Кот в его жизни

Он делает глубокую затяжку. Снова в его мыслях только этот человек. Этот грубый, хамоватый, невыносимый, но при этом самый желанный. Цзин Юань выпустил густой табачный дым изо рта. В очередной раз он предал обещание самому себе больше не курить. Он просто перенял эту привычку от того, кто никогда не думал о себе. Тот человек никогда не обрабатывал свои раны, никогда не пил лекарства если болел, никогда не растягивал себя перед сексом. При этом, он не давал кому-либо заботиться о себе слишком сильно, будто запрещал нежность к себе, понимая только язык боли. Единственное, что он себе позволял — это самому заботиться о других. Цзин Юань принял эти правила, но с оговорками. Он не собирался чрезмерно вредить партнеру, а тот ничего не мог противопоставить, ведь он не отказывался от этого совсем. Блэйд слишком сложный человек. Он стал таким не от жизни хорошей, это очевидно. Но были в этом и свои весьма интересные плюсы – он никогда не говорил «нет». Блэйд как воск плавился под жаром огня страсти и позволял делать с собой что угодно. Порой Цзин Юань замечал как тот закатывал глаза от яркого удовольствия, смешанного с болью, и не сказать, что ему это самому не нравилось. Наоборот, ему нравилось заламывать бледные руки Блэйда у того за спиной, и неумолимо проникать внутрь его тела. Нравилось заставлять того насаживаться на свой крепкий член до самых яиц, игнорируя сопротивление мышц. Цзин Юань не будет лукавить и может признаться в том, что ему действительно нравились эти их специфичные отношения. Нравилось чувствовать как еле разработанные мышцы ануса Блэйда сковывали безумно-сладкой узостью его член. Ощущения были крышесносны, и, главное, что они оба получали от этого наслаждение. Вот так и началась их такая странная сладко-горькая связь. Наслаждение приходило не только от секса, но и от их разговоров после. На удивление, во многом их взгляды совпадали, во многом они могли поспорить. И эти споры были аргументированы, и порождали еще бóльший интерес друг к другу. Они о многом могли поговорить, и любая тема ощущалась комфортной для обоих. И вскоре у Цзин Юаня появилась необходимость обязательно услышать мнение Блэйда на тот или иной счет. Хотелось делиться новостями, рассказывать о себе, а еще хотелось слушать. Блэйд мало говорил о себе, но говорил, и Цзин Юань очень это ценил. И вот после таких длительных секс-отношений в подобном ключе, Цзин Юань в конце-концов пришел к выводу, что Блэйд будучи таким не идеальным оказался идеальным лично для него. Сейчас же между ними все стало слишком сложно. Может быть, сам Блэйд не ощущал некоторых изменений в поведении своего партнера, но Юань стал более вдумчиво относиться к их встречам. Цзин Юань приходил к осознанию, что влюбился в этого нелюдимого, но невероятно обворожительного мужчину. Он ловил себя на мысли, что желал стать кем-то бóльшим для Блэйда, нежели просто секс-партнером. В его мечтах не было чего-то слащавого, он не видел себя как романтичного придурка с вечно готовым букетом цветов и коробкой конфет. Но он вполне мог стать человеком, что всегда будет рядом. Блэйд был весьма свободолюбивой личностью, и, подобно бродячему коту, то появлялся в жизни Цзин Юаня, то пропадал на длительный период. И на настолько длительный, что Цзин Юаню казалось, что их встреча была иллюзией и он больше никогда не увидит этого мужчину. Пожалуй, это и стало причиной появления желания быть рядом. Сейчас Блэйд, как в прошлый и позапрошлый разы, вернулся в жизнь Цзин Юаня фейерверком красок. Мужчина никогда не понимал почему он так реагирует на возвращение этого хмурого человека в свою жизнь. Просто казалось, что последняя деталь механизма вернулась и вновь позволила тому функционировать в штатном режиме. Блэйд язвил, хамил, ругался, и был тем еще душнилой, только отчего-то Цзин Юаню не хотелось злиться на него. По началу было тяжело понимать этого молчаливого мужчину, но потом Цзин Юань научился видеть в глазах Блэйда его скрытые чувства, и слышать в грубых словах хорошо скрытую заботу или даже шутку. Ему понравилась эта язвительная личность целиком и полностью. И всё в Блэйде Цзин Юань считал весьма милым — от его едких комментариев по поводу всего на свете до саркастической усмешки с сигаретой в зубах. Цзин Юань понимал, что никогда не сможет поймать в руки ветер, потому решил радоваться мелочам и оставить все как есть. Как-никак, но Блэйд возвращался к нему и вернулся снова. Вернулся с обветренными губами, пахнущий табаком и парфюмом с древесными нотами. Еще давно Цзин Юань отдал ему дубликат ключа от своей квартиры. Хоть Блэйд и взял его, но приходить чаще не стал, что немного расстраивало Цзин Юаня. Зато теперь звук проворота ключа в замочной скважине вызывал у мужчины волну трепета и предвкушения долгожданной встречи. С порога Блэйд сорвался вперёд буквально набрасываясь на взбудораженного Цзин Юаня, что стоял в прихожей. Он сходу вовлек Юаня в жаркий поцелуй, прижимаясь плотно к крепкому телу. Видимо, рад встрече был не только Юань. Блэйд целовался по-обычному больно, будто жалил. Блэйд любил боль во всех ее проявлениях. Любил причинять её и испытывать. Он кусался, а после долго сцеловывал капельки крови с прокушенных губ. Юань разрешал себя ранить, это было дико, необычно, возбуждающе. Жар нахлынувшей похоти сметал все преграды разума, и мужчина ощутил, что его член уже стоит колом. Рвано целуя Цзин Юаня, Блэйд уже тянулся руками к ширинке его джинсов, ловкими пальцами поддевая собачку молнии. Цзин Юань судорожно выдохнул, совершенно обескураженный такой прытью, а после ухмыльнулся мысли в своей голове, что, получается, не только он один хотел бы поскорее перейти к делу. Мужчина поднял руку, чтобы вплести свои пальцы в темные пряди волос на макушке Блэйда, затем с нажимом потянул того за волосы вниз, заставляя встать на колени. Блэйд совершенно послушно рухнул на колени, рывком приспуская джинсы Юаня вместе с нижним бельём. Минет Блэйда не отличался нежностью. Делал он его с каждым разом все лучше и лучше, при этом не забывал выпускать свои коготки, а точнее зубки. Стоит отметить, что это все было весьма аккуратно, но какие же хороводы ощущений испытывал Цзин Юань при этом. Блэйд вобрал в свой рот член почти до основания, пальцами рук сминая яички. В его глотку упёрлась чувствительная головка, что уже налилась кровью и пульсировала. Блэйд протолкнул член глубже, игнорируя слабый рвотный рефлекс. Цзин Юань чувствовал сокращение мышц внутри горячего рта, вбивался в него рваными рывками, крепко удерживая голову Блэйда, дабы у того не было возможности отпрянуть. Не важно, что потом у Блэйда будет болеть горло, не важно, что при этом удовольствии Цзин Юань чувствует далеко не ласковую хватку на своих яйцах. Это наоборот будоражит, обостряет восприятие происходящего до максимума. Цзин Юань определённо становится таким же зависимым от боли во время секса. Она подобно лёгкому рассеканию кожи — остаётся памятью на теле, фантомным горько-сладким вкусом на кончике языка. Цзин Юань чувствовал как его толчки в податливое горло становились более беспорядочными, предзнаменуя скорую разрядку. Так было нельзя. Нельзя было заканчивать настолько быстро, и не довести дело до конца. Мужчина вытащил свой член из тёплой влажности рта, наспех подтянул спущенные на бёдра джинсы, после чего взял Блэйда под локоть, заставляя того подняться с колен. Бледные сухие губы из-за трения ствола покраснели и припухли, и это выглядело так по-блядски. Казалось, что ещё одна лишняя мысль о Блэйде и о его состоянии сейчас была способна заставить Цзин Юаня преждевременно кончить. Юань стремительно потащил не сопротивляющегося мужчину в спальню. Швырнув на постель Блэйда, он начал буквально вытряхивать его из одежды, совершенно не беспокоясь о дальнейшей возможности её носки. Можно считать, это ещё одним фетишем Цзин Юаня, против которого Блэйд не имел абсолютно ничего против. Всё равно после подобного порыва Юань обязательно приведет все в порядок, а если не сможет, то Блэйд всегда мог воспользоваться гардеробом Юаня, пускай одежда была ему немного велика. Тёмноволосый мужчина замечал, что Цзин Юаню нравилось оставлять его полностью голым, при этом сам Юань почти всегда оставался в одежде. Впрочем, наготы Блэйд не стеснялся, потому и принимал эти правила игры, ведь удовольствие приносит не только процесс самого соития, но и такие мелочи, как личные пожелания партнера. Блэйд признавал, что ему нравилось как Цзин Юань его вел. Нравилось потакать его желаниям, нравилось подчиняться ему, нравилось сводить его с ума и провоцировать. Да что там, Блэйду даже его член нравился от формы и размера, и до того как он им пользуется. Когда они говорили о себе, Цзин Юань вскользь упоминал, что раннее он служил на контрактной службе в Армии Лофу Сянчжоу. Может поэтому у него осталась эта офицерская выправка, которая помогает Юаню подчинять себе. Как бы там ни было, но такого идеального секс-партнера Блэйд и желать не мог. Лёжа сейчас на постели, будучи полностью обнажённым под Юанем, Блэйд чувствовал, что уже готов был кончить. Не хотелось сейчас даже рта раскрывать – слишком много времени прошло с их прошлого раза, но тут всему виной была вынужденная командировка, ведь у наемника нет постоянного места и графика работы. О специфике своей работы он Юаню не рассказал, зная, что тому это не понравится. Наверняка, в голове Цзин Юаня было много мыслей по поводу этих исчезновений партнёра, но он никогда об этом не расспрашивал. Может быть, мужчина считал его ветреным человеком и просто смирился, а Блэйд не мог это никак объяснить без лжи, да и всё-таки между ними были не такие отношения, чтобы оправдываться. И почему-то от этой мысли Блэйду становилось печально. Юань рывком развёл бледные крепкие ноги партнера, и приставил два смоченных слюной пальца к узкому отверстию ануса. Кожа Блэйда покрылась мурашками от предвкушения долгожданного проникновения. Прикусив нижнюю губу, Блэйд принял в себя сразу два пальца, выгибаясь в пояснице. Приятной стимуляции простаты еще не было, но ощущение наполненности и лёгкого дискомфорта уже ощущались потрясно. Блэйду нравилось вот так – без нормальной смазки, без лишних церемоний и нежных слов. Это Цзин Юань выучил превосходно. Его тело податливо раскрывалось навстречу сильным пальцам. Цзин Юань развёл пальцы внутри пару раз на манер ножниц, и на этом подготовка была закончена. Как бы ни хотел мужчина подольше подготовить партнёра, выдержка уже совсем была ни к черту, а член то и дело неприятно тёрся о грубую ткань джинсов. Поняв ход мыслей партнера, Блэйд перевернулся со спины, и встал на кровати на четвереньки, отведя рукой одну ягодицу в сторону в провокационном жесте наконец начать. Цзин Юань и сам понимал, что их прелюдия действительно затянулась. Светловолосый мужчина сомкнул зубы на коже Блэйда чуть выше правой лопатки, получив судорожный вздох, после чего приставил головку члена к отверстию. Юань сплюнул слюну на дырочку Блэйда, чтобы было хоть подобие смазки, и толкнулся вперёд, проникая. Стенки ануса раздвигались тяжело. Цзин Юань не упорствовал, чтобы избежать травм, сопротивлялся удовольствию и желанию остервенело толкаться, продвигался медленно и осторожно, следя за реакцией партнера. Блэйд испытывал сейчас неописуемый водоворот чувств из боли и удовольствия от заполненности. Тело покрылось испариной, из глаз брызнули слёзы, колени тряслись от адреналина, вызванного вспышками боли, но при этом член его стоял колом. Первое проникновение всегда было противоречивым до слёз из глаз и спазмов в мышцах. Через пару мгновений Цзин Юань проник полностью на всю длину и теперь к боли и экстазу примешалось удовольствие от стимуляции простаты. Пальцы на ногах Блэйда как и всегда сводило судорогой от предвкушения начала толчков. Цзин Юань чувствовал, как наконец-то они дошли до той точки, когда начиналось самое сладкое наслаждение. Блэйд приподнял поясницу как знак Юаню, что тот может продолжать. И, не заставив ждать, светловолосый мужчина слегка вывел член из отверстия, а затем толкнулся бёдрами вперёд. Блэйду казалось, что он сейчас сойдет с ума или умрет от того, насколько ему стало хорошо. Он ведь уже признавался в том, что любит член Цзин Юаня? Каждый раз своими толчками он задевал бугорок простаты внутри Блэйда. С таким точным попаданием по комку нервов внутри, Блэйд не сомневался в том, что он может кончить без прикосновений к собственному члену. Цзин Юань набирал темп размашистыми движениями бёдер, шлепки кожи о кожу звучали интенсивнее прежнего. Юань наслаждался узостью и теплом внутри Блэйда, его бледной спиной, испещрённой шрамами, укусами и синяками засосов. Он любил водить языком по шрамам, оставшимся наверняка после сотен сражений. У самого Юаня тоже были такие шрамы, но гораздо меньше. Свежие шрамы накладывались на старые и превращали тело темноволосого мужчины в карту, на которой было множество обозначений. Цзин Юань однажды пошутил, что эта своеобразная карта наверняка поможет найти кем-то припрятанное сокровище, только закончил эту шутку уже у себя в голове: «Но ты уже сам по себе сокровище». Слышать это Блэйду было вовсе не обязательно, Цзин Юань считал, что это могло звучать слишком слащаво. При этом, он позволял себе целовать это сокровище как что-то самое драгоценное в этом мире, позволял любить его как желал любить – грубо, резко и очень сладко. И самой лучшей наградой от этого «сокровища» для Цзин Юаня были хриплые стоны, и задушенные всхлипы. Грубые толчки внутри доводили Блэйда до исступления. Он стонал, путал пальцы в покрывале, как кот выгибался от приятных ощущений. Цзин Юань сел на кровати, и повернул раскрасневшегося Блэйда к себе лицом, сажая на себя. Тот не растерялся и сразу крепко вжался в тело Юаня, сцепил ноги вокруг его талии и начал царапать тому спину короткими ногтями. Цзин Юань нежно поцеловал лицо Блэйда возле уголка глаза, ощущая на губах соль мокрых от слёз ресниц, его крепкие руки же в это время сжали узкие бедра Блэйда, и с остервенением заставляли сильнее насадиться на горячий ствол до самых яиц. Блэйд хрипло вскрикивал, теряясь в волне горячего удовольствия. Он чувствовал как под сильными пальцами Юаня на его коже уже алели пятна будущих синяков, как с каждым укусом мужчины на его плечах появлялось все больше и больше кровоподтёков. Блэйд щурился от стимуляции, растворялся в горячих руках. Пряди волос липли к влажным от поцелуев губам, мокрому от пота телу. Надвигающийся оргазм для обоих накатывал электрическими разрядами. Чувствуя как Блэйд начал почти бесконтрольно кусаться, в последний момент Цзин Юань до хруста костей заключил в объятия тело Блэйда. В этот момент он ощутил как мышцы ануса секс-партнёра начинают сладко пульсировать, сводимые судорогой от оргазма. Блэйд кончил, пачкая подтянутый живот Юаня густой спермой. Спустя пару мгновений, тело Блэйда расслабилось, и Юань смог выйти из него. Блэйд после головокружительной разрядки чувствовал себя таким растерянным, – будто все эмоции покинули его и оставили после себя пустоту. Так и должно быть. Даже эту пустоту после секса он любил до смерти. А еще любил как болела поясница и горели укусы на коже. Блэйд аккуратно сполз с колен Цзин Юаня, снова плюхаясь на пол между его ног. Он заметил как член мужчины истекал предэякулятом, и казался сейчас больше прежнего. Кажется, разлука пошла им двоим только на пользу. Только, повторять такого больше не хотелось. Сейчас Блэйд позволил себе немного отдохнуть и разрешил сделать Юаню все так, как он хочет. Ведь он был жутко уставший после миссии и поездки на квартиру. Мужчина поднял взгляд, и одарил Цзин Юаня кривой улыбкой. Он знал, что Юань от него хотел, ведь они оба были извращенцами. Блэйд наблюдал как тот начал рвано водить рукой верх-вниз по стволу. Выдержки мужчины хватило на пару движений, после чего он с тихим стоном кончил. Белёсые капли спермы попали на лицо и шею Блэйда, бусинами сверкая в приглушённом свете прикроватной лампы. Блэйд слизал пару попавших на губы капелек, что не укрылось от взгляда Юаня. Будь сейчас Блэйд так измотан, наверняка их ожидал второй раунд. Но ничего страшного, он никуда не денется от Цзин Юаня. По крайней мере сегодня точно. Покрывалом постели Блэйд вытер лицо, после чего заполз на кровать, и утянул за собой Цзин Юаня. Мужчины завалились на кровать, уставшие и покрытые испариной. Тёмноволосый мужчина потянулся к пачке сигарет и выудил оттуда две сигареты, и, прикурив, передал одну Цзин Юаню. Юань по началу не мог понять смысла курения, особенно после секса. Только впоследствии нашёл для себя свой собственный смысл, и, вдыхая дым крепкой сигареты, он думал, что становится ближе. А вместе с дымом сигареты Юаня накрыла тревожная мысль о том, что их история будет повторяться и дальше в таком духе – долгая разлука, радостная встреча, страстный секс. Цзин Юань был уверен, что завтра он проснется один лишь с запахом табака и ароматом парфюма на постельном бельё. Докурив, они затушили бычки в пепельнице у прикроватной тумбы, и Блэйд котом поднырнул под бок Юаня, по-хозяйски закидывая стройную ногу сверху на него. Сейчас сил осталось только на то, чтобы полежать вместе как утомлённые страстным соитием возлюбленные, пускай и возлюбленными они не являлись. Цзин Юань отдал одну свою руку в качестве подушки для головы Блэйда, а другой рукой водил по его бедру. Подобные моменты ему казались интимнее любого секса. Вот бы и завтра когда проснётся он бы мог лицезреть этого неуловимого мужчину спящим с разметавшимися по подушке длинными волосами. Обычно Цзин Юань просыпался один, и это ранило его безнадёжно влюблённое сердце. Только он уже привык к этому коту в своей жизни, и не планировал что-то менять, если кот сам не захочет этого. Цзин Юань мог бы всю ночь рассуждать об их отношениях, только сейчас глаза сами собой стали закрываться, а ещё звук тихого сопения рядом успокаивал его и вырывал из потока мыслей. Он хотел только прикрыть глаза, но не заметил как заснул, крепче прижимая спящего Блэйда. Проснулся Цзин Юань уже утром от яркого света, прокравшегося в комнату сквозь неплотно закрытые шторы. Он вышел из фазы сна, но глаза открывать совершенно не хотелось – было весьма тревожно встречаться с реальностью, что его кот снова ушел. Только, к сожалению, лежать так всё время было невозможно. Спустя пару десятков минут всё же пришлось открыть глаза, и увидеть воочию пустую постель. Настроение на всю неделю вперед сразу пропало. Даже укусы на теле, оставленные во время секса, не напоминали о себе. Было неловко признавать, но у Цзин Юаня в голове было столько наивных фантазий о том, как они встречают утро вместе. В одних фантазиях они утром завтракают блинчиками с шоколадной пастой и клубничным джемом, в других просто они занимаются сексом с утра, а в совсем других фантазиях это происходило всё вместе. Но по итогу, эти фантазии оставались только фантазиями, как бы это печально ни было. Цзин Юань потянулся, полностью пробуждаясь ото сна, и поднялся с кровати. Нужно было привести себя в порядок, а затем немного похлопотать по дому и убрать следы вчерашнего. Открыв дверь, ведущую в коридор, Цзин Юань сразу уловил аромат готовки с кухни, куда и поспешил направиться. Отворив дверь, Цзин Юань был в шоке от увиденного: возле плиты стоял Блэйд в поварском фартуке и боксерах. В руках у него была сковорода, в которой он жарил блин. Цзин Юань не мог поверить в происходящее. Тем временем, Блэйд весьма профессионально вскинул сковородку, в результате чего блин перевернулся в воздухе и упал на менее румяную сторону. Заметив вошедшего на кухню Цзин Юаня, Блэйд обернулся в его сторону. — Доброе утро, садись за стол, — кивнул Блэйд, оборачиваясь снова к плите. — Доброе, — Цзин Юань не смог из себя ничего выдавать более, потому послушно плюхнулся на стул за столом, и подпер рукой подбородок. Эта ситуация была, во-первых, для него шоком, а, во-вторых, выглядела забавной и весьма милой. Самое главное это то, что Блэйд остался с ним утром. Такого раньше никогда не происходило, и от этого внутри трепетало сердце. Блэйд дожарил последний блинчик, и отправил его к стопке блинов на тарелке, после чего выключил плиту и перенёс тарелку на стол к Цзин Юаню, а также две чашки с горячим чаем. — У тебя в холодильнике нет ничего вразумительного, кроме джема и шоколадной пасты. Ты без меня с голоду планировал помереть? — спросил Блэйд, ставя на стол находки из холодильника. Как же Цзин Юань всё-таки любил эту язву — плюётся ядом, но при этом заботится. — Планировал, ты мне не оставляешь выбора, — с усмешкой ответил Юань, и начал заворачивать в блинчик шоколадную пасту. Блэйд взглянул на этого светящегося ярче солнца мужчину и испустил вздох. — Я останусь пока что с тобой, — тихо сказал он. Конечно же, Блэйд знал, что того расстраивали эти уходы сразу после секса. Кого бы это не задело. Ему тоже не хотелось вылезать из-под тёплого бока этого мужчины, что смог его заинтересовать не только как тело, но и как личность. Сейчас у Блэйда выдалось пару выходных, и он наконец-то сможет провести их так, как давно хотел, возможно, даже получится объяснить Юаню специфику своей работы, разумеется, без погружения в некоторые детали. — Буду только рад, — заулыбался Цзин Юань, и укусил блин, который будто сразу растворился во рту. Сам он готовить не умел, поэтому он был вдвойне счастлив, что иногда его будут радовать вкусностями, — Кстати, тебе так очень идет. Я имею в виду фартук на голое тело. — Ты сейчас у меня получишь подзатыльник. Порвал мне одежду, а в твоём шкафу все мне велико, — пробурчал Блэйд, поднося к губам чашку с чаем. — Я бы лучше хотел получить от тебя кое-что другое, — Цзин Юань никак не мог себя удержать от такого открытого флирта, Блэйд выглядел слишком провокационно для него. Тёмноволосый мужчина утопил лёгкую улыбку в чашке зелёного чая, наблюдая с каким аппетитом Юань перед ним уплетает его стряпню. — Помоешь посуду после завтрака, и я подумаю. Цзин Юань чуть не подавился блином. Слишком это было неожиданно. Да все с утра происходящее было неожиданностью. И пока сердце билось громко-громко, пока внутри всё разрывало искреннее счастье, пока казалось, что вот-вот сойдёшь с ума, с губ Цзин Юаня сорвалось то, что хотелось сказать, казалось, всю жизнь. — Знаешь, я тебя люблю. — Ты признался мне в любви из-за блинчиков? — И из-за них тоже. И Блэйда это рассмешило. Он не привык ко всему этому, и никогда не ожидал таких нежных чувств от своего любовника. Познакомились они ради идеального друг для друга секса, а в итоге оказались идеальными друг для друга во всём. Блэйд считал свои чувства за дикую и нелюдимую форму симпатии, и желал остаться в этом доме рядом с этим человеком, с целью постараться понять что для него самого значат эти чувства, которые он испытывает при виде Юаня. И Юань тотчас же нашёл ответ для Блэйда – это значило, что Блэйд тоже любил Цзин Юаня. Мужчине снова пришлось прятать улыбку. Цзин Юань держал себя в руках, но было видно, что он наконец-то смог открыться, и ему стало легче. Если бы он сейчас узнал, что это еще и взаимно, то точно бы свалился со стула. Только эти слова пока что слишком смущали. Но ничего страшного, Юань обязательно узнает о взаимности своих чувств позже, после того как помоет посуду. Блэйд постарается наглядно продемонстрировать, как сильно он любит Цзин Юаня, чтобы ему не пришлось об этом говорить.