105-й автобус.

      Он слышит шаги, сразу же встаёт, придерживаясь за стену, и видит перед собой того самого блондина с аватарки. Юноша пытается встать, сразу же падая вперед, на ступеньки, видит, как на руках выступает кровь — Ну ты чего так неаккуратно? У тебя дома есть что-нибудь, чем можно обработать? — мужчина поднимает его за локти, садится рядом и смотрит на ладони, замечая порез — Ты хоть обрабатывал его? — Женя помог младшему встать, вызвал лифт, держа того за плечи и не давая скатиться вниз по стене — Что с тобой? Выглядишь не очень, — Лёша не знал, что ответить, ведь терять ещё одного знакомого не хотелось — Ты на отходах? Трясёшься весь, — тот лишь кивнул, хотя не желал об этом рассказывать вовсе, даже через некоторое время — Тебе может догнаться надо? У меня дома есть. Можем пойти, занюхаем вместе, — они зашли в лифт, Лёша почувствовал облегчение, отошёл на другой конец, опираясь о стену — Давно юзаешь? — блондин отрицательно покачал головой, а Лёша снова почувствовал дикую усталость, начал опускаться на пол, но Мильковский сразу же придержал того за руки — Месяца два максимум, — брюнет смотрел на того удивлённо — с виду мужчина совсем не похож на наркомана. Лёша полностью расслабился, когда почувствовал, что хватка усилилась. Стало а разы лучше: паника начала отпускать, он выдохнул — Меф? — увидев кивок, Бочкарёв заулыбался — деньги как раз закончились, а тут бесплатная дорога, в компании симпатичного мужчины — Чем ты вообще по жизни занимаешься? Типо, там, работаешь? — Работаю. Делаю музыку, продаю биты там, ну, думаю, ты знаешь. Я, кстати, нашёл твои треки, ты делал всё сам? — Лёша удивленно вскинул брови, пристально смотря на блондина, который лишь улыбался. Юноша выпрямился, но сразу же потерял равновесие, понимая, что его снова словили крепкие руки — Ну не падай ты, стой тихо и не выёбывайся, — он хихикнул, кабина лифта затряслась и остановилась. Женя немного дёрнулся, ослабил хватку, но сразу же снова сжал плечи — Сам делаю, только подписки нет в ф'лке, — брюнет медленно шёл со старшим, держась за тёплые руки. Они дошли до другого подъезда, поднялись на второй этаж по ступенькам. Женя открыл дверь, протаскивая младшего за собой. Тот лишь упал на деревянную табуретку, стоявшую рядом с дверью — Давай не будем тянуть, — парень откинулся назад, опрокидывая голову к стене, а старший сразу же ушёл в ванную и достал из-под стиральной машины пакетик муки, что радовало, ведь дробить кристаллы совершенно не хотелось. Он сделал одну большую дорогу на экране, протягивая Лёше, а он, в свою очередь, сразу же занюхал, откидывая голову назад — Тебе, походу, хуету продали, даже не жжёт, — но после этих слов он сразу же зажал нос рукой, корчась от боли — Ты че, мефчик же реально не жжёт почти, — Мильковский подошёл к парню, смотря на слезящиеся глаза, стало не по себе — Мне уже давно всё разъело, тебя это тоже ждёт, если продолжишь таким заниматься, — но Женя даже слушать его не стал, начертил дорожку себе и уже через несколько минут сидел точно так же, стало слишком больно.

***

      Они перебрались на кровать, где лежали рядом друг с другом. Трип только начался, но мазало прилично, что не свойственно для мефедрона — Чувак, меня мажет, это не меф, — Бочкарёв смотрел на старшего, который лежал с закрытыми глазами, подтолкнул, а тот сразу же пришёл в себя, удивлённо осматриваясь вокруг — Если это соляга, то нам пиздец обоим.       На улице темно, ничего не видно, обоих эйфорит, они курят, не выходя на балкон. Бессвязный диалог, за которым они даже не следят — каждый говорит о своём. Сигареты закончились через полтора часа, Женя предложил сходить в магазин. Они обуваются, без курток выходят в подъезд, держась за стенки. Диалог никак не заканчивается, а в магазине они ловят на себе косые взгляды.       Замёрзшие, но довольные возвращаются домой, Женя целует того в шею, слушая легкий вздох — они не в состоянии думать. Мильковский стягивает с того кофту, открывая вид на зажившие руки, облизывает шею, а Лёша лишь сдавленно стонет, не в силах сопротивляться. Мозг отключился, оба завалились на кровать, не снимая обувь, с которой капала вода. Бочкарёв уснул, а на блондина обвалилась волна страха, невероятной паники, хотелось догнаться, поэтому тот снова побежал в ванную, доставая пакетик с веществом.

***

      Наутро обоих схватила паническая атака, было плевать на всё, хотелось успокоиться, но без наркотиков этого сделать не получалось. Они сидят рядом, смотря друг другу в глаза, ещё больше пугаются, но всё равно Лёша лезет целоваться, чтобы хоть как-то успокоиться, он валит Женю на кровать смотря сверху на то, как по телу старшего пробегает дрожь — Мне вчера было хорошо, целуй меня, — он падает рядом, чувсвуя, как руки ложатся на талию. Брюнет начинает задыхаться, плача, а Мильковский отползает на другой конец кровати. Они ведут себя как звери, неадекватные, испуганные, грязные. Им плевать на всё, хочется успокоиться, но ком в горле теперь не даёт сказать и слова. Время идёт слишком быстро, даже, сказать честно, незаметно. Лёша не понимает, что в таком положении, стараясь успокоиться, они пробыли до глубокой ночи, но выдохнуть не получается до сих пор. Страшно выйти за пределы комнаты, ведь там их ждёт что-то плохое — это намертво встряло в подсознании Жени, который ведь день твердил младшему, что смерть рядом, что всё становится хуже с каждой секундой. Начинает сводить скулы, Бочкарёв сжимается и плачет, надеясь, что заснёт, но сон не идёт — спать после солей невозможно. Боль проходиться по телу, тошнит, хочется выть, но надо сидеть тихо, чтобы «они» не услышали.       Эта ночь была долгая, такая же, как и следующий день, но никто этого не знает, ведь черные шторы завешены, через них не проходит свет. Они заперты в четырёх стенах, выходить оба наотрез отказываются. Бутылка воды, которая стояла в комнате, закончилась, сигарет тоже нет, теперь не осталось ничего. Женя засыпает, но через сон слушает всхлипы, а наутро видит парня, который судорожно вытирает кровь с лица. Белая футболка испачкана, у Лёши тремор, он плачет ещё сильнее. Мильковский выбегает из комнаты, понимая, что в дверь стучат, смотрит в глазок — мать, про приезд которой он забыл. Он тихо отошёл, резко схватил парня и усадил на кровать — Лёша, Лёша, Лёша, — юноша посмотрел на старшего, цепляясь за него руками. Тот лишь поцеловал, чувствуя металлический вкус на губах. Парень отстранился, впервые за несколько суток спокойно выдохнул — У нас проблемы, приехала моя мать, — Бочкарёв удивлённо посмотрел на старшего, который обеспокоенно вздохнул — Да, я с ней общаюсь. Мы полгода не виделись, она проявилась сейчас резко. Раздевайся, — Женя осмотрелся вокруг — комната выглядела ужасно. На паркете была застывшая грязь, постельное белье испачкано кровью, несёт табаком, а окурки валяются прямо возле кровати.       Лёша начал здраво мыслить только сейчас, когда быстро стягивал с себя майку, засовывая её под кровать, а Мильковский быстро сметал руками сигаретные бычки туда же, простынь они закинули в шкаф, надеясь, что женщина туда не полезет. Бочкарёв натянул на себя чистую одежду, быстро умылся и открыл дверь женщине, которая удивлённо посмотрела на него — А.. вы кто, простите? Тут мой сын живёт, — шатен открыл дверь шире, пропуская женщину вперед, а из-за угла показался и сам Женя, который выглядел в разы лучше, чем несколько минут назад — Мам, привет! Ты не пугайся, я тут со знакомым живу, мы работаем вместе, — мужчина подошёл к ней, обнял — Я тебе об этом забыл рассказать, поэтому не переживай, — женщина принюхалась, скривилась. Видимо, палёным воняет слишком сильно — Женька, ты же вроде курить бросал, не получилось? — тот отрицательно покачал головой, проходя вглубь квартиры и замечая на столе пакетик травы. Мильковский быстро спрятал его в кулак, поворачиваясь лицом к матери — Чай будешь?

***

      Они лежали на кровати. Женина мать ушла, а тот сразу же перестал натянуто улыбаться. Лёша удивился тому, как старший хорошо врал, смотря в глаза женщине — Я заебался, — он повернулся на бок, сверля взглядом стену. Стало не по себе, всё казалось каким-то новым. Бочкарёв сидел рядом, смотря на обессиленного блондина, почувствовал, как с носа снова течёт кровь. Он поднялся и взял со стола салфетки, вытирая ими лицо — Что за хуйня была ночью? Мы сосались, блять, — он сдавленно простонал, придвинулся ближе и глянул в глаза старшему — И что предлагаешь? Можем трахаться, если хочешь, я не против, ты ничего такой, — Бочкарёв согласен. Однозначно. Он лёг рядом, смотря на мужчину, медленно припал к его губам, чувствуя, что тот отвечает. Он тоже закрыл глаза, даже не заметил, что заснул.

***

      Вокруг стоит гул, парень открывает глаза, смотря на дверь, где видит чёрный силуэт. Тело парализовало, хочется кричать, но голоса нет. Глаза бегают по углам комнаты, Лёша понимает, что не может дышать, он хочет толкнуть Женю, чтобы тот проснулся, но не получается. Брюнет снова открывает глаза, теперь силуэт висит над ним, Бочкарёв видит его глаза — две белые точки, чувствует дыхание. Он пытается пошевелиться, на этот раз получается. В миг всё пропадает, осталась только паническая атака — Женя, — Лёша толкает в плечо, но тот не просыпается — Женя! — мужчина открывает глаза, смотря на заплаканного юношу, смотрит, но ничего не понимает — Что случилось? Ты чё ноешь? — в ответ лишь бессвязная речь. Мильковский не разобрал ни слова, пока Лёша не начал плакать ещё сильнее. Мужчина взял того за руку, потянул в ванную, где поставил на колени, и включил душ. Ледяная вода, направленная в лицо, отрезвляла, а Бочкарёв успокоился, выдохнул, и встал на ноги, держась за раковину — Спасибо, — он ушёл на кухню, чувствуя, как телефон в кармане вибрирует. Парень посмотрел на номер — звонила мать. Он нехотя взял трубку, но услышал лишь молчание — Привет? — Лёша, ты где? Тебя уже который день дома нету, я переживаю. Звоню, а ты всё не отвечаешь. Всё хорошо? — он удивлённо вздохнул, посмотрел на блондина, который сел на табуретку рядом — Я хорошо. Ты же меня сама выгнала со слезами и криками, говоря, чтоб я не появлялся. Скажешь, что не так было? Я просто не понимаю сейчас, приходить мне или нет, ты очень странно себя ведёшь, можешь уже точно сказать, идти мне домой или нет? — Женя был в недоумении, он поставил чайник, снова падая на стул. В руках крутил новенький айфон чёрного цвета. Лёша невольно засмотрелся на рельефный пресс, пока мать ломалась, ничего не говоря — Лёша, ты употребляешь наркотики? Зачем ты это делаешь? Зачем ты пытался убить себя? Лёш, что с тобой происходит в последнее время? Я же тебя не так воспитывала, сынок.. — Бочкарёв устало вздохнул, сжимая мобильник всё крепче. Хотелось сказать всё прямо, не церемонясь, ведь обида на женщину пожирала до сих пор — Мам, в том-то и дело, что ты меня не так воспитывала. Ты меня не воспитывала вообще, понимаешь? Я раньше, лет в двенадцать, хотел по-хорошему с тобой поговорить, сказать, что чувствую, но ты же меня не слушала, — он закрыл глаза, взявшись за голову. Обида убивала, обида на себя, на, казалось бы, самого дорогого для него человека — Мам, я тебе был не нужен, тебе было всё равно. У тебя своя жизнь, у меня своя. Мама, просто пойми, меня воспитала не ты, а всё мои тогдашние друзья, у которых были не очень хорошие интересы. Если бы ты за мной следила, хоть немного разговаривала, то, может быть, я бы был нормальным, — брюнет слышал всхлипы на той стороне, понимал, что после этих слов даже ему самому стало не по себе. Обидно. Ведь раньше, лет двенадцать назад, он видел своих одноклассников, за которыми приходили родители, а сам Лёша шёл слоняться по району, наматывая круги, не желая идти домой и смотреть на пьяные лица неизвестных ему мужчин и женщин. Он стёр слезу большим пальцем, не зная, что говорить дальше — Мам, я сейчас занят. Давай поговорим завтра. Я приду, — он прикусил губу, смотря на руки. Стало невероятно грустно, жить не хотелось совсем — Да, хорошо, спокойной ночи, мальчик мой, уже поздно, ложись спать, — он скинул трубку, откидывая телефон на другой конец стола. Лёша вытер глаза руками, стараясь прийти в себя. В голове каша, он запутался в себе окончательно — Это че за хуйня была? — юноша пожал плечами, слыша шорохи. Мужчина встал, подойдя ближе, приподнял младшего за цепочку на шее, заставляя встать. Прижал того к столу, цепляясь руками за талию — Мне кажется, что тебе надо расслабиться, — Мильковский приподнял край футболки, не обращая внимания на шрамы, поцеловал в шею, оставляя засос, поднялся выше и до крови укусил за губу, услышал болезненный стон. Женя хотел сейчас, хотел всего его, он ненавидел, когда отказывают. Лёша же понял, что главный тут мужчина и лучше не сопротивляться. Он резко кладёт руку на ногу, сжимая. Целует, облизывает шею, обмазывая слюнями, иногда тянет за волосы, желая услышать хоть какой-то звук. Но брюнет старается даже не дышать, холодными руками держится за плечи старшего и постоянно разрывает зрительный контакт — Боишься? — парень кивает, а Женя решает сбавить напор. Он медленно опускает руку на скулу младшего, гладит большим пальцем, нежно дотрагивается ло его губ — Ты же сам этого хочешь, я вижу. У тебя есть какие-то предпочтения? Фетиши? — Бочкарёв отрицательно качает головой, но в ту же секунду задумывается. Он не знает. Никогда не был в таком положении — Ладно, — мужчина вздохнул, отходя — Когда будешь готов, говори, или пиши там, не знаю. Ты щас не в силах походу. Пошли реально спать, — настроение ухудшилось, Женя развернулся, выключая чайник — Я хочу. Просто никогда не пробовал такое, непривычно, — Лёша подошёл со спины, обнял, кусая старшего. Тот, в свою очередь, развернулся и снова прижал. Сейчас парень выглядел куда лучше, в глазах загорелся огонь, оба слились в поцелуе, сплетая языки. Бочкарёв чувствовал, как крепкие руки сжимают талию, поглаживая спину. — Давай накуримся? — он достаёт из кармана пакетик с анашой, смотря в опьянённые глаза парня. Отходит и закручивает один плотный косяк, сразу же поджигая и затягиваясь.

***

      Обоим хорошо, они целуются, лёжа, Мильковский нависает над Лёшей, одну руку запускает под футболку, а другой держит за лицо, целуя губы, то и дело прикусывая. Мужчина не отводит взгляд, даёт понять, что пути назад нет.       В комнате воняет гашем, этот запах брюнет может отличить из тысячи — приятный, такой резкий и едкий, будто свежая сгоревшая трава. Настольная лампа освещает комнату, Бочкарёв притягивает старшего к себе, пытаясь стянуть футболку расслабленными руками, но не получается — сил нет совсем. Женя раздевает парня, сразу же оставляет засос на выпирающей ключице, спускаясь ниже. Стягивая спортивки, тот увидел татуировку на ноге в виде змеи, снова прикоснулся к губам, задевая два чёрных циркуляра, вставленных по бокам — В следующий раз сними пирсинг, он мешает, — Мильковский кладёт руку на член, проводит рукой, снова целует, сплетая пальцы — Меня размазало, я не могу, — он попытался встать, сразу же лёг обратно, закатывая глаза. Он закашлялся, понимая, что что-то не так — Дай встану, отойди, — он идёт в ванную, сплевывая кровь — Бля, что за товар ты покупаешь? Где ты берешь такую отраву, — он снова кашляет, пока Женя ничего не понимает, просто стоит и смотрит — Ты чё? — Лёша поворачивается, садиться на бортик ванной и смотрит в глаза блондина, но видит лишь пустоту. Всё расслабление пропало, осталась лишь неестественная тревога, страх за свою жизнь. Бочкарёв держался за голову, стараясь прийти в себя, а Женя просто ушёл спать. Брюнет побежал в комнату, быстро оделся и выбежал из квартиры, спускаясь вниз по ступенькам. Он успокоился только тогда, когда оказался в своём подъезде, стучал в дверь, в надежде на то, что мама откроет, поможет, а не оттолкнёт. Юноша сел на ступеньки, стараясь остановить тремор. Как только дверь открылась, тот опустил взгляд в пол, надеясь, что женщина ничего не поймёт — Мам, прости, мама, пожалуйста, — речь казалась бессвязной, голова немного кружилась, что схоже с алкогольным опьянением. Только сейчас, когда мать села на колени и обняла, он почувствовал себя нужным, любимым. Чувство вины перед этим человеком пожирало. Женщина поцеловала в лоб, буквально затягивая его в квартиру — Лёша, что ты с собой сделал? — она сидела перед ним, смотря в красные глаза, тоже начала плакать, обнимая — Ты снова пьяный, зачем? — парень постарался обнять в ответ, но силы окончательно покинули. Он лишь рыдал, изредка всхлипывая, не зная, что ответить — Я хочу забыться, — он через силу встаёт, стягивает обувь и сразу же падает на пол, доползая до кровати — Не могу, завтра поговорим, — он лежит, чувствуя тревогу. Женщина уходит, закрывая дверь, а Бочкарёв понимает, что долго так не протянет. От травы у него такое впервые. Парень ходит по комнате, ищет в каждом кармане, светит фонариком в подоконник, но так ничего и не находит. Поднимает матрас, видит небольшой пакетик с остатками порошка, радуется и сразу же нюхает остатки, чтобы прийти в себя.

***

      Утром Лёша снова пытается отойти от панической атаки, останавливает кровь с носа и закрывает рот рукой, чтобы мать не услышала. Он вытирает лицо футболкой, одевает наушники и включает стрим, ведь понимает, что давно не выходил на связь. Люди быстро подключаются, в чате сразу же появляются новые сообщения — Да-а, всем привет, — он натянуто улыбается, смотря на экран. На фоне играет музыка, он смотрит в телефон, на котором всплывают сообщения из чата — Где ты был всю неделю? — парень молчит, смотря вниз, надеясь, что его слова будут звучать правдоподобно — Ну, чувак, я работал над новым альбомом, — врёт, но делает это без стыда. На экране всплыло сообщение — донат, в размере пяти тысяч рублей. Бочкарёв удивлённо оглянулся по сторонам, быстро начал читать сообщение, которое отправил человек вместе с деньгами — Вруби демку или спой под гитару одну песню, думаю, все хотят послушать, что будет в новом альбоме. Если надо, то бабок больше скину, — брюнет быстро взял в руки мобильник, так ничего и не ответив — Щас, брат, спасибо за пять косарей, я поем сегодня, — юноша листает текста в заметках, но ничего стоящего не находит — везде лишь небольшие куски песен, которые совершенно не подходят под тематику альбома и никогда не выйдут в доступное прослушивание — На самом деле, я ещё не знаю, какие песни выйдут, а какие нет. Чувак, можешь в комменты написать какую-нибудь песню написать, которую ты хочешь услышать в моём исполнении, — он достаёт гитару, подключает и добавляет звука, проводя по струнам. Наверху всплывает уведомление, которое заставляет замолчать на добрых несколько секунд — сообщение от Жени, в котором сказано, чтобы тот сыграл его песню, а ниже файл с текстом.

Это ты бабки кинул?

Да. Купи нормального мефа сегодня и приходи, накинем. Я только от травки вчерашней отошёл, реально отрава

Да. Купи нормального мефа сегодня и приходи, накинем. Я только от травки вчерашней отошёл, реально отрава

— Короче, мне в личку кинули песню. Я не знаю, как её петь, но попробую. Если вам понравится, то могу сказать этого исполнителя, — он зажал квинту, ударяя по струнам — Звук нормально? Слышно нет? — в комментариях отозвались положительно, поэтому он продолжил играть. Бочкарёв раньше слышал эту песню, но только сейчас понял то, что её исполняет именно Женя. Он закончил, отбросил гитару на кровать и посмотрел на экран, ведь пришёл ещё один донат, но от другого человека — Фит и совместный стрим с Жекой? Вы его знаете? Вполне можно это осуществить, оно точно надо? — актив резко поднялся, сообщений в чате стало больше, он понял, что реально стоит задуматься над этим предложением.

***

      Мильковский натянул на себя кофту, в рюкзак закинул две банки шестьдесят четвертого и вышел из квартиры. Лёша сидел и курил, читая чат. Были предложения о совместных песнях, на которые, он, конечно же, не соглашался.       Звонок в дверь заставил выйти из транса, он откинул телефон на стол, посмотрел на испуганную мать, которая явно никого не ждала — Это ко мне, — он открыл дверь, пожал руку мужчине и пропустил его в свою комнату, сразу же смотря на экран ноутбука — людей на стриме ещё больше, число перевалило за пять сотен. Женя прошел, помахал рукой в камеру, посмотрел в телефон, где открыт чат, удивился тому, что люди рады. Бочкарёв услышал голос женщины из кухни и сразу же оставил старшего одного — Это он тебе наркотики приносит? — брюнет косо посмотрел на мать, которая выглядела хуже, чем обычно. Он отвёл взгляд и развернулся, желая поскорее уйти к себе, но она схватила его за руку, притянув к себе — Лёша — Ты совсем уже? Я тебе непонятно сказал? Всё, закрыли тему, — он ушёл, держа смешанные чувства в себе. Хотелось вывалить это всё, но стыдно. Он снова зашёл в комнату, смотря на то, как Женя во всю разговаривает с подписчиками — Лёх, я закинул ссылку на стрим в свой паблик, ещё плюсом триста человек зашло.