What if?

      Вот уже около часа холст на мольберте оставался пустым и нетронутым. Впервые за всё время у Гелии проснулось желание творить. Он тщательно подготовился к этому моменту: дождался солнечного дня, чтобы мастерская со всех сторон была освещена, достал необходимые материалы, когда-то отложенные в далёкий ящик... и всё для чего? Чтобы бездумно пялиться на льняную ткань и прийти к осознанию, что у него совершенно нет идей для рисования? Чтобы понять, что вдохновение окончательно оставило его?       Молодой человек устало вздохнул, отложил так и нетронутую краской кисть и размял переносицу. Он задумался: когда это началось? В какой момент яркая фантазия и богатое воображение покинули его, оставив вместо себя пустое серое место, от которого сердце в грудной клетке болезненно ныло от тоски?       Раньше такой проблемы не было: идеи могли взяться буквально из неоткуда и посетить его, и Гелия непременно брался за карандаш, чтобы сделать наспех неаккуратный набросок и затем превратить его в нечто большее, в нечто прекрасное и неповторимое. Это было чудесное время, которое, увы, осталось позади. Осталось в прошлом, точно так же, как и остались в нём близкие и дорогие его сердцу люди.       Наверное, вступать в отношения с тёмным магом, наводящим ужас на всё Волшебное Измерение, было не самой лучшей затеей, но на момент их начала Гелия старался поменьше задаваться вопросами о морали: он был горячо влюблён, поэтому чувства возымели над здравым смыслом. Его тянуло к Валтору, ему хотелось узнать о нём больше, и этот интерес оказался взаимен.       Они встретились случайно, поздним вечером: юноша, ещё будучи специалистом, зарисовался в парке и был вынужден тайком пробираться к своей комнате в общежитии Красного Фонтана в комендантский час. Тогда они столкнулись в коридоре: Валтор зачем-то проник в боевую академию и, заметив нарушителя, ничего ему не сделал – лишь жестом попросил вести себя тихо и загадочно улыбнулся.       Гелия его не выдал. Он не знал, почему. Может, из-за того, что волшебник не тронул его, и это стало поводом перестать бояться того и считать своим личным врагом; а может, дело было в банальном любопытстве: со всех сторон о Валторе слышалось лишь плохое, и молодому человеку хотелось узнать, каков он был на самом деле.       Череда случайных встреч продолжилась: то ли парню так везло, то ли это с ним намеренно пытались увидеться – неясно. Ясно было то, что с каждой встречей они подступали друг к другу всё ближе: сперва – переглядывания украдкой, затем – перебрасывания случайными фразами, и наконец – первый, полноценный разговор.       Никто из них не заметил, как это перетекло во влюблённость.       Их тянуло друг к другу с самого начала: Гелию, хорошего мальчика и внука героя и защитника невинных и слабых, привлекала тьма, опасная и манящая; Валтора, тёмного колдуна и порождение трёх Древних Ведьм, манил свет, чистый и невинный. «Противоположности притягиваются», как говорится, и на сей раз произошло то же самое.       За личиной вселенского зла скрывался умный и обаятельный маг, не обделённый манерами и обладающий внушительной силой. Валтор был всесторонне развит и понимал Гелию, казалось, с полуслова: он слушал внимательно и с интересом и охотно поддерживал любой разговор, какой бы ни была тема. Собеседник из него вышел такой же замечательный, как и слушатель: мужчина мог рассказать обо всём на свете – начиная с разнообразных миров на просторах Волшебного Измерения и заканчивая темами более узкими.       И с этой стороны Валтор открылся лишь ему одному.       С началом их отношений в жизни специалиста стало больше лжи – встречаться приходилось тайно. Никто бы этого не понял, как ни пытайся объяснить, поэтому и без того замкнутый Гелия закрылся от друзей и близких ещё больше. Он скрывал от них правду и врал, врал столько, что в один момент сбился со счёта. Делать это было тяжело и неприятно: молодой человек, привыкший жить по правилам и говорить честно, шёл на сделку с собственными принципами и совестью.       Ребята из команды, Флора и даже её подруги – все начали волноваться за него, не понимая причин такого странного поведения. Больше всего переживал Саладин, всерьёз опасаясь, что у единственного внука что-то произошло. Но Гелия лишь давил из себя улыбку и придумывал на ходу какое-нибудь оправдание, лишь бы их успокоить. Он отстранялся всё дальше, и дальше, не понимая, что постепенно где-то глубоко внутри него зрела пустота.       Юноша знал, что рано или поздно ему придётся выбирать сторону, он не мог постоянно лгать в лицо своим близким, за их спинами утопая в любви и ласке их злейшего врага. Круг из бесконечного вранья должен был прерваться: Гелия либо оставляет Валтора и вместе с друзьями защищает свет, продолжая дело своего дедушки, либо уходит вместе с возлюбленным, становясь приспешником тьмы.       В итоге парень выбрал тьму. Его никто к этому не принуждал, он сделал свой выбор осознанно и добровольно. Валтор был готов принять его любым и всё же был рад тому, что Гелия последовал именно за ним.       Теперь уже бывший специалист никому ничего не сказал и ушёл молча, не оставив даже записки. Тогда ему казалось это бессмысленном: никто не поймёт ни его самого, ни его собственный выбор. Так зачем же пытаться, изворачиваясь и подбирая слова?       Сейчас Гелия понимал, что ошибся, решив тихо исчезнуть и не поговорив даже с дедушкой. Саладин – мудрый маг старой закалки, в меру строгий, но справедливый и понимающий. Он учил и наставлял своего внука, но никогда не ограничивал силой и позволял совершать ошибки. Саладин принял юношу назад с распростертыми объятиями, когда тот спустя год поисков себя вернулся обратно в Красный Фонтан. И принял бы, даже признайся внук ему в своих чувствах к Валтору.       А друзья? Были ли они настолько плохи? Однозначно нет. Может, не все бы из них поняли выбор Гелии, но он бы постарался им всё объяснить, уж Ривену и Тимми – точно. Из всей команды с ними у него были наиболее близкие и доверительные отношения.       Но ничего из этого молодой человек так и не сделал: не произнёс ни слова, не написал ни строчки. Вместо этого он словно вырвал лист из своей жизни и сжёг его, а после, одумавшись, потушил огонь и отчаянно пытался спасти тлеющие остатки бумаги, с ужасом осознавая, что от них ничего не осталось – лишь пустота, постепенно заполняющая собой каждый уголок его разума.       Саладин, феи и специалисты – все эти люди были частью его жизни. Они подарили ему массу ярких воспоминаний, радостных и не очень, они служили ему источником вдохновения и новых впечатлений и, сами о том не подозревая, подталкивали его создавать и творить. Так безрассудно отказаться от всего этого мог только настоящий глупец... что ж, именно им Гелия и оказался.       — Впервые здесь так тихо, — в мастерскую заглянул Валтор, вернувшийся после очередного поиска заклинаний и магических артефактов. — Думал, случилось что, а ты, оказывается, сидишь тут и рисуешь.       После их ухода тёмный маг отвёл юношу в далёкий и скрытый от посторонних глаз небольшой мирок – идеальное укрытие для колдуна, которого едва ли не каждый пятый в Волшебном Измерении желал отправить обратно в заточение. К приходу Гелии здесь всё уже было готово: просторный дом с библиотекой и личной мастерской для художника, красивая и ухоженная зелёная территория с различной небольшой живностью. Валтор лично позаботился о том, чтобы обеспечить своему любимому комфортное пребывание в этом месте.       Поначалу всё было хорошо: они проводили много времени вместе, а в отсутствие волшебника Гелия занимался домашними делами и уделял внимание своим увлечениям. Но время шло, и с каждым днём живой огонёк в глазах бывшего специалиста начинал гаснуть, а уголки его губ опускаться всё ниже.       Однажды улыбка с лица его любимого пропала навсегда, и это стало поводом для Валтора наведаться на одну из планет и добыть то, что помогло бы заново вдохнуть жизнь в парня и вернуть ему вдохновение. Лишь по возвращению он понял, что проблема гораздо сложнее и глубже, и что так просто её не решить.       — Гелия?       Мужчина прошёл в мастерскую дальше и аккуратно выглянул из-за спины Гелии, пытаясь разглядеть рисунок, но к своему удивлению обнаружил лишь пустой холст. Он взглянул на юношу и увидел, как тот отрешённо смотрел на полотно и безмолвно ронял слёзы.       — О, Дракон... — Валтор свёл брови вместе и с сожалением вздохнул. Тёмный маг аккуратно поднял его лицо и пальцами вытер бегущие по щекам мокрые дорожки. — Душа моя, что произошло?       — Я... н-нет... нет, ничего... — Гелия судорожно выдохнул и спешно отвёл взгляд. — Всё в порядке...       — Твои слёзы говорят об обратном, — волшебник покачал головой. — Пожалуйста, расскажи. Мне можно доверять, ты знаешь об этом.       Валтор отпустил его, и молодой человек сжал губы, забегав глазами по комнате. Он выглядел потерянным и подавленным, словно не зная, куда себя деть, но в конечном итоге сдался. Колдун невольно вздрогнул, когда Гелия неожиданно уткнулся лбом в его грудь и осторожно его обнял, надеясь таким образом оказать поддержку. Однако слова, которые мужчина услышал в дальнейшем, только ввели его в ещё большую растерянность:       — Мне кажется, что я совершил ошибку... — тихо произнёс парень.       — С чего ты взял? — спросил Валтор, заботливо перебирая пальцами тёмные пряди его волос. — Ты не сделал ничего плохого.       — Это не так... — Гелия мотнул головой. — Я... поступил ужасно, что ушёл, не сказав ни слова...       — И что? — маг приподнял бровь. — Думаешь, что твои дедушка и друзья поддержали бы тебя?       — Нет, не уверен, но... но... — послышался тихий всхлип. — Я должен был оставить записку... или попрощаться... сделать хоть что-то...       Волшебник нахмурился, чувствуя, что юноша задрожал. Он не выпускал его из объятий, поглаживая по спине и пытаясь утешить, но не зная, что сделать ещё. Валтор являлся порождением тьмы и Огня Дракона – его создали искусственно, поэтому многие проблемы, душевные метания и вопросы морали не были ему близки. Он был далёк от всего этого, но постепенно расширял свой кругозор и учился понемногу понимать, во многом благодаря Гелии. Ему бы так и не довелось познать любовь, не появись в его жизни молодой человек.       — Я скучаю по ним, Валтор... — наконец признались ему. — Я так скучаю...       Валтор закрыл глаза и уткнулся носом в макушку Гелии. Он не знал, что ему следовало сказать и что сделать. Единственная потеря в его жизни – это время, безвозвратно утраченное в заточении. Ранее мужчина ни к кому не привязывался и никого не любил. Он ещё многое не понимал в этой жизни.       Гелия стал первым и пока единственным, кому тёмный маг открылся. И ради него он постарается понять, а затем – сделает всё возможное, чтобы ему помочь.