Рука об руку

      Осенние листья купались в еще теплых лучах солнца, впитывая в себя все до последнего, ведь впереди их ждет холодная мертвая зима. Но некоторые уже начали опадать, медленно танцевали в воздухе, подгоняемые ветром, после чего обессилено касались земли, создавая собой своеобразный непостоянный ковер, сквозь который можно было разглядеть участки влажной после легкого дождя почвы.       Деревья в глубине лесопарка окружали своими массивными стволами одинокую старую скамейку на небольшой опушке, скрывая ее от чужих пытливых глаз, заряжая обстановку трепетным одиночеством, которым захлебывались влюбленные пары, частенько приходя сюда. И они так отличались друг от друга своими жизнями, целями, душами, так были непохожи своими характерами и внешностью, но их объединяло нечто общее - неизменно хороший финал. Ни одна история любви на этой полянке не заканчивалась плохо, как бы сильно ситуация не была запущенной: крики, ссоры, иногда слезы. Но все это приходило лишь к одному исходу - осознанию всей ситуации и принятию. Люди, закрытые от всей этой массы людей крупной алой кроной деревьев, были предоставлены друг другу, слышали только друг друга, а самое главное - понимали.       Очередной вялый кленовый лист оторвался от своего черешка слабым потоком ветра и плавно по волнам воздуха полетел по никому неизвестному маршруту. Извиваясь в разные стороны, он героически разбился об землю, принимая участь всех своих братьев. Рядом с несчастным листом, сливавшимся своим оттенком со всеми остальными такими же падшими, прошло два шатена, направляясь к той заманчивой лавочке.       Один из них сжимал в ладони горячий стаканчик с кофе, на котором поверху было написано черным маркером "Моккачино", явно пытаясь с его помощью согреться от прохладного ветра, от которого успел отвыкнуть за долгое жаркое лето. Он шел в разы быстрее, чем парень повыше, что плелся сзади и нервно оглядывал землю под ногами, о чем-то активно думая. Ему явно не нужно было кофе, чтобы избавиться от холода, витавшего по всюду, ведь его согревал огонь, полыхающий в глуби грудной клетки, заполняющий своим дымом дыхательные пути, заставляя дышать глубже и чаще. - Тихо. - подмечает тот, что помладше, и плюхается на лавку, влажную после недавнего дождя, но никак на это не реагирует. - Отличное место, чтобы спрятать труп. - глупо отшучивается, ощущая неприятное напряжение, витающее в воздухе, исходящее в основном от своего спутника. - Как остроумно, Андрей. - протягивает второй, театрально закатывая глаза, но на деле пытается отвлечься от того, что происходит в недрах души. Сел следом за парнем. - Да ладно тебе. Просто возьми на заметку, Лер. - расплывается в своей повседневной ехидной улыбке, после отхлебывает остатки кофе из бумажного стаканчика.       Познакомились парни относительно недавно, недели две назад, но с первых же дней интернет-общения поняли, что необходимо встретиться вживую. И, несмотря на то, что множество романтических историй любви начинаются так - познакомились в чате для общения, после начали общаться на расстоянии, а потом и вовсе встречаться - они этот вопрос не затрагивали, хотя оба прекрасно понимали, кого именно для себя искал Валера.       Знакомство получилось крайне скомканным и неловким. Сначала Валера представился Лерой, пытаясь прощупать почву и пообщаться от лица девушки, но получив полную незаинтересованность в ответ, написал краткое и понятное "Лера - сокращенно от Валера ;)". На него вывалили море гомофобных шуток и назвали напоследок "пидором", так как парень особой оригинальностью не отличался, но потом отправили еще более краткое, но несмотря на это непонятное "А я Андрей", приводя в полное замешательство, которое вскоре сменилось робким интересом.       Как оказалось, у них сильно совпадают вкусы и увлечения, поэтому они никогда не думали над темами о разговоре - они появлялись сами по себе, крайне неожиданно, словно из воздуха, так что эти две недели общения на расстоянии заставили сильно привязаться Валеру к новому знакомому, каким бы наивным это не казалось.       Но сейчас, смотря в его темные глаза в реальности, а не через дешевую камеру на телефоне, которая не передавала всех деталей чужого лица, он терялся, не мог подобрать слов и вел себя зажато, хоть и пытался не выдавать этого. Благо парень не замечал (а может быть и не хотел замечать) этой скованности в общении, по второму кругу объясняя Валере, почему какой-то там фильм соберет в ближайшем будущем гигантские кассовые сборы.       Холодный осенний ветер вновь налетел откуда-то сверху, раскачивая редкую крону деревьев, а после залетая в кудрявые локоны Андрея, заставляя их непослушно лечь на лоб. Будто сделал это на зло Валере, вызывая у того острое желание заправить чужие волосы за ухо, которое тот с горем пополам подавил, крепко сжав руки.       Теплый солнечный свет с удвоенной силой вырвался сквозь облетевшую листву, мягко касаясь нежного лица Андрея, зарываясь в его кудрявые волосы, оглаживая его по еле заметным скулам, прикасаясь к обветренным губам, создавая настолько художественно идеальную картину, что Валера временно выпал из реальности. Парень же продолжал хвалить фильм, но его собеседник ни черта не понимал, ведь даже и не предпринимал попыток слушать. - Ты ходишь какой-то хмурый. - неожиданно подметил Андрей, тем самым прерывая свою прошлую тему разговора на полуслове, самостоятельно убирая недавно упавший на лицо локон мягким движением руки, за что парень ему очень благодарен. - Случилось че?       Вопрос явно привел в замешательство. Валера беглым взглядом окинул чужое лицо, словно разыскивая ответ на него, но ничего не найдя опустил глаза себе под ноги, разглядывая грязь под ногами. Пауза сильно затянулась, а ответ нужно было дать срочный, а самое главное именно тот, за который бы ему не врезали в лицо. И этот факт болезненно копошился под ребрами, заставляя думать на счет правильности такого решения. - Нравишься ты мне. - выпалил он резко, сам не ожидая от себя такого откровения. - Вот что случилось. - добавил тише, напрягаясь всем своим телом, готовый бежать или драться, если потребуется.       Андрей завис, будто не понял смысла сказанного. Вскинул горизонтальные брови вверх, поводил пустыми глазами по деревьям, растущим по соседству с лавкой, скорее всего обдумывая, до какой степени можно побить Валеру, чтобы это посчитали самообороной. Теперь шутка про то, что здесь можно спрятать труп, кажется вовсе и не смешной, а мотивирующей бежать быстрее, чтобы тот не догнал.       О чем Валера, собственно, думал? За все это время их знакомства Андрей четко дал понять его позицию относительно чужой ориентации "пока меня не трогают - не трогаю и я". Да, он был сдержан в этой теме и откровенно не издевался или угрожал, но это не значит, что он нейтрален к этому, нейтрален к Валере. Что мешало держать язык за зубами во избежание проблем? Не уж то слабая надежда, рожденная разумом под коркой головного мозга из-за длительного, почти мучительного одиночества?       Словно по чьей-то команде Андрей вскочил со своего места, заставляя парня настороженно дернуться и выставить руки вперед, после угрожающе выпрямился, словно готовый набросится и разорвать тело недавнего друга в клочья, но лишь окинул его до чертиков сомневающимися глазами, в которых лужицами плескалась ненависть. И Валера так и не понял к кому именно: к самому себе или к нему? - Я думал, что ты адекватнее этих - он брезгливо выделил это слово интонацией, гневно закусив губу, после резко развернулся, шагая в начало парка по их старому маршруту.       Андрей шел не так, как обычно уходят после конфликта. Шел медленно, неуверенно, ссутулившись к земле. Словно он хотел, чтобы у Валеры был шанс догнать его и прислонить к себе, сжать в крепкой схватке, не позволяя отдалиться ни на шаг. Но парень так не сделает, прекрасно понимая, что наделал много импульсивных глупостей, движимый своими чувствами и если он еще раз так оступиться, то точно найдут его холодный труп среди осенних опавших листьев.       Когда парень скрылся за стволами дубов и его стало проблемно разглядеть среди этого пылающего цвета осени, Валера вздрогнул, закрывая глаза ладонями. Он ему не настолько нравился, чтобы месяцами убиваться по нему, но достаточно, чтобы позволить редким соленым каплям скатиться по своему лицу. Нервно выдохнул, тыльной стороной ладони вытирая скопившуюся влагу, после чего поднял глаза к небу, которое было почти не разглядеть из-за могущественных верхушек деревьев.       Он остался один, поглощенным в алые оттенки цвета, словно в темнице, из которой не желал выбираться, ведь прекрасно знает, что в ней куда лучше, чем во многих местах снаружи. Его никто не ждет там, в большом пугающем мире, никто не укроет своим телом. А тут безопасней, тише, спокойнее.       Парень еще долго сидел на скамейке, смотря на небо, озаренное легким сиянием солнца, и пытался выбросить из головы последние две недели своей жизни, которые все равно будет неоднократно прокручивать.       На другой стороне лесопарка Андрей пытался сделать тоже самое. Облокотившись спиной о соседнее дерево, он до боли закусил губу, ощущая, как что-то невидимое между ним с Валерой натягивается, до боли оттягивая его к нему, но парень противиться, мысленно того проклиная за то, что тот сделал его таким же.       Как бы эта опушка не помогала людям своей тишью и спокойствием, сейчас она совершенно бессильна, потому что эти две души никогда не смогут услышать друг друга. Кто-то охвачен животным страхом и болью, приправленным бесконечным одиночеством, а кто-то отчаянно врет всем на своем пути, но самое плачевное, что в первую очередь самому себе. Но это не значит, что они не смогут воссоединиться. Когда один из них избавится от хронической беспомощности, что якорем тянет его на самое дно, а другой, распахнув глаза, взглянет на себя в зеркало, они вновь придут на эту опушку, сядут на ту же одинокую старую скамейку и продолжат свой путь вместе, рука об руку.