Учитель

Чжун Ли сидел в кофейне и спокойно пил эспрессо, когда ему позвонил Сяо и сказал, что нашёл себе репетитора по русскому языку. Сказать, что это было неожиданно — значит ничего не сказать. Говоря начистоту, Сяо всегда был чрезмерно ответственным и любопытным ребёнком, но он никогда не просил нанимать себе репетиторов, обычно это была инициатива самого Чжун Ли. И не то чтобы ребёнку они требовались, просто мужчина видел, насколько сообразителен малыш, а потому стремился дать ему возможность достичь большего, чем могла дать ему школа. Как и любой другой родитель, Чжун Ли искренне считал, что его ребёнок истинный гений, с чудесным, покладистым характером и милой внешностью. На самом деле всё так и было, просто в дополнение также шли ворчливость, скептицизм и даже некая мизантропия. — Кстати, это мой классный руководитель, — внезапно сказал Сяо под конец разговора. — Он попросил подойти тебя, чтобы обговорить все нюансы. Услышав слова сына, Чжун Ли едва не подавился кофе, но быстро взял себя в руки, непроизвольно поправив причёску и сказал: — Ох, вот оно что. Думаю это отличная идея. Он как раз из России, кто бы ещё мог подойти на эту роль лучше, чем он? Кхм… Да. Конечно, я подойду к нему сегодня же. На этой ноте отец с сыном распрощались. Мужчина спокойно допил кофе, также спокойно вышел из кофейни и помчался домой приводить себя в порядок. *** Когда к Аяксу подошёл отец Сяо — господин Чжун Ли, молодой преподаватель на какое-то время завис. Красивый мужчина в элегантном костюме, подчеркивающим все достоинства, выбивал почву из-под ног одним своим видом. Так было всегда, поэтому Аякс не слишком любил пересекаться с ним. Пустота в голове и громко стучащее сердце — это не то, что должен чувствовать учитель по отношению к родителю своего ученика. Это как-то… непедагогично. — Аякс Сергеевич, — с лёгким акцентом сказал господин Чжун Ли обращаясь к слегка отстранённому учителю. — Я бы хотел обсудить репетиторство по русскому языку с моим сыном. — Ах, конечно-конечно, — пробормотал Аякс и мысленно прокричал: «Помни, зачем он здесь!» — Итак, для начала стоит сказать, что ваш Сяо очень умный и хороший мальчик. Он преуспевает по всем дисциплинам и по русскому языку в том числе, думаю, одного занятия в неделю будет достаточно. Потому что больше встреч его бедное сердце не выдержит! Ну и к тому же его ученик действительно очень умный ребёнок. Ему, по сути, даже репетитор не требуется. — Хм, да, конечно, если вы так говорите… — слегка кивнул Чжун Ли, отмечая про себя, что учитель его сына выглядит весьма уставшим. — Тогда как насчёт пятницы после уроков. Вам будет удобно? Если это возможно, я бы предпочёл, чтобы вы занимались у нас дома. Конечно за дополнительную плату, я сам постараюсь вас привозить и отвозить. — Ох, это необязательно, конечно, я могу ездить к вам сам. — И всё же, я настаиваю. На губах Чжун Ли заиграла лёгкая улыбка, а в золотых глазах затаилось предвкушение. Аяксу казалось, что ещё чуть-чуть и у него подкосятся ноги, но, к счастью, этого не произошло. — Что же… хорошо. Значит в пятницу с 15.00 до 16.00 у нас с вами занятия, — кивнул Аякс, а затем смутился и поправил себя. — Я хотел сказать с Сяо. На том они и порешили. *** Чжун Ли действительно забирал Аякса вместе с Сяо каждую пятницу со школы, привозил их домой, где учитель и ученик занимались русским языком, а затем начинал претворять в жизнь план по захвату сердца очаровательного парня. В бой шли все его умения. Чжун Ли готовил лучшие свои блюда и просил Аякса опробовать их, показывал насколько он галантный и эрудированный в вопросах искусства, истории и экономики. Постоянно интересовался родиной Аякса, спрашивал, нет ли у того проблем с адаптацией в Китае и любезно предлагал помощь со всем, чем только может. Помимо всего этого, Чжун Ли всегда одевался так, что невозможно было оторвать глаз от подтянутой высокой фигуры, его волосы также были уложены в изысканный низкий хвост, а глаза слегка подкрашены красной подводкой. В общем, у Аякса не было ни единого шанса не влюбиться, верно? Сидя напротив отца и сына, попивая зелёный чай с тортиком, молодой учитель думал о том, что пропал… Не нужно было ему становиться репетитором, или по крайней мере не надо было соглашаться на то, чтобы вести уроки дома у ученика. Что ему теперь делать со своим глупым сердцем? Как быть? Это же просто невозможно! — Аякс Сергеевич, дождь слишком сильный. Может, подождём, пока он успокоится? Недавно я скачал один любопытный фильм, что-то про египетских богов. Не хотите посмотреть? — с надеждой спросил Чжун Ли, отодвигая горячую чашку в сторону. За окном и правда разгулялся ураган. Ветер громко выл, а огромные капли дождя бились об окна. Раздался гром, и сверкнула молния. Аякс побарабанил пальцами по поверхности стола, но в итоге неуверенно кивнул. Он не в первый раз оставался на «киносеанс» и уже понимал, что следующую ночь ему предстоит провести весело. В смысле в душе и с товарищем в виде одной руки. «Отвратительно, Аякс, просто отвратительно!» — мысленно дал себе оплеуху молодой учитель. Чжун Ли думал аналогичным образом, едва ли не пожирая Аякса взглядом, стараясь запомнить каждую эмоцию, отражающуюся на его лице. Лишь Сяо спокойно пил чай, ни о чём не думая. Отец рядом, будущая мама тоже. Что ещё нужно для счастья? Только, чтобы они поскорее поженились уже. — Лаоши, а как у вас показывают влюблённость? — поинтересовался Сяо, хлюпая чаем. Аякс удивлённо посмотрел на ученика и растерянно пробормотал: — Тебе кто-то нравится? Сяо скосил взгляд на отца, сморщился и выдавил через силу: — Моему другу кое-кто понравился. Этот кое-кто из России и мой друг не знает, как к нему подступиться. — О… Ну… Если честно, я довольно плохо разбираюсь в делах сердечных, — пробормотал Аякс, смущённо отводя взгляд. — Но обычно мы просто прямо говорим: «ты мне нравишься». Как ещё можно показать свою симпатию и намерения, если не искренними словами? Нет, действиями тоже можно показать, но их же не всегда можно правильно истолковать. Так что… Наверно будет лучше, если твой друг просто признается в своих чувствах. Сяо серьёзно кивнул, а затем слегонца пнул ногу отца под столом и важно сказал: — Хорошо, я передам ему. Спасибо, лаоши. — Пожалуйста… Чжун Ли, озадаченно слушавший их разговор, чувствовал лёгкое беспокойство. Когда Сяо успел влюбиться? Почему он об этом ничего не знает? Разве его малыш не слишком мал для влюблённости?! Увидев в глазах отца тревогу, Сяо дёрнул того за руку и устало сказал: — Я действительно спрашивал не для себя, но ТЕБЕ, — он выделил это слово, — стоило бы поучиться. Чжун Ли удивлённо вскинул бровь, проанализировал слова и действия сына, и пришёл к удивительному выводу: его ребёнок, оказывается, пытается помочь ему! — Я вспомнил, что меня пригласил к себе Босациус. Так что посмотрите фильм без меня, — сказал Сяо и пошёл в комнату, чтобы переодеться и пойти в гости к другу, который жил двумя этажами ниже. Он очень надеялся, что его отец воспользуется этим шансом и поймает лаоши в сеть, словно рыбку. Сяо уже устал видеть их переглядывания и расфуфыренные хвосты. Почему взрослые такие сложные? Ничего не подозревающий Аякс, ковырялся ложкой в клубничном торте, и пытался не думать о собственных словах. Это было несправедливо. Единственный человек, который вызывал трепет в его душе, оказался отцом его ученика. Кто-то спросит: «А что здесь такого?» Ответ до банального прост — любые их отношения будут, так или иначе, отражаться на Сяо. Да и если Аякс вдруг начнёт ухаживать за Чжун Ли, он же всех поставит в неловкое положение. «Стыд и позор…» — вздохнул молодой учитель, опрокидываясь на спинку стульчика. Чжун Ли, который совершенно не терзался подобными мыслями, уже успел проводить Сяо, вернуться обратно на кухню, налить ещё чаю гостю и себе, и уставиться на молодое веснушчатое лицо: — Аякс… Должно быть вам говорили это не раз, но вы действительно очаровательны. Светлая кожа покрылась румянцем, а голубые глаза забегали по комнате: — Почему вы так внезапно… Чжун Ли и сам не ожидал от себя подобных слов, но вспомнив, что говорил учитель его сына, он пришёл к неутешительному выводу: Аякс Сергеевич просто не понимал его знаков ухаживания, свои намерения ему надо говорить прямо в лицо без метафор и аллегорий. — Прошу прощения, если ставлю вас в неловкое положение. Но мы ведь люди уже взрослые. К чему нам эта драма? Я хочу, чтобы вы знали, что я действительно влюблён в вас. Услышав признание, Аякс на какое-то время завис, пытаясь обработать информацию. Он чувствовал себя мышью, которую дразнили сыром, а затем внезапно огрели им по голове. «Ладно… К чёрту учительскую этику! Как здесь можно устоять?! — мысленно воскликнул Аякс, а затем резко подался вперёд, целуя этого невозможного мужчину. — Будь, что будет! Живу один раз!» Впоследствии Сяо всё же обзавёлся рыжей мамой и нисколечко об этом не жалел.