Забытая мечта

Акито не успел понять, когда в его жизни всё пошло не так. Вроде бы совсем недавно он с Тоей и остальными пел на сцене, чтобы исполнить свою мечту. Но в один вечер парень лишился группы, а вместе с ней отказался и от мечты, к которой всегда шел с таким упорством.    После выступления на батле, в котором они проиграли, Ан была очень расстроена. С самого начала девушка была не в духе, хотя обычно она с радостью и энтузиазмом шла на сцену. Акито и представить не мог, что могло с самого начала её огорчить. Как всегда рассерженный после проигрыша Шинономе налетел на неё с обвинениями. Он будет ненавидеть себя за это, если бы не он, ничего не случилось бы.    — почему ты так плохо пела? Могла бы и лучше, твои личные проблемы не должны отражаться на пении! Мы могли бы вы.. — Тойя схватил его за плечо.    — успокойся. В следующий раз будем петь лучше.    — конечно, будем обязаны! Но это не значит, что сейчас нужно петь плохо. Могла хотя бы постараться?! Не шла бы сюда вообще, раз петь не умеешь!    Перепалка, начатая парнем переросла в ссору. Тойя и Кохане пытались их успокоить. Ан, не выдержав, убежала со слезами на глазах. Рыжеволосый не думал, что сможет довести её до такого состояния. Кохане ушла за ней. И они с Тоей тоже отправились по домам. Тогда ему было плевать на чувства Шираиши, Акито и думать не мог, что после этого, несколько дней не выходя на контакт и не появляясь в секае, она заявит, что уходит из группы и будет петь только с Кохане.    Спустя не такое долгое существование группа распалась, снова разделившись на дуэты. Акито сразу же забил на это, раз не хотят превзойти RAD WEEKEND вместе с ними, пусть пытаются самостоятельно. Распад группы очень сильно повлиял на фанатов, их стало меньше, и они разделились на две группы, кто-то поддерживал Vivids, а кто-то BAD DOGS.    Спустя какое время и кучу тренировок, ему начало казаться, что их двоих не достаточно, чтобы превзойти RAD WEEKEND. Количество фанатов уменьшалось с каждым днём, как бы парень не старался, у него уже не получалось так же сильно зажечь зал, как когда то.    "Разве я не достаточно стараюсь. Все мои силы уходят на тренировки, так почему никто не хочет слушать моё пение. Почему с каждым разом всё меньше людей приходит."    Новая ужасная мысль — новый порез на запястье. Тонкое лезвие кружится в танце, скользя по коже. На тонкой, только появившейся линии рождаются ярко красные капли. Они стекают по пальцам, с грохотом разбиваясь о пол. Акито не слышит ничего, лишь биение собственного сердца, что становится всё реже, и падение алых капель.    Он откладывает канцелярский нож на кровать, смотря на левую руку. Бледную кожу не видно за полотном крови, капли продолжают стекать и падать на пол. Теперь он почти не чувствует боли. Раньше, занимаясь подобным лишь в крайних случаях, старшеклассник практически ничего не чувствовал. А теперь всегда. Не важно, что случится, будь то танцующее лезвие или простой ушиб, любая поверхностная рана не приносит боли, а внутренняя разгорается всё сильнее. Будто сквозь сердце прошел кусочек стекла, оставляя в нем частицу, что разбилась ещё на сотни, больно коля сердце внутри. Продолжая уродовать свои конечности, он надеялся избавиться от внутренней боли. Он не хотел чувствовать подобное. Он не хотел ничего чувствовать вовсе.    Встав с кровати на трясущихся ногах, Акито пошел в ванну, чтобы промыть новые порезы. Не было никакого желания этого делать, хотелось спустить рукав и забыть, что там вообще что-то есть. Но это могло создать проблемы. Включив кран, он позволил холодной воде течь на руку, омывая её, смешиваясь с кровью. Парень мог стоять так пол часа, уходя в забытье. В голове было пусто, ни одной дельной мысли. Единственное, что крутилось в его голове, это желание отказаться от мечты. Но он ведь не сделает это? Спустя столько лет и тренировок, он ведь не откажется от мечты. Да, на его пути было много трудностей и неудач, и распад группы - одна из них. Акито не бросит свои желание. Парень выключил воду и вытер руку полотенцем. Обрабатывать порез, а уж тем более забинтовывать, не хотелось. Взяв тряпку, чтобы вытереть кровь на полу, он ушел в свою комнату.    Убрав все следы своего занятия, что он скрывал от родителей и сестры, парень подошёл к окну, открыв его нараспашку. Холодный осенний воздух сильным потоком ворвался в душную комнатку, отдавая ей свою свежесть. Приятный уличный воздух ударил по лицу, заполняя собой лёгкие, заставляя, наконец, вдохнуть полной грудью. Совсем недавно прошел дождь, и на улице было мокро и сыро, в некоторых местах образовались неглубокие лужи. Вместо давящей тишины слышался гул машин. Где-то далеко, за пару домов от сюда, как всегда кипела жизнь.    Постояв у окна ещё немного, Акито его всё же прикрыл и лег на кровать. Пустой взгляд уставился в потолок. Мир в его глазах будто вновь покрылся серыми оттенками, выгнав все яркие. Эта пара минут у окна вернула его в цветной мир, но стоило от него отойти, как все цвета снова исчезли, растворяясь в серой пустоте комнаты.    До его ушей донеслось лёгкое позвякивание телефона, оповещая о новом сообщении. Вставать за ним самое последнее, что он сейчас хотел делать. Тело будто бы растворилось в белых помятых простынях. Тяжело вздохнув, парень всё же поднялся и подошёл к столу. На экране, яркость которого стояла на минимуме, высветилось сообщение от Тойи. Парень предлагал встретиться в кафе и о чем-то поговорить. О чём предстоит их разговор, он так и не сказал.    Акито быстро собрался, чему он сам удивился, учитывая, что в последнее время любое движение давалось ему с трудом, и не было сил делать хоть что-то. Друзья договорились встретиться у перекрестка и вместе сходить в кафе. Тойя часто говорил, что хочет снова посетить weekend garage, но Акито отказывался даже близко подходить к этому месту. Это ведь буквально прийти к своему врагу. Да, теперь они считались соперниками и долгое время шли на ровне, но в последнее время парни начали серьезно от них отставать.    Напарники встретились на назначенном месте и направились к ближайшему кофе. Они зашли в небольшое здание и заняли самый дальний столик у окна. Им быстро принесли две чашки кофе, которые они заказали.    — так о чём ты хотел поговорить? — спросил Акито, делая небольшой глоток горячего напитка. Тот смотрел на него странным взглядом около минуты, вздохнув, Тойя наконец заговорил.    — нам, — он сделал небольшую заминку, делая глоток кофе, — думаю, нам стоит прекратить петь. Да, знаю мы долго шли к этой мечте, но сейчас мы вряд ли сможем хоть что-то сделать.    — ты.. — рыжеволосый смотрел на парня пустым взглядом, пытаясь переварить информацию, — да к черту это всё! Как эти дуры могли так легко нас превзойти, почему у них всё так легко получилось?! — пару человек рядом с ними повернули головы, взглянув на парней.    — не кричи, пожалуйста.    Всё остальное время они провели в тишине. Она ложилась на плечи тяжким грузом, давя на душу. Но никто из парней не знал, что можно сейчас сказать.    Выйдя из заведения, парни хотели перейти дорогу и ещё немного погулять. Рыжеволосый вышел на проезжую часть, перед глазами замигали яркие фары, он упал от резкого толчка в спину. Быстро поднявшись, парень развернулся смотря на место, где он только что стоял. Там лежал парень с сине-голубыми волосами, тело было покрыто кровью, что продолжала течь из раны на боку, сбившая его машина уже скрылась за поворотом.    — ...Тойя! — Акито застыл в шоке, хотелось кричать, хотелось как можно дальше убежать отсюда. Трясущейся рукой он смог достать телефон и набрать номер скорой.    Парень сидел на стуле у входа в палату. Кажется, в него напихали успокоительного, с самого приезда скорой он не мог успокоиться, по щекам всё ещё продолжали течь слезы.    "Зачем он это сделал, что я буду делать если он умрет? Нет. Он не умрет, не умрет же?" — с каждой мыслью о том, что этот поход в кафе был последним, когда он мог видеть своего друга, сердце разрывалось всё сильнее, из-за слез нельзя было увидеть сильно трясущеюся руки, крепко сжимающие ткань штанов.    Из двери вышла медсестра. Парень перевел на неё взгляд оливковых глаз, радужку которых было почти не видно из-за количества слез. Он молча смотрел на неё молящим взглядом, ожидая, когда она наконец заговорит. Девушка тяжело вздохнула и наконец заговорила.    — мы сделали всё, что могли. Но шансов выжить у него очень мало. Завтра он должен прийти в себя. Приходите в районе 10 утра. — медсестра скрылась за дверью, снова оставив парня одного.    Ещё немного посидев, парень всё таки поднялся и направился к выходу из больницы. Акито шел по небольшому, но широкому коридору, ему не видно было ни конца, ни края. От запаха медикаментов тошнило. С каждым шагом он ускорялся, по итогу, быстрым бегом несясь по коридору, желая лишь одного: быстрее покинуть это место и не возвращаться сюда. Парень вылетел из здания, перепрыгивая все ступеньки и побежал к воротам, которые ограждали его. Казалось, что в них совсем другой мир, но это не так. Неважно где он будет находиться, его сердце не найдет покоя. Неважно где он будет, парень будет видеть лишь серые цвета. Не важно где и кто, его всегда будут осуждать. Его будут винить во всем.    Домой он вернулся уже ночью. Акито не пытался вести себя тихо, ему было плевать разбудит он кого-то или нет. Зайдя в свою комнату, он схватил канцелярский нож, что ещё с утра остался лежать на столе.    Тонкое лезвие проходило по старым шрамам, заставляя их снова покрыться каплями крови. Лезвие снова носилось в смертельном танце по венам. Яркие цветки крови стекали по тонким длинным пальцам. Слезы перестали течь, после них остались лишь мокрые дорожки на щеках. Глаза были плотно зажмурены, Акито не хотел смотреть на то, что он делает, но он прекрасно чувствовал каждую новую красную каплю, расцветающую на бледной коже.                                     ***    Очнулся он лишь под утро. Что случилось? Он потерял сознание? Нож валялся в луже крови на полу. Алые капли покрывали всё вокруг. Простыни и края футболки были испачканы, вряд ли он сможет их отстирать, чтобы не осталось никаких следов. Кровь на руке засохла, покрыв кожу небольшой корочкой. Нужно было срочно всё обработать и перебинтовать. Выходя из комнаты Акито взглянул на часы, почти 11, нужно быстрее разбираться со всем этим дерьмом и идти к Тойе.    Разобравшись с рукой и закинув простыни куда подальше в шкаф, чтобы потом попытаться отстирать, парень оделся и побежал в больницу. Кажется, Эна звала его на завтрак когда он уже выходил из дома. Ему не было дела до своего состояния сейчас. Он и так потерял кучу крови, так ещё и не ел вчера. Но сейчас это не имеет значения, парень сел в вызванное заранее такси и произнес адрес больницы.    Спустя пару минут он уже поднимался по ступенькам, заходя в здание, пропахшее медикаментами насквозь. Акито подошёл к стойке, чтобы узнать в какой палате сейчас его друг.    — Тойя Аояги, говоришь? — девушка замялась, смотря в компьютер, — его недавно доставили в морг, он не смог пережить операцию. Стойте! Вы куда?    Акито не слышал последних обеспокоенных криков девушки, он выбежал из больницы, столкнувшись с парой людей и чуть не упал с лестницы. В глазах застрял целый водопад из слез, парень пытался их хоть как-то сдержать, не здесь, не в месте где куча людей. Горло неприятно жгло, глаза болели, пытаясь сфокусировать взгляд на дороге. Одинокая горячая слеза всё-таки скатилась по щеке, оставляя за собой мокрую дорожку, за ней потекли и остальные. Всхлипы невозможно было сдерживать. Парень задыхался в собственных слезах. Хотелось кричать.    Тойя не должен был умереть.    Акито должен был умереть, а не он.                                    ***    Парень снова не покидал свою комнату целыми днями. Он сидел, забившись в одеяло, буря взглядом стену напротив кровати. На конечностях не осталось живого места, везде, абсолютно везде цвели глубокие порезы. Тойю совсем недавно похоронили, но Акито не пришел на похороны. Его тело потеряло способность двигаться, а мозг - как либо соображать. В голове не единой мысли. Он пуст.    Вечером Акито, все же ничего не сказав, ушел на кладбище. Эна всеми силами пыталась удержать брата дома и как-либо ему помочь. Не заметить как ему плохо, мог только слепой. Но тот неизвестно какими силами отпихнул её от себя и ушел.    Смотря на одиноко стоящую каменную плиту с именем его лучшего друга, хотелось развернутся и никогда не возвращаться сюда. Каждый шаг вперёд давался с большим трудом. Подойдя к могиле, парень упал на колени. Положив на землю одну красную розу, он схватился за голову руками, закрывая глаза.    — зачем? Зачем ты это сделал? Ты...ты ведь умер из-за меня. Ты обещал, что не оставишь меня, так почему я один?! Даже ты бросил меня... Никчемный, ужасный, глупый... Кому я нужен теперь? Никому никогда не было до меня дела, всем было плевать, ты единственный, для кого я хоть что-то значил, и ты тоже ушел? — слезы текли из глаз. Каждое слово разделяли громкие всхлипы, парень снова начал задыхаться, — ненавижу! Как же я ненавижу всё это. Ненавижу себя, тебя, всех, абсолютно всех! Почему, почему ты бросил меня, Тойя, почему? Можно мне тоже умереть? Я не хочу жить. В моей жизни нет смысла, у меня нет людей, которым я дорог, у меня нет мечты. У меня нет ничего. Ты ведь простишь меня? Прости. Прости меня!    Исхудавшее, покалеченное постоянными порезами тело, упало у могилы. Продолжая рыдать. Проходили долгие минуты, плач прекратился и кладбище снова погрузилось в мертвую тишину.    Теперь в самом дальнем и забытом углу кладбища лежат два тела...