Осень

      Сюэ Ян не любил осень. Не видел в ней ничего хорошего. Яркая зелень потихоньку начинала терять свой цвет, листья постепенно желтели, температура воздуха начинала медленно опускаться вниз, и через какое-то время выскакивать на улицу в одной футболке становилось весьма опрометчивым решением.       Но самым противным было даже не ощущение, что природа медленно подыхает, а дожди. Их Ян буквально ненавидел за то, что в такие дни старые шрамы, оставшиеся от полученных в детстве травм из-за одного сбившего его придурка, снова давали о себе знать.       И сегодня, как назло, день выдался дождливый. Левые рука и нога ныли ещё с ночи и, хотя Ян имел полное право послать к чёрту любимое начальство и остаться в законный выходной дома, Мэн Яо, этот хитрый лис, а по совместительству начальник и друг, пообещал хорошо заплатить, если Сюэ Ян придёт всё же на работу. И, поскольку деньги были нужны, пришлось тащиться в сырость, поминая Яо добрым и ласковым словом.       Сама работа не заняла много времени, отняв лишь утро, и уже в начале первого Ян был совершенно свободен. Старина Яо, как и обещал, заплатил, и настроение Яна даже немного поднялось, но на обратном пути сломался зонт, а дождь усилился, и, выругавшись, Сюэ Ян, прихрамывая, прибавил шаг, стараясь не обращать внимания на усилившуюся боль в ноге. Благо хоть до дома идти было уже недалеко.       Доехав до родного восьмого этажа на лифте, Ян вытащил из кармана джинсов ключи и, открыв дверь, вошёл в квартиру. Из своей комнаты выглянула А-Цин. Окинув брата взглядом, она хмыкнула и сказала:       — Ты сейчас похож на мокрого кошака.       — Я и ощущаю себя сейчас им, — проворчал Ян, закидывая на полочку ключи и разуваясь.       В животе заурчало. Вспомнив, что он сегодня даже не завтракал, Сюэ Ян спросил:       — Дома есть что пожрать?       Прислонившись к дверному косяку и скрестив на груди руки, А-Цин ответила:       — Ну, если бы кое-кто вчера всё же оторвал свою задницу от кресла и вместо того, чтобы гасить компьютерных монстров, сходил бы в магазин, потому что была как раз его очередь, то, да, дома было бы что пожрать.       Перестав развязывать шнурки на второй кроссовке, Сюэ Ян внимательно посмотрел на сестру. Она это сейчас серьёзно? И даже не позвонила, чтобы напомнить, что дома продуктов нет, а теперь, когда он мокрый, замёрзший и мечтает о горячей ванне, спокойно ему сообщает, что, мол, извини, но жрать нечего?       Чувствуя, что ещё немного и он придушит её к чёртовой матери, Сюэ Ян уже открыл рот, чтобы высказать всё, что он думает, как дверь их комнаты открылась и оттуда выглянул Сяо Синчэнь.       — Что у вас происходит?       — Эта мелочь… — возмущённо начал Ян, но его перебил вырвавшийся смешок А-Цин.       Переведя взгляд на девочку-подростка, он увидел, что она пытается оставаться серьёзной, но получается это плохо из-за явного желания засмеяться. Встретившись с ним взглядом, она перестала сдерживаться и расхохоталась.       Ян с недоумением посмотрел на неё, зато Синчэнь, кажется, всё понял и, укоризненно покачав головой, сказал:       — А-Цин, нехорошо разыгрывать уставшего и голодного человека. Мы же вместе с тобой сегодня утром в магазин ходили.       — Но, гэгэ… — сдавленно проговорила А-Цин, пытаясь справиться со смехом, — если бы ты увидел его лицо в самом начале, когда я только сказала, что дома есть нечего, то… — не договорив, девочка снова засмеялась.       — Разыграла значит? — мрачно уточнил Ян. — Я тебе это ещё припомню.       — Ой, боюсь-боюсь, — с улыбкой сказала А-Цин, всё ещё хихикая.       Только вздохнув, Сяо Синчэнь сказал, обратившись к Яну:       — Иди в ванную и погрейся. Не хочу, чтобы ты заболел. А я пока приготовлю что-нибудь.       Избавившись наконец от кроссовки, Ян подошёл к Синчэню и, обняв, сказал:       — Только ты один меня и любишь.       Сяо Синчэнь прижал его к себе и уверенно произнёс:       — Я не один. А-Цин тоже тебя любит, просто вредничает.       Никак не прокомментировав данное заявление, А-Цин показала брату язык и скрылась в своей комнате, оставив парочку наедине.       Воспользовавшись моментом, Сюэ Ян обхватил лицо любимого руками и поцеловал так, как нравилось им обоим: нежно и страстно одновременно, чуть прикусывая губу в конце. Синчэнь с заметной охотой ответил, но продлился поцелуй недолго, и, отстранившись первым, Синчэнь напомнил:       — Сначала ванная, а потом поесть. Я принесу тебе одежду.       С неохотой разжав руки и выпустив любимого из объятий, Ян чмокнул его в щёку и скрылся в ванной комнате.       И позже, уютно устроившись на коленях Сяо Синчэня, попивая горячий чай и посматривая на вазочку с конфетами, Сюэ Ян подумал, что даже дождливый осенний день может быть приятным, если тебя любят.