"Не отрекаются любя"

Июль 1993 года. -Ты любишь её отца? -Ты сошёл с ума!?- жена поправила волосы спящей девочки. - Я не узнаю тебя. Ты стал таким… -Невыносимым, тяжеловесным, нечутким. Продолжать? -А впрочем, я забыла, когда было по-другому. -Я устал. -От чего? -От себя. Июль 1993 года. -С возвращением! -Я видела его! Не делай вид, что тебе неинтересно. Мы сидели в ресторане. Извини, типичный неудачник. Обаятельный, спору нет. Не стоит переживать, что когда-то не сложилось. Плакался о несчастной любви, называл её самой счастливой. -Ты … спала с ним? -Ты что? Это не мой типаж! И вообще, он был не в том состоянии. Но предложил встретиться ещё раз. В воскресенье гуляли в парке с его дочкой. Они часто бывают там. -Он же женат! -Забыла сказать, он вроде бы ушел из семьи. Июль 1993 года. Конечно, он не придет… Именно сегодня не придёт… Обычно в парке так легко дышится, почему же не получается сделать вдох… Вдалеке слышится детский смех. Неужели это они… Голоса всё ближе. Она скользит между деревьями, стараясь остаться незамеченной. На лужайке играют мужчина и девочка. Она отступает, прячась за ствол большого дерева, и замирает, всматриваясь в их лица. Кто солгал, что время лечит. Зачем она поверила… «Прощай, мой родной! Будь счастлив…». Она опускается в траву. Пытаясь заглушить рыдания, закрывает лицо руками. Горькие слёзы обжигают ледяные ладони… К ногам прилетает цветной мяч. Она вздрагивает, поднимается и накидывает капюшон, понимая, что не успеет убежать. Сердце рвется пойманной птицей. Мужчина появляется из-за дерева и застывает в недоумении. Она возвращает игрушку, не поднимая головы, и собирается исчезнуть, но мужчина перехватывает её запястье. Он узнал бы эти руки из тысячи, даже без крошечного кольца. Он притягивает её спиной к себе, прижимаясь всё сильнее. Он не видит её лица, хочет и боится знать… -Мэри, пожалуйста, скажи, что это – ты. -Да, Мейсон, это я. Июль 1995 года. Мяч ударяется о коляску. -Мэри, пап, простите, я нечаянно. Я не разбудила. А всё-таки она похожа на меня! Упсс… Вчера мама с Майклом, сегодня папа с Мэри. Пожалуй, пора разрешить Джошу себя поцеловать.