Возвращение

Я ожидал, что проснувшись утром, буду в объятиях своего любимого мужа. Но не думал, что снова окажусь на уроке Лань Циженя, как во времена моей юности в Гусу. Вспоминая свой ответ, который был дан, когда я ещё здесь учился, я даже не знаю, как мне устоять перед соблазном подразнить старика, а после отбывать с Лань Чжанем наказание в библиотеке. Прошлое-настоящее: Улыбка тронула губы Вэй У Сяня: «Какое расточительство». Он помолчал и добавил: «На самом деле я знал ответ, просто думал о четвертом способе». Лань Ци Жэнь произнес: «Я никогда не слышал ни о каком четвертом способе». Вэй У Сянь заговорил: «При жизни палач обезглавил более сотни человек, а в смерти преобразился в лютого мертвеца, что совершенно очевидно проистекает из условий его кончины. Так почему б… О… Теперь я понял, что вы имеете ввиду. Можно поднять мертвецов и совершить самосуд, но встав на другой путь, ты подвергнешь опасности и осуждению со стороны общества своих родственников и близких в будущем, поэтому если можешь не ступать на кривую дорожку лучше на неё не ступать, так ты убережешь не только себя, но своих близких. С этими словами Вэй Ин поклонился и вышел из класса в сопровождении шокированных взоров, брошенных на него. Лань Цижень сказал Ванцзи последовать за Вэй Усянем в библиотеку, а сам глубоко задумался о противоречивости его ответа… Вэй Ин сидел и переписывал правила, пока в библиотеку не вошёл Лань Чжань. — О, Лань Чжань! Ты пришёл за мной! Гэгэ , ты так красив, что я перестаю думать. Лань Чжань застыл. Его глаза широко распахнулись, а губы слегка приоткрылись. — … — Лань Чжань? — Вэй Ин заволновался, но увидев, как покраснели уши его возлюбленного успокоился и решил немного подразнить его. — Лань Чжань, а Лань Чжань. Ты покраснел! — Вздор. — Лань Чжань. Чего ты так распереживался? — Ты… — Да, я. И с довольным видом Вэй Ин уселся за стол и продолжил переписывать правила. — Бесстыдство. — Ты как всегда критикуешь меня, Лань-гэгэ! Как так можно?! Когда сам любишь меня, вот так яростно отказываешься признавать это!