваясь с вином, которым я запиваю сей прекрасный продукт, казалось и без того идеальное мясо, но с напитком оно становится ещё лучше, раскрывая свой вкус и будто бы приобретая новые оттенки. Я редко ел мясо, особенно в детстве, как бы аппетитно не выглядели блюда, какой бы манящий аромат они не источали, послевкусие всегда было, словно бы я ел не приготовленную матерью отбивную, а отнятый у собаки кусок мяса, уже давно имевший признаки разложения. Мерзкий вкус преследовал меня всё детство, но я даже успел привыкнуть к нему, иногда, даже привкус гнили может ассоциироваться с чем-то родным. Я до сих пор не уверен в том, почему это чувствовал, может мы покупали мясо не лучшего качества, которое само по себе имело неприятный вкус, а может мать просто не могла правильно обращаться с ним, что и вызвало преждевременное начало протухания продукта. Последний вариант был реалистичнее всего, мать всегда была довольно халатной и вполне вероятно, что во время не заметила первые признаки разложения, ну, а потом было уже поздно, либо выбросить и смириться с совершённой ошибкой, либо готовить из того, что есть. А, поскольку продукт, за который ты отдал деньги, уже жалко выбрасывать, то мы ели что имели, а имели мы, мягко говоря, не деликатес. Конечно, я не виню её за свою нелюбовь к мясу, она, в конце концов, не повар. Да, я её не виню, глупо в принципе за такое винить, если в будущем я в любом случае понял всю прелесть мясных продуктов. Ведь как ни странно, даже привкус тухлятины отстал от блюд матери, но это произошло лишь спустя много лет, после того, как я в нём нуждался, как в единственной доступной еде. Идеальное мясо остаётся таковым и сырым и приготовленным, в чём я прекрасно сегодня убедился. Я никогда не был любителем мяса с кровью, для меня оно было слишком нежным, да и концепция чье-то крови на мне очень отвращала меня в юности. Точно не помню, когда впервые попробовал его, но никогда не забуду свои ощущения, я не был уверен, как правильно его есть, поэтому просто откусил огромный кусок, после чего меня чуть не вырвало от количества крови на мне и в моём рту. Сейчас я знаю, что это даже не кровь и что это блюдо совершенно безопасно, но тогда я думал совершенно иначе. Я чувствовал омерзения, казалось, что я ем что-то отвратительное, грязное и мерзкое. Мысли о том, что через эту грязную телячью кровь я мог заразиться любой болезнью, пугала меня. Я был молод и глуп, боялся всего и был не готов пробовать что-либо новое, да, я не жалею об этом опыте, но будь я тогда мудрее, то наверное бы смог насладиться. Кровь далеко не самое худшее, что может сопровождать тебя при готовке мяса. Да, конечно, может сначала она вызывает отвращение, но потом понимаешь, что без неё никак, а потом даже ощущение крови на руках, её тяжелый, слегка железный запах вызывает улыбку и вызывает нежную истому, ибо кровь начинает ассоциироваться со скорым удовольствием от еды. А как можно брезговать тем, что помогает в предвкушении наслаждения, даже сама тёплая кровь на руках, уже может вызывать наслаждение. И вот, я проглотил очередной кусок, и, как и прежде, тянусь за новым. А уже съел всё самое нежное, поэтому пришлось перейти на более твёрдое и волокнистое, но с не менее роскошным вкусом. Кажется, что скоро я доем всё, и мысль об этом даже слегка пугает. Никогда не понимал людей, которые с удовольствием поглощали дешёвое мясо. Даже не из снобизма выливалось моё отвращение, а скорее из обожествления. Не поймите меня неправильно, я полностью адекватный человек и не молюсь кускам курицы, я скорее отношусь к подобным продуктам, как к чему-то сокровенному, что ни в коем случае нельзя портить и мысль о том, что кто-то добровольно давиться такой дрянью, как дешёвым мясом, просто убивает меня. Даже имея не самый большой заработок, я просто не мог экономить на мясе, ибо дешёвое мясо для меня было отвратительным, чем-то грязным, словно сырой кусок, срезанный с бока поражённой язвами коровы. Лучше вообще не есть мясо, чем перебиваться дешёвой плотью. Поедание некогда живых существ можно назвать чем-то интимным, не поймите меня неправильно. Кто-то существовал, жил свою может быть и бессмысленную, но всё же важную, жизнь, и вот, теперь кульминация этой жизни- твоя тарелка. Поэтому дешёвое мясо, его производство и поедание ничем не лучше осквернения могил. Поглощение мяса, становление чем-то единым, почти священный процесс, поэтому я так трепетно отношусь к любому проявлению кощунства. Всё хорошее когда-нибудь заканчивается, так вот и моё пиршество подошло к концу, но я не был сыт, хоть мой желудок и был полон, я желал большего, это желание сводило меня с ума. Я вбежал в кухню, никогда прежде так не радовался остаткам продуктов. Я взял в руки кость с остатками мяса, она была такого соблазнительно алого цвета, что я не мог удержаться и положил её в свой рот, но этого было мало, я начал вгрызаться в неё, не обращая внимания на усиливающуюся боль в зубах. Кость поддалась, и я с упоением грыз её, а за ней другую, а потом ещё одну и ещё. В конце концов, уже мои дёсны кровоточили и даже ни одной косточки не осталось. Но я хотел большего, я хотел продолжать наслаждаться, но уже ничего не осталось, всё во мне. Всё часть меня. Я упал на пол, слёзы стекали на грязный пол, смешиваясь с кровью изо рта. Не знаю, сколько я провёл в этом состоянии, время тянулось, как резина. Кажется, я потерял способность думать, казалось, с последним куском я не приобрёл, а потерял. Теперь это часть меня, думал я, вставая с пола. Часть меня, думал я, беря в руки нож и направляясь к разделочной доске.