Вода и соль, только слёзы

      В кафе «Лукоморье» было мало посетителей. Не мудрено, ведь близился уже одиннадцатый час — только в дальнем уголке комнаты виднелся тусклый свет лампы и слышался тихий шепот и шорох еле переворачивающихся книжных страниц. Вдруг, словно вихрь, кто-то ворвался в кафе, и подбежав к девочкам, приподнял краешки губ в улыбке и произнес: — Девочки, вы представляете, я такое узнала! — и падая на кресло, Аленка вытянулась, словно довольная кошка получившая сметаны, на спинке. — Что, Аленка? — спокойно сказала Маша, отрываясь от книжки, уже привыкшая к подобным выкрутасам подруги. — Аленочка, можно пожалуйста через несколько минуточек, мы просто готовимся к экзамену. — прошептала Снежка, переворачивая страницу учебника и, одновременно делая пометки на полях тетрадки, что-то подчеркивая карандашом. — Ну, девочки! — обиженно выпятила губу девушка, и остальные, на минуту переглянувшись, кивнули девушке продолжить свой рассказ. — Владик встречается с Любавой! — Откуда ты знаешь? — вдруг резко спросила Варя, лишь на секунду отрываясь от своих записей. Аленка, на мгновение сморщившись от резкой реакции подруги, таким же веселым голосом, словно маленькое рыжее солнце, ответила: — А я от Любавы слышала, она рассказывала, а я просто услышала, нет, я не подслушивала, честно-честно!       Потерев переносицу и оставшийся след от тяжелой оправы очков, Маша задумчиво произнесла: — Любаве верить нельзя, это каждый знает, она может запросто наврать с три короба и не покраснеть. Надо нам самим спросить у Влада, только он один может нам правду сказать.       Не слушая больше Машу, Варя, закутавшись в шерстяной свитер, подаренный Снежкой, рассеянно потянула петлю, не желая замечать как слезы собрались на кончике ее изрядно покрасневшего носа, медленно стекая по щекам. Ей должно же быть все равно, ведь это же Морок, но, почему-то ей не было. Ей было тоскливо, даже больно, словно на ее душе скреблись кошки — но, почему? Неужели, между ними есть нечто большее, чем просто чувство неприязни? Неужели, он ей нравится…? Нет, быть того не может, не может, ей нравится Морок! — Так, девочки! — уверенно заговорила Варя, сжав костяшки пальцев до побеления, чтобы замаскировать ее дрожь, — пошли!       Быстро собрав сумки, положив книжки, учебники и письменные принадлежности внутрь, девочки отправились в путь.       Всю оставшуюся дорогу, Варя не обращала внимание на посторонний шум; в голове вертелась одна назойливая мысль: может быть, Морок действительно встречается с Любавой, может быть, все, что она себе представила, были лишь пустыми мечтами, несбыточными грезами? Тряхнув косой, Варя зашагала вперед, прикрывая глаза ладонью от внезапного порыва ветра: даже если Морок любит Любаву, то ей до этого какого дела — это же Морок. Просто Морок. — Девочки, — тихо прошушукала Снежка, — а почему Варечка такая грустная? Может быть, что-то случилось? — И правда! — изумилась Аленка, — а что это мы? Вдруг, что-то ужасное случилось, вдруг в ее королевстве беда, и нам нужно спешить на помощь, а мы тут прохлаждаемся? — Аленка. — тведро произнесла Маша, поправляя дужку очков, — если бы у Вари что-то случилось, она нам обязательно бы рассказала. Ведь мы — сказочный патруль! — Это точно! — ярко улыбнулась Аленка и тонкий луч света пробился через тучи на ее веснушки; иногда казалось, что какой-то маляр в шутку брызнул в девочку яркой краской. В тишине переулка вдруг раздался скрип открытой двери, и девочки, постепенно нагнав Варю, вошли в свою уютную квартиру, бросив сумки на пол в прихожей. — Вы чего так быстро? Двадцать минут всего сидели. — спросил Влад, свисая ноги с тумбочки и любопытно смотря на продрогших девушек, которые поспешно накинули на себя теплые вязаные свитера; только одна Варя, уперев руки в бока, надменно посмотрела на парня и тот почувствовал, как по спине пробежали мурашки. — Эй, колючка, — осторожно спросил Влад, подходя поближе к девушке и внимательно оглядывая ее, — ты чего? Белены объелась, что ли?       Задохнувшись от наглости парня, Варя вдохнула побольше воздуха, и, смотря на Влада презрительным, насколько она могла, взглядом, начала допрос: — Вопросы здесь задаю я! Итак, правда ли это, что ты встречаешься с Любавой? Или нет? — Ну да, а что? — спокойно ответил Влад, испытующе смотря на Варю, чьи глаза вдруг покрыла пелена, которую она замедлила смахнуть рукавом свитера; отвернувшись, Варя внезапно ощутила желание разреветься прямо здесь, никого не стесняясь. Она уже поняла, еще в кафе, что любит этого придурка, Морока, любит! — Эй, колючка, ты чего? — обеспокоенно спросил Влад, подходя поближе к Варе, — нет конечно, ты о чем? Просто хотел посмотреть на твою реакцию, ну, а если честно, я уж лучше я с кикиморой пойду целоваться чем с ней. Только, а вот тебе какое дело? — Вот видишь, Аленка, а ты все говорила! — торжествующе улыбнулась Варя, вытирая следы слез. — А что, колючка, — с интересом спросил Влад, — ревнуешь? — Нет, конечно! — фыркнула Варя, опуская голову, чтобы скрыть предательский румянец, который расползся по щекам.       Вдруг, Варя почувствовала на себе теплые, слегка шероховатые обкусанные губы и отстранившись, увидела Влада; она, на мгновение, ощутила яркий спектр эмоций от злости до, может быть, самую каплю, нежности к нему. — Ты съела вишневое пирожное? — насмешливо спросил Влад, ухмыльнувшись. — С кремом. — смелее произнесла Варя, чем она себя чувствовала, но, все же, обняв парня, она неумело потянулась к его губам. — Опана… — шокировано произнесла Аленка, в то время как Снежка умиленно смотрела за парочкой, а Маша, в который раз поправив очки, растянула краешки губ в улыбке, и сказала: — Эх, живите голубки, мира вам, до согласия!