Один на миссии.

В кабинете Мори царила абсолютная тишина, присутствующие там исполнители, получив индивидуальные задания, один за другим исчезали в дверях. Пока там не остались лишь Дазай и Чуя. Первый, скрестив руки на груди, время от времени закатывал глаза и цокал языком, Чуя же стоял чуть позади него, готовясь услышать, куда их направят. Мори, упуская детали, сообщил им об одной организации, новообразованной группировке, которую следовало срочно устранить. Но Дазай должен был отправиться на миссию один. И пока демонический вундеркинд ухмылялся услышанному, а затем кивнул боссу, Чуя же, сжав руки в кулаки, сделал шаг вперед. Мори, не обратив на этот жест никакого внимания, дал парням понять, что они вольны покинуть его кабинет.

***

Подразделение Дазая, предположив, что на месте действия их окружат со всех сторон, держали кольцо вокруг их руководителя, чтобы, в случае чего, его защитить. Чуя занял позицию на крыше двухэтажного здания и внимательно наблюдал за всем происходящим — подчинённые Дазая, ожидаемо, справлялись отлично, один за другим мгновенно избавляясь от врагов. Сам же Дазай стоял в центре — это был небольшой двор — и просчитывал следующий ход противника. Пули свистели вокруг него, но он как будто бы знал, откуда произойдёт следующий выстрел, и каждый раз успешно уклонялся. Чуя был в полной готовности вмешаться, если это потребуется… Но лучше бы не потребовалось. Почему Дазая на подобные миссии отправляют одного? (Чуя прекрасно знал ответ на данный вопрос). Когда пыль наконец улеглась, Дазай торопливо отряхнул своё пальто и коротко переговорил с одним из своих бойцов. Слова с этого расстояния Накахара расслышать не смог. Дазай остался стоять совсем один посреди невысоких построек, когда вдруг громко и отчётливо произнёс: — Эй, Чуя. Через секунду, спрыгнув с крыши, Чуя уже стоял позади напарника. — Я думаю, нам стоит отпраздновать, — быстро развернувшись на пятках, Дазай одарил Накахару лучезарной и заразительной улыбкой, выражение лица Чуи при этом всё ещё оставалось неизменно сосредоточенным. — Пошли, пошли, здесь неподалёку есть идзакая.

***

Чуе не было интересно, откуда Дазай был осведомлён о расположении питейных заведений в данном богом забытом районе города. В идзакае было чисто и относительно уютно, безлюдно. Дазай подливал себе холодное саке, а Накахаре уже казалось, что тот много явно не выпьет, хотя и непременно постарается. Они молчали, пока Дазай не осушил несколько чашечек, одну за другой. — Ты не будешь пить, а, Чуя? — Не хочу. — Скучный ты, — Дазай, опустив голову на руки, прикрыл глаза. — Обстановка и ситуация располагают, знаешь ли. — Я за рулём приехал. — Чуя Накахара на его красном байке… верен себе, — Дазай хихикнул, так и не раскрывая глаз. Сидящий напротив него парень сейчас пытался оценить, сколько вообще Дазай сможет выпить, прежде чем отключится, учитывая достаточно хрупкое его телосложение. — Так почему же ты пришёл сегодня, Чуя? — Дазай лениво выпрямился, лишь чтобы подлить себе ещё саке. — Хотел убедиться, что всё пройдет гладко. — Вот оно как… Странно. — Почему… «странно»? — Когда нам было по пятнадцать, и я только вступил в мафию, практически у тебя на глазах я устранил GSS. С чего ты вдруг начал так во мне сомневаться? — Дазай откровенно зевал, но ему и правда было очень любопытно услышать ответ. — Это было до. — До твоего вступления? Ммм, нет. Это было прямо в секунду твоего вступления… Я хорошо помню тот день. — Это было до того, как я узнал тебя. — Ах.. вот как. Так тебе не всё равно на меня, Чуя? Щёки Дазая пылали от алкоголя, и сложно было сказать, какие эмоции тот испытывал сейчас, но на лице его вдруг появилась блаженная улыбка. Чуя молчал, поэтому Дазай вновь удобно устроил свою голову на сложенных на стол руках: — Ты волнуешься за меня. Чуя не шелохнулся, и мускул на лице его не дрогнул, пока он смотрел на напарника, практически не моргая. Прошло какое-то время, и, судя по молчанию и мерному дыханию Дазая, тот всё-таки задремал. Лучше бы ему завязать с алкоголем — так думал Чуя, когда, оставив деньги за выпивку, подошёл к напарнику и подхватил его под плечом, чтобы поднять на ноги, при этом крепко придерживая его другой рукой за талию. Дазай… он у себя на уме. Большинство его просто не понимают. Да и не поймут. Он действует всегда настолько самоуверенно, что кому-то это обязательно покажется безрассудством. Дазай ведёт себя как ребёнок. Но кто сказал, что это плохо? Когда они оказались на улице, Дазай поднял вторую руку и теперь висел на шее Накахары, и тому лишь оставалось подхватить парня на руки. Тогда Дазай что-то пробормотал, Чуе показалось, что тот назвал его сильным, но, возможно, ему и правда лишь показалось. А вообще. Уже больше года прошло, как они оба в мафии, и пусть остальные думают, что им заблагорассудится, Чуя абсолютно уверен, что блистательный и острый ум Дазая ещё не раз проявит себя. Все ещё увидят, на что тот способен. А Чуя, он, наперекор всему, всегда будет рядом с ним. Станет частью очередного плана, если понадобится. И пусть за это его тоже назовут безрассудным. Но разве это важно? Или важно то, что, пока они оба живы и в порядке, городу, который они так любят, ничего не угрожает.