Перезвони мне

Ванцзи не думал, что это что-то серьëзное. — Мы познакомились в музее, — говорит он брату, пожимая плечами. Скучающие глаза следят за проезжающей мимо жëлтой машиной. Как будто его собственная радужка потекла. Он хотел потратить выходной с пользой, узнать что-то новое, впитать немного энергии прошлого. Тишины. Он просто хотел тишины, если честно. А потом услышал смех. В глаза бросился парень в дальнем конце зала, стоящий около музыкальных инструментов. Ванцзи смотрит на него и забывает обо всех произведениях искусства, окружающих его со всех сторон. — Он был один? — у Сичэня любопытная улыбка и плохо скрываемый азарт в зрачках. Он более человечный, но зато не бывает машин, как его радужка. Получается, что счëт у них равный. — Не помню. Да? Если кто-то и был, я их не заметил. — Привет? — парень смотрит удивлённо, а Ванцзи вдруг радуется, что брат в детстве научил его плавать, потому что сейчас, заглядывая в незнакомые глаза, он почти тонет. — Здравствуй. Не против, если присоединюсь? Кто-то сбоку шипит, но Ванцзи не обращает внимания на фиолетовое пятно, дëргающееся где-то на фоне. Он смотрит только на улыбку парня, которая с каждой секундой становится шире. — Давай. В его стакане звонко перекатываются кубики льда. Вэй Ин. У него густые волосы и тонкая шея, которая напоминала цвет побелки потолка. Ванцзи знал, что не зря ходит в музеи. Вэй Ин много говорил, а Ванцзи много пропускал мимо ушей, только кивал, когда на него смотрели с вопросом. Глаза Вэй Ина — пыль на рамках картин. Серая часть драгоценности. — Я думаю, что музеи недооценивают, — щебечет Вэй Ин, активно жестикулируя. Ванцзи закусывает губу, чтобы не сжать чужие пальцы. — Только посмотри на этот фарфор… — Мгм. — Ванцзи смотрит только на тёмные волосы, перекатывающиеся по плечам, когда Вэй Ин наклоняется. Он даже отсюда чувствует запах старых книг и лаванды, исходящий от чужого тела. — Приятный запах, — говорит он, придвигаясь ближе. Вэй Ин закусывает губу, когда Ванцзи перебирает пряди между своих пальцев. — Что вы делали после музея? — Он болтал до самого закрытия, — отвечает ровным голосом. Никаких эмоций, но за окном красная машина. У Вэй Ина была красная резинка и Ванцзи невольно следит за автомобилем взглядом. — На улице было холодно, так что поехали в кино. — На что? — Человека-Паука. Ванцзи не любит кино про супергероев. Он вообще не любит кино. Но это был лëгкий способ заставить Вэй Ина замолчать на два часа и поразглядывать его в свете экрана. Возможно потрогать. У Вэй Ина тонкая не только шея, но и запястья с пальцами. А в полумраке он казался совсем хрупким. Как фарфоровая ваза, на которую он показывал в музее. Красиво, но небезопасно трогать. — Я здесь только ради Тони Старка, — говорит он с улыбкой, глядя на экран. Лань Ванцзи смотрит только на Вэй Ина. Он не может оторваться с того самого момента, как услышал его смех. — Ты вот в какой команде? Кэпа или Железного человека? — Не знаю, — Ванцзи переплетает их пальцы, а Вэй Ин вздрагивает, но улыбаться продолжает. В холодном свете проектора он сияет как-то по-особенному. Ванцзи не придаёт этому значения, думая только о тепле чужой ладони. Он поглаживает мягкую кожу подушечкой большого пальца. — И что было дальше? — Ничего, — Ванцзи переводит взгляд на брата. Сичэнь выглядит довольным. — Дал мне свой номер. — И всë? — И всë. — Спасибо за компанию, — Вэй Ин смотрит большими серыми глазами, а в волосах у него искрятся снежинки. Лань Ванцзи поднимает руку, едва ощутимо касаясь прядей. Он медленно ведёт ладонь вниз, задевая щёку и открытый участок шеи. Под пальцами появляются мурашки. — Замёрз? Вэй Ин отрицательно качает головой, пряча улыбку. Лань Ванцзи приоткрывает рот, но не успевает до конца сформулировать вопрос, как Вэй Ин встаёт на цыпочки, оставляя торопливый поцелуй в уголке чуть раскрытых губ. — Увидимся позже! — говорит он, отбегая к дверям своего подъезда. Лань Ванцзи потерянно смотрит на свою руку, где каплями остались снежинки, затесавшиеся в волосах Вэй Ина. — Ты ему звонил? Ванцзи боковым зрением видит проезжающую белую машину. Лëд в стакане перекатывается ещё раз, а улыбка Сичэня становится шире. — Звонил. — И что? — Автоответчик. — Ты оставил сообщение, да? — на немой кивок брат хихикает. — И что сказал? Ванцзи молчит. За окном много новых машин, он считает красные и жëлтые. «Перезвони мне, пожалуйста»

***

Ванцзи не думал, что это что-то серьёзное, но почему-то все выходные нервно кусал губы, то и дело проверяя телефон. Он хмурится на брата, сверкающего там и тут слишком довольной улыбкой. — Нервничаешь? — Сичэнь выплывает из дверного проёма. — Нелепость, — незамедлительно отвечает Ванцзи, вертя в пальцах молчащий смартфон. — Ванцзи, — брат кладёт руку на его плечо, чуть сжимая. Под горячими пальцами струятся складки рубашки. — Расслабься, иди, подыши воздухом на балкон. Твой телефон скоро расплавится от взгляда. — Нелепость, — повторяет он, но покорно встаёт с дивана, откладывая устройство на столик. Холодный ветер бьёт в лицо, заставляя поморщиться. Нос почти мгновенно краснеет, одна снежинка попадает прямо в глаз, от чего тот начинает слезиться. Ванцзи думает, что это всё глупости, когда понимает, что посчитал все красные машины на парковке во дворе. Шестнадцать. Довольно много. Он смотрит на свою руку, вспоминая ощущения кожи Вэй Ина. В ушах звук его смеха, который так идеально ложится на любимую песню Лань Ванцзи. — Брат, — голос Сичэня вырывает из мыслей. Смех пропадает, а любимая песня… — Тебе там звонят. Ванцзи разворачивается так быстро, что хрустит шея. Сичэнь смотрит почти испуганно, когда Ванцзи выбегает с балкона, спотыкаясь о ступеньку, едва не впечатываясь носом в пол. Он останавливается всего на мгновение, чтобы сделать глубокий вдох. — Алло? — получается совершенно спокойно. Сичэнь давится воздухом. — Оу, Лань Чжань, — голос Вэй Ина немного нервный. Ванцзи представляет, что тот теребит край футболки. Он держится из последних сил, чтобы не выдохнуть с облегчением. Не перед Сичэнем. — Не отвлекаю? — Нет. Сердце бьётся где-то в горле, Ванцзи признаётся сам себе, что это «что-то». Вэй Ин не «ничего серьёзного», он не увлечение из музея с симпатичным личиком и запоминающимся смехом. Это почти пугает. — Хорошо, да. — Ванцзи не видит, но уверен, что собеседник облизывает губы. Ванцзи тоже хочет облизать его губы. До этой секунды он об этом даже не задумывался, но теперь не может прекратить представлять каково это — целовать Вэй Ина. Он впервые узнал о том, что язык может зудеть. — Ты не против… Ванцзи готов сказать «да». Вэй Ин ещё даже не закончил, но Ванцзи уже согласен. Он чувствует себя льдом в собственном стакане. Он чувствует, что медленно тает. Но через мгновение хмурится, когда слышит чей-то голос по ту сторону телефона. Голос, который совершенно точно был не голосом Вэй Ина. — Ты раздражаешь, — говорит кто-то. Это удивительно похоже на шипение фиолетового пятна из музея. Вот кто по-настоящему раздражает. Сичэнь одними губами спрашивает в чём дело. — Просто уйди с моих глаз. — Я пытаюсь! — кидает в ответ Вэй Ин, прикрывая динамик. Следует хлопок, после чего он говорит прежним спокойным голосом. — Прости. Головная боль. — Всё в порядке? — М? Да! Да, всё хорошо, это нормально. — Ванцзи хочет ударить фиолетовое пятно. — Я хотел узнать, ты не хотел бы со мной… — Да, — отвечает он незамедлительно. — Лань Чжань, — Вэй Ин удивлённо смеётся и Ванцзи жалеет, что разговор не записывается. — Ты даже не дослушал. А если я хотел пригласить тебя на кладбище, м? Вдруг я по воскресеньям трупы выкапываю, чтобы проводить странные ритуалы воскрешения? Лань Ванцзи думает один удар сердца. Сейчас оно бьётся примерно шестьсот раз в минуту. — Мне нужно взять лопату? Сичэнь давится воздухом второй раз.

***

— Вэй Ин. — Лань Чжань! — он подскакивает, когда Ванцзи кладёт руку на неприкрытую шапкой макушку. В ушах красные — ну конечно — наушники, из которых доносится что-то отдалённо знакомое. Ванцзи обещает себе, что подумает, и поищет, позже. — Ты меня напугал. — Извини. — Ванцзи смотрит на Вэй Ина несколько секунд, получая такой же любопытный взгляд в ответ. — Ты без шапки. — А ты наблюдательный, — он неловко смеётся, прикладывая ладонь к голове. — Я торопился. Не хотел, чтобы ты ждал, сегодня холодно. — Нелепость. Ванцзи сцепляет их пальцы, отмечая, что кожа у Вэй Ина тёплая, как и что-то искрящееся в глазах. Он вспоминает искренний смех в музее и быстрый поцелуй на прощание. Вспоминает тонкую шею и любовь к Железному человеку. И красную резинку для волос. — Почему ты не позвонил раньше? — он поднимает их сплетённые пальцы к своим губам, обдавая горячим дыханием. Просто так. Захотелось. Вэй Ин улыбается. — А-Чэн… Парень из музея, помнишь? Он был в фиолетовом кардигане. — Ванцзи хмурится. Шипящее пятно. Он кивает. — Мы уезжали к его родителям, — Вэй Ин кусает губу, исправляясь. — К нашим родителям. Но я забыл зарядку, так что… Прости. Лань Ванцзи кивает. — Он твой брат? — Да. Почти. Меня усыновила его семья. У тебя есть братья? — Мгм. Старший. — О, — Вэй Ин оживляется, сильнее сжимая чужие пальцы. Это приятно. — И какие у вас отношения? Лань Ванцзи вспоминает издевательскую улыбку брата, преследующую его последние три дня. — Иногда он раздражает. — А-Чэн говорит, что я раздражаю его всегда, — хихикает Вэй Ин, это очаровательно и должно быть незаконно. — Но он единственный, кто меня терпит. Кроме сестры, но она вышла замуж, так что мы видимся довольно редко. — Я могу тебя терпеть, — говорит Ванцзи совершенно серьёзно. За спиной Вэй Ина проезжает жёлтая машина. — Ох, не говори такие вещи, а то я влюблюсь, — пытается он пошутить. Щёки заливает румянец, и это тоже слишком очаровательно. Ванцзи говорит в три раза увереннее: — Я хочу тебя терпеть.

***

— А потом? Сичэнь выглядит слишком счастливым, как будто это его поцеловал Вэй Ин. Ванцзи подозрительно щурится. Губы до сих немного покалывает. — Мы пошли в океанариум. Вэй Ин выглядел несколько разочарованно, когда увидел рыбу-меч, но потом улыбнулся и… — И ты поплыл, прямо как та рыба? Идея найти лопату нравится Ванцзи всё больше.