Проверим

Когда Чонгук по глупости сказал, что ему нравится их новый учитель английского, по большей части он имел ввиду то, что тот приятный человек и хороший преподаватель. И совсем немного то, что тот обладает очаровательно красивой внешностью и вообще Чонгук не против позвать его на свидание. То ли слишком мечтательно он выглядел, говоря эти слова, то ли ученики сами всё выдумали, а теперь смотрят на него невинно и как-то слишком проницательно. Будто насквозь его читают. И так уже второй день. Очень повезло, что именно у этого класса математика — профильный предмет, то есть с углублённым изучением. Алгебра чередуется с геометрией на протяжении всей недели, и Чонгуку уже страшно заходить в этот класс. Ничего такого он не делал! Спросили у него ученики, видел ли он нового учителя, он ответил короткое «Да». Потом нашёлся другой вопрос: «И что, как он?». Чонгук ответил очень много, о чём сейчас жалеет. Язык сам развязался и сказал лишнего, но вот как перестать чувствовать на себе эти внимательные взгляды учеников он не знает. Врать не в его характере. Математика — наука точная, не зря же он математик, верно? Да и зачем ему кого-то обманывать? Ладно, у него бы просто не получилось. Ляпнул он что-то вроде «Очень харизматичный молодой человек, с превосходными ораторскими навыками и качествами лидера». Правда же! Даже сейчас, когда Чонгук думает об этом, в его теле опять появляется какая-то лёгкость и смущённость. А просчитался он вот в чём: кто-то выкрикнул «А пошли бы Вы с ним на свидание?». А он что? А он сказал номер следующего упражнения и отвернулся к доске. Смутился, да. Ну а как спокойно реагировать, если речь идёт о Ким Тэхёне? На него все здесь слюни пускают, даже директор (но тот скорее из-за его умения превосходно сходиться не только со взрослыми, но и с детьми). И Чонгуку он тоже нравится, в таком же плане. От англичанина — как его уже прозвали, — глаз отвести невозможно. Он и выглядит всегда как с иголочки, и характер у него приятный. Да и вообще, только дураку такой не понравится. — Сегодня по плану самостоятельная и ещё пару задач. Что-то вы в последние дни совсем обленились, — Чонгук боится сталкиваться с ними взглядом. Эти дети слишком наглые, хотя Чонгук всегда был к ним довольно строг. Наверное, ему просто казалось, что он внушает страх? Или после того, как в их школу перешёл новый учитель, Чонгук уже не выглядит настолько грозным? Он этим детям всё — даже каждому отдельный листочек с заданиями, на котором писать можно, а они ему вот так яму роют. Варианты оказываются перемешанные, так что Чонгуку приходится повозиться возле первой парты, чтобы найти третий. Вот этих подружек он знает и давать им схожие варианты не будет. — Учитель Чон, а как там с учителем Кимом? Чонгук буквально чувствует, как его уши за секунду становятся розовыми. Так, успокойся. Ты математик, серьёзный мужчина, которого все бояться должны. Ты не можешь вот так потеть ладошками, тем более перед своими учениками. — Если ты пытаешься увильнуть от самостоятельной, то у тебя не получится. На твоём месте я бы пытался запомнить хоть одно правило с книги, пока я не сказал убрать её с парты, — говорит как можно строже. Но ни девчонку, ни кого-то другого эти упрёки не пугают. Чонгук не позволит с собой вот так играться. Он подходит к следующей парте, шурша листами в поиске нужного варианта, как доносится ещё один голос: — А у нас сегодня первым английский был, — кокетливо говорит мальчишка, подпирая подбородок рукой. — Я знаю, — терпеливо отвечает Чонгук, подсовывая к нему нужный лист и принимаясь искать для его соседа. Он действительно знает всё их расписание, будто является их классным руководителем. Этот одиннадцатый класс — единственный кто выбрал математику профильным предметом, и большинство времени Чонгук проводит с ними. — И мы спрашивали учителя Кима о Вас. — И? — так, вот это плохо. Эти дети могут натворить всё, что угодно, а выглядеть в глазах англичанина каким-то не таким Чонгуку не нужно. — И… — Расскажем, если Вы нам самостоятельную отмените! — выкрикивает уже кто-то третий, и все поддерживают его. Вообще-то, Чонгук не ведётся на такие уловки. Они могут запросто обвести его вокруг пальца. Может они вообще не спрашивали и просто хотят избавиться от самостоятельной. Нет, второе не обговаривается, но Чонгук и правда не против послушать мнение Ким Тэхёна о своей персоне. — Слишком дешёвые способы, меня таким не проведёшь. Все разочарованно стонут. А чего они ждали? Что Чонгук вот так просто сдастся и будет с щенячьими глазами впитывать каждое слово учителя Кима о себе? Пусть радуются, потому что он был в шаге от этого. Когда у всех на партах не остаётся ничего, кроме заданий и ручек, Чонгук садится за учительский стол и тяжко вздыхает. Ему проверять потом эти все каракули. Один единственный минус в Ким Тэхёне (помимо того, что он до сих пор не сходил с Чонгуком на свидание, но это по секрету), так это то, что он всех своей красотой сразил на такой повал, что эти оболтусы за две недели позабывали весь материал и от рук отбились. Чонгук их отлично понимает, потому что у самого мысли в последние недели заняты совсем не работой, но это же математика. Им экзамены уже через три месяца сдавать. — Так учитель Чон, Вы бы сходили с ним на свидание? — из мыслей вырывает чужой голос. Чонгук сжимает челюсть, смотрит сначала на источник звука, а потом и на всех остальных. Каждый поднял голову и впился в него глазами, в которых один и тот же вопрос. — Ты всё сделал? Я могу проверять? — Почему Вы такой занудный? — стонет второй, — Учитель Ким хорошо идёт на контакт. — У вас получилось заговорить его и пропустить тест? — усмехается Чонгук. — Да, а Вы вообще ни в какую не поддаётесь… Неужели не помните себя в нашем возрасте? Разве Вы тогда про геометрию думали? — Это было настолько давно, что я действительно не помню. — Не напрашивайтесь на комплименты, Вы не настолько старый. — Зато смышлёный. Вы пытаетесь меня разговорить и сами у себя время отбираете. Если эта самостоятельная покажет плохие результаты, то я попрошу у директора вместо урока английского добавить ещё одну геометрию. Кажется, две в неделю это слишком мало. — Учитель Ким, между прочим, очень хорошо о Вас отзывался, а Вы тот ещё тиран. Навряд ли он станет терпеть таких вот серьёзных. — Вот именно! Ему бы кого-то помягче. — Учитель Чон, а Вы на свиданиях тоже обычно решаете геометрические задачи? Или Вам больше алгебра по душе? — встряёт в разговор та самая популярная одиннадцатиклассница, которая с этих свиданий не успевает приходить. — Небось, приглашаете домой, притягиваете к себе, вжимаете в стол, а потом из-за спины человека достаёте книгу «Алгебра одиннадцатый класс» и даёте… ручку и тетрадь. Класс заливается хохотом, даже сам Чонгук приулыбается, сверля девчонку взглядом. Та хоть и выглядит непоколебимой, но всё равно немного сжимается. — Мг, а потом мы вместе решаем уравнения, — подхватывает он её тон, складывая руки на груди. — Тебя так интересуют мои свидания? — Не меня, — качает головой та, опуская взгляд на листок. — А учителя Кима. Кажется, Чонгук сейчас треснет от переизбытка чувств. То есть Ким Тэхёну интересны его свидания? Подождите, просто его свидания или именно свидания с ним? То есть они об этом сегодня говорили? — Слишком сильно не радуйтесь, — продолжает остряк кто-то другой. Чонгук с нахмуренными бровями следит за тем, как парень бегает глазами по заданиям, явно понимая лишь малую часть. И нельзя сказать, что Чонгука не заинтересовали его слова. Продолжение точно должно следовать, иначе мысль останется незавершённой. — Учитель Ким сказал, что он полный профан в математике и что он вообще её не любит.

***

Чонгук старался сосредоточиться на работе — на проверке самостоятельных. Но весь день с того самого урока, он может думать только о словах учеников. Безумно приятно осознавать, что они вели беседы с Ким Тэхёном, да ещё и о нём, но вот то, что ему не нравится математика, напрягало. Чонгук же полностью из неё состоит, его жизнь держится на математике, а учителю Киму она, оказывается, не нравится. Все формулы вылетают из головы, как и умение понимать буквы в задачах. Чонгук откладывает это дело, потому что не может работать, если чем-то очень сильно возбуждён. То есть Ким Тэхёну не нравится математика? Очень утешает. Скорее всего дети просто обиделись на него из-за самостоятельной и таким образом решили насолить. Знают же, что ну… Что ну нравится их математику англичанин. Но даже если и так, то их слова не были похожи на простую обиду или ложь. Чонгук отлично чувствует и то, и другое, а тут даже ни намёка. И это только больше заставляет его нервничать. В итоге еле как, но удаётся заснуть. Больше мыслей о Ким Тэхёне мешала погрузиться в сон целая стопка листов с непроверенными заданиями. Чонгуку не шло откладывать всё до последнего и делать это он не любил. Не было чёткого графика — была задача и не было препятствий перед выполнением учительского долга. Но когда он вместо размеренного ожидания звонка быстро проверял самостоятельные в учительской, некоторые распереживались, не случилось ли чего. — Нет, всё нормально. — Может быть, Вам взять выходной? — да неужели всё так плохо? Один раз за всю историю не проверил работы, и уже сыплются эти переживания, которые больше похожи на подколы. Но вот когда учительская снова принимает в себя нового человека, Чонгук понимает, что да. Плохо, всё очень плохо. Ким Тэхён как всегда одет в вещи, которые будто сшиты для него, с идеально уложенными волосами и бодрым видом. И именно сегодня им надо было столкнуться: когда Чонгук не выспавшийся и раздражённый, злой на самого себя за такую слабость. Выглядит он как… Лучше промолчать. — Всем доброго утра, — здоровается англичанин с самой милой улыбкой, оставляя кофту на вешалке. Каждый здоровается с ним, а Чонгук продолжает втыкать в самостоятельные, будто они намного важнее Ким Тэхёна. Хотя по факту же важнее! Вот только об этом он думает в последнюю очередь. — Кхм, учитель Чон? Не стоит ли поздороваться? Чонгук неловко улыбается — неестественно и слишком натянуто, кидая быстрое «Здравствуйте». Удивительно, как Ким Тэхёну удаётся сохранить непроницаемое выражение лица и коротко кивнуть. Только все взгляды до сих пор прикованы к Чонгуку. И один конкретный тоже. Под взглядом Ким Тэхёна он чувствует себя семнадцатилеткой, потеряв целый десяток лет. Вот как ему удаётся делать из Чонгука вот это подобие взрослого, состоявшегося и строгого учителя математики? Где же это видано, чтобы смущаться перед англичанином и с наигранно-умным выражением лица продолжать пялиться в листок, будто бы он может что-то понять в таком состоянии. Как бы прекратить это маленькое безумие, но при этом не обронить своё высокое положение в глазах других людей? Спасает только звонок. Чонгук подрывается ураганом, хватая рюкзак, листы, и выбегает из учительской так, будто бы он школьник, который тайно туда пробрался. — Доброе утро, открываем тетради, записываем номер упражнения. — Вы проверили наши самостоятельные? — Вы же не собираетесь забирать у нас урок английского из-за них? Это будет нечестно. Английский тоже важный. — Стоп, остановитесь, пожалуйста, с вопросами. Чонгук падает на стул и чувствует себя овощем. У него есть чёткий режим, который сегодня по одной причине был нарушен. А выспаться за всего пару часов не удалось. — Самостоятельные я проверил не все, но уже могу сказать, что результат так себе. Поэтому, номер, — Чонгук пытается вспомнить, но понимает, что это бесполезно. Приходится доставать книгу, смотреть и даже разъяснять, что там нужно делать. Когда же ученики наконец-то занимаются работой, он снова берётся за самостоятельные. — Учитель Чон, а Вы сегодня какой-то… уставший. Что-то случилось? — Ещё и работы не проверили! С Вами точно всё в порядке? — За кого вы меня принимаете, а? Будете мне мешать, я дам вам ещё два упражнения.

***

— Здравствуйте, простите за опоздание, директор задержал, — улыбается Тэхён, кидая на стол папку, где хранится учебный материал, а потом и себя на стул. — Так и скажите, что просто чай не успели допить, мы поймём. Тэхён цыкает, но совсем не обиженно. На самом деле, он и правда не успел. А всё из-за того, что хотел подбодрить учителя математики, который сегодня выглядел совсем не так, как обычно. Тэхён работает здесь всего две недели, заменив старика, который в шестьдесят ушёл на пенсию, а уже понял, что представляет из себя их математик. Тот был явно не в духе из-за недостатка сна. И хотелось ему как-то помочь, поэтому Тэхён решил купить в магазинчике через дорогу чай и вручить математику, чтобы хоть немного приободрить. Но тот словно испарился: то ли шлялся где-то возле младших классов, то ли просто мастерски увиливал. Тэхён переспросил всех, не видели ли они его, и никто не дал вразумительного ответа. Картонный стаканчик с остывшим чаем так и остался стоять на столе в учительской. Обидно ли Тэхёну? Есть немного, но учитель Чон не виноват, что ему не удалось выловить его. Тэхён старается не думать об этом. — Сегодня мы пройдём очень важную тему. Эта грамматика часто используется в повседневной речи и сериалах, поэтому вам стоит её запомнить. Что-то не так? Почему у всех такие грустные лица? — некоторые ученики развалились на партах и подпёрли щёку рукой. — У нас первым уроком геометрия была, — вот оно что. Когда учитель не в духе, это может распространяться на детей, поэтому Тэхён старается не поддаваться своим эмоциям в школе. — А учитель Чон сегодня… — Мг, да. Есть немного. Он накричал на вас? Только давайте вести диалог на английском. Так, накричал? — Нет, он просто завалил нас заданиями, а потом собрал тетради. — А вы ничего не сделали. — Типа того. Учитель Ким, а Вы не знаете, что с ним? — Тэхён любил свою работу. Ему нравилось завлекать учеников и рассказывать им о чём-то полезном. Вот сейчас они болтают на английском – разве это не здорово? И практика, и изливание душ, чтобы стать ближе. — Нет, откуда мне это знать? — А может, Вы – главная причина? Тэхён сдержанно улыбается. — Не думаю, что это так. Скорее всего, учитель Чон сегодня просто встал не с той ноги. — А Вы правда математику не любите? — Ненавижу. — Давайте Вы скажете, что жить без неё не можете, мы завтра передадим ему и он снова починится. — Хорошая идея, но нет. Врать не есть хорошо. Приступим к теме? Сначала они записывают новые слова, потом разбирают материал, практикуются, и Тэхён снова понимает, насколько сильно он любит свою работу. Ученики идут на контакт, слушаются и слова лишнего не говорят. Интересно, как происходят их уроки математики? — Учитель Ким, а Вы давно были на свидании? — Очень давно, а у тебя есть подходящая для меня кандидатура? — Ну, если Вы не против порешать алгебраические задачи, то да, есть тут одна. — К сожалению, я не знаю ни одной формулы. — А Вы бы пошли с ним на свидание, да? Тэхён закусывает губу, складывает руки на груди. Пошёл бы? Да. Осмелится ли он сказать такое своим ученикам? Точно нет. — Послушайте, я ценю вашу заботу о нашем учителе Чоне, но давайте такие слишком личные вопросы вы оставите при себе? Я много вам позволяю, но переходить черту тоже не нужно. Тем более, говорить такие вещи за спиной у… — Точно пошли бы, — перебивают его тираду. Тэхён качает головой и отворачивается к доске, чтобы растянуть губы в улыбке.

***

— Учитель Чон! — окликают его. Он поворачивается, вопросительно глядя на кучку учителей. — Не хотите пообедать вместе с нами? Чонгук пробегает взглядом по всем, замечая в самом конце англичанина. Сердце на секунду забивается быстрее. Они не пересекаются уже неделю, потому что он сам бегает от него, как школьник. Но за эту неделю стало понятно то, что даже присутствие Ким Тэхёна рядом в корне меняет дело. Подойти сам он не решался, да и о чём им говорить? У них из общего — только профессия и несколько классов, в которых они преподают. А тут отличный шанс побыть если не хорошими друзьями, то хотя бы прозрачными знакомыми. Плавно кивая, он следит за их улыбками, а после следует за ними в столовую. Ким Тэхён всё ещё сзади, и это безумно напрягает. Смотрит ли он на него? А что думает? Или даже не пробежался взглядом по его фигуре? Для учителей в столовой выделены отдельные места, где они спокойно, без окружения детей, могут обсудить прошедшее утро. Чонгук садится с самого края, а Ким Тэхён прямо напротив. Он старается лишний раз не смотреть на него боковым зрением, да и вообще игнорировать его присутствие. И тот факт, что англичанин уселся именно напротив него, будто бы не было больше свободных мест, тоже не стоит брать во внимание. Нужно запихать эти чувства куда подальше, потому что влюбляться в их нового учителя ой какая плохая идея. И млеть перед ним тоже. Только всё, что Чонгук усердно пытается внедрить себе в голову, успешно игнорируется чувствами. У Ким Тэхёна нет ни одного изъяна. Он всегда выглядит хорошо, бодро и дружелюбно. Любой на него клюнет, и Чонгук тоже этот самый «любой». За обедом учителя обсуждают разные темы, отходя от школьной жизни. Они не собирались вместе, кажется, целую вечность. Здесь не хватает всего парочки, зато их отсутствие компенсирует собой Ким Тэхён. Он активно участвует в беседе, кидает шутки и… не только их. Чонгук тоже старается говорить, отвечать, спрашивать и не замечать на себе чужих взглядов. Либо ему просто кажется, либо англичанин действительно пялится на него целых двадцать минут. Чонгук сбрасывает всё на «кажется». Подумаешь, на него смотрит англичанин, который всего лишь выглядит как его идеал. Ничего такого. Несколько учителей уходят, сославшись на дела: кому нужно заскочить в библиотеку, а кому — подготовиться к уроку. За ними бегут и остальные, а англичанин… остаётся сидеть напротив Чонгука, и теперь его взгляд направлен только на него, ведь они, чёрт возьми, одни. Чонгук сглатывает и старается не реагировать. Начинать беседу он не будет, потому что они уже обсудили всё на свете. Приходится просто неловко втыкать в тарелку, будто каша намного интереснее человека напротив. — Учитель Чон, — Чонгук даже не сомневался в том, что тот начнёт беседу первым. Он неловко поднимает глаза, вопросительно глядя в ответ. — Я вижу, Вам стало немного лучше, потому что на прошлой неделе с Вами было что-то не так, — это «Выканье» Чонгука напрягает. Коллегам принято так общаться, но проблема в том, что он не хочет быть просто коллегами. От своих мыслей уши едва заметно розовеют, но он старается не подавать виду. — Было много работы, не успевал выспаться. Спасибо за беспокойство, — и хочется что-то добавить. Такое чувство, что Чонгук увиливает от вопроса и вообще не хочет говорить с англичанином, но на самом деле совсем нет. Наоборот, хочет немного побыть с ним наедине, вот только достойной причины Чонгук придумать не может. А факт того, что тот скоро уйдёт, заставляет снова напрячь мозги. — В тот день, когда Вы впервые были не в духе, — Ким Тэхён снова начинает разговор, будто бы ему совсем всё равно на то, что Чонгук обходится с ним немного грубо. — Я хотел угостить Вас чаем, но нигде не нашёл. Где Вы пропадали? — Я… — очень прямой вопрос, не такого типа беседу он хотел. — Я просто… В общем… — Избегали меня, — с улыбкой говорит англичанин за него. Чонгук широко раскрывает глаза, упираясь в него взглядом, а потом так же быстро уводит его вновь в тарелку. Ну да, избегал. А что ему ещё было делать? Он не знает, о чём с Ким Тэхёном говорить и стоит ли вообще это делать. Все слова рядом с ним забываются. Сидеть вместе теперь кажется очень неловким, но при этом Чонгук хочет быть в его компании. — Так вот… — Простите, у меня дела! — он резко поднимается, хватает поднос и бежит в сторону кухни под непонимающий взгляд англичанина. Пара секунд — и Чонгук уже бежит на выход. — Я же просто хотел… эх, — Тэхён ковыряется ложкой в еде, — Когда мне ещё удастся его выловить?

***

— Признавайтесь, что Вы сделали с учителем Чоном? — Я? — Тэхён глупо тыкает в себя пальцем, не успев переступить порог класса. — Да. Что Вы ему сказали, что он уже второй день сам не свой? — Да ничего такого, — Тэхён глупо сжимает тетрадки, которые ему велели отнести сюда, и чувствует себя ребёнком, а учеников своими учителями. — Ага, он мчался из столовой, как Молния Маквин! А сегодня на уроке вообще постоянно летал в облаках. — Эй, успокойтесь. Ничего такого я ему не говорил. Я вообще пару слов сказал о работе, а он подорвался и убежал. Может, у него спросите? — Тэхён всё же проходит, оставляя тетради на учительском столе. Ученики сверлят его взглядами, будто читая насквозь. Под ними даже некомфортно становится, но Тэхён не подаёт виду. На самом деле то, что учитель Чон сбежал, до сих пор вызывает у него тёплую улыбку. Когда он впервые увидел его, он подумал, что этот человек серьёзный и строгий до невозможности. У него голос всегда ровный был, да и заткнуть он мог одним лишь взглядом. Тогда почему вчера, стоило Тэхёну рот открыть, тот начал заикаться, а потом и вовсе убежал? Тот учитель Чон в работе и этот учитель Чон, у которого в присутствии Тэхёна уши горят, совсем два разных человека. — А вы случаем не знаете, как на математическом будет «Пойдёмте на свидание»?

***

Ким Тэхён ворвался в класс по началу урока со словами, что у него сейчас окно и ему нечем заняться. Переглянулся с учениками, будто бы у них там свои секретики, сел за стол и внимательно слушал, даже отвечать пытался. Вот только его присутствие Чонгука очень напрягало. Ибо англичанин внимательно слушал не тему, а его. Постоянно пялился на его руки, а не на то, что Чонгук показывал ими на доске. С горем пополам Чонгук собрался силами и провёл урок так, как делает это всегда. Разве что пару раз смущался, когда встречался с чужим взглядом, но это так, мелочи. — Урок окончен, — он подходит к столу, обходя англичанина, — Следующий у вас… — водит пальцем по расписанию, — Физкультура. Ученики начинают подрываться с мест и стремительно выбегать из класса. На то, что они пялятся на них, Чонгук старается не обращать внимания. — Ну что, учитель Ким, нашли ответ на свой вопрос? — усмехается девчонка перед самой дверью. Чего она просто молча не вышла? — Не совсем, — улыбается ей англичанин. Он встаёт со стула, смотрит на Чонгука каким-то непонятным взглядом и слегка улыбается. — Учителя Кима интересовало что-то конкретное? — Чонгук старается держать лицо и не порозоветь, потому что сосредоточиться на чём-то другом, помимо этого взгляда, невозможно. — Да, но думаю, мне больше это не нужно, — улыбается Ким Тэхён, а после шикает на девчонку, которая застыла у дверей. Та расплывается в улыбке, но всё же уходит, закрывая за собой дверь. Чонгук тоже намекает, начиная собирать свои вещи. Но Ким Тэхён упорно продолжает стоять на месте, явно игнорируя намёк. — Учитель Ким, я должен закрыть класс, — ну куда ещё прямее? Пожалуйста, пойми и выйди уже, перестань пялиться. — Просто Тэхён. — Хорошо, просто Тэхён, — Чонгук прочищает горло, смотря на всё вокруг, но только не на просто Тэхёна, — Мне нужно закрыть класс. — Почему Вы сбежали тогда? — англичанин, видя, что Чонгук не особо настроен на неформальное общение, снова переходит на «Вы». — Оставалось немного до звонка, — конечно, Чонгук врёт. Ну, то, что до урока оставалось пару минут это чистая правда, но сбежал он явно не по этой причине. — Но Вы даже не дослушали меня. — Учитель Ким… — Просто Тэхён, — снова поправляет его, а Чонгук цыкает. — Просто Тэхён, простите, я тогда поступил не очень красиво, — взгляд он поднять так и не решается, складывая руки на груди. — Вы что-то хотели? — Мг, хотел спросить… А правда, что Вы на свиданиях алгебру решаете? — тут Чонгук прыскает, прикрывая рот ладонью. — Они уже донесли Вам? — Так это правда? — Чистейшая. Считаете, что это скучно? — нет, ну почему просто Тэхён такой красивый? И почему он заставляет Чонгука смущаться от одного своего взгляда? — Хочу попробовать. Как по щелчку пальца Чонгук меняется полностью, и вот он уже больше не строгий учитель математики. Уши розовые, щёки такие же, дыхание сбито, а сердце бежит марафон. Что англичанин себе позволяет? — Учитель Чон, пригласите меня на свидание? — Тэхён мило улыбается, подходя немного ближе, но не нарушая личные границы. — Тэхён, Вы… перегибаете палку… — бубнит Чонгук. Он поднимает на него глаза. Наверняка выглядит сейчас до безумия смущённым, но чёрт возьми! Англичанин просто вот так взял и пригласил его на свидание! Прямее человека, чем он, не найдёшь. И красивее тоже. Его глаза блестят, он светится улыбкой и тоже немного стеснительно поправляет прядь волос. — Так пригласите? — Приглашаю, — шепчет Чонгук, уткнувшись взглядом в носки туфель, — Тэхён Вас на свидание со мной. Надеюсь, Вы запомнили из этого урока хоть что-то? Иначе как… Вы будете решать уравнения? Тэхён закусывает губу. — Ни одного слова не понял, но думаю, учитель Чон, Вы сможете меня научить! Я очень старательный ученик, это Вам на заметку. — Чонгук. Называй меня просто Чонгук. — Просто Чонгук, ты сегодня во сколько свободен?

***

— По Вам всё видно, можете даже не пытаться скрыть. Выкладывайте. Ходили? Наверное, по Тэхёну сейчас и правда видно. Ему сегодня все говорят, что он прямо светится. Ходили ли они? Да… Так, лицо. Сейчас он не «Тэ», сейчас он «Учитель Ким». — Ну, — тянет, водя пальцем по столу, — Ходили. — И как? И как?! — Что делали? — Поцеловались?! Если нет, то это провальное свидание, и вам стоит сходить на ещё одно! — Мы это… Алгебру решали, — глупо смеётся Тэхён. — Что, серьёзно?.. — А поцеловались хоть?! — Учитель Чон не целуется на первом свидании… По классу разносится тридцать один разочарованный вздох. — …поэтому мы пошли сразу на второе. Тэхён и сам пищит в душе. Свидание с Чонгуком прошло просто отлично, и теперь тот открылся с ещё одной стороны: всё так же смущался и розовел ушами, но уже был открытым и более спокойным. Как потенциальный партнёр. По классу разносится стук, после открывается дверь и показывается тёмная шевелюра. — Тэ, меня попросили передать, что… То есть Учитель Ким, — Чонгук снова розовеет, коря себя за глупость. — Сегодня у нас собрание, сразу после завершения учебного дня. Вы чего так смотрите? — строго шикает он, когда замечает, что все пары глаз устремлены на него. — Вы что, серьёзно решаете на свиданиях алгебру?.. Как учитель Ким согласился?.. — Так, тихо, — Тэхён тоже шикает на них, чтобы не смущали и так смущённого Чонгука. После встаёт из-за стола, направляясь к нему. Останавливается настолько близко, насколько это возможно в таких обстоятельствах. — Но мы же забронировали столик на пять?.. — растерянно шепчет он ему на ухо. — Посидим немного и сбежим, — Чонгук аккуратно отстраняется от него. — У тебя какой следующий урок? — У меня только пятый и шестой, сейчас два пустых. А у тебя? — будто их шёпот никто не слышит. В классе гробовая тишина, такого никогда не было. А Тэхён не обращает внимания на это, потому что он буквально слышит, как громко у Чонгука стучит сердце. — У меня следующего тоже нет, — улыбается. Они друг друга поняли. Да и не только они. Чонгук смущённо оглядывает учеников, которые пялятся на них, даже не стесняясь. Говорить с Тэхёном нужно точно без посторонних глаз. — Тогда, до встречи? — Да, буду ждать тебя, — неловко улыбается Чонгук, слегка задев его руку своей. Как бы невзначай. Как бы случайность. И как бы класс не решается это комментировать. Потому что видеть своего математика таким им доводится впервые. А Тэхёна ничего не смущает — ни эти взгляды, ни присутствие детей. Он приближается к его лицу и оставляет короткий поцелуй на щеке. А после наслаждается тем, как Чонгук, больше ничего не говоря, выбегает из кабинета, пряча свои розовые уши. Он вообще сам по себе очень милый. Тэхёну уже не терпится снова встретиться с ним. Стопудово после этого тот будет ворчать о осторожности, но Тэхён просто заткнёт его поцелуем. Один раз это сработало, сработает и во второй. — Вы ничего не видели, — он подносит два пальца к своим глазам, а после разворачивает их к замеревшему классу, мол, я слежу за вами. — Учитель Ким, а правда, что учитель Чон в Вас по уши влюблён? — с сегодняшнего утра по школе всё же пошли эти слухи. — Ну… не знаю? — А правда, что он хорошо целуется? — Правда. — А правда, что Вы станете его мужем? — Проверим. Если вы не разболтаете это всей школе, — строго говорит Тэхён, намереваясь вернуться к английскому. — Нет-нет! Мы вообще молчим. — А правда, что учитель Чон будет выполнять все Ваши прихоти? Я просто помню, когда мы были в седьмом классе и он ещё только практиковался, то буквально таял перед своей второй… — Достаточно! — фыркает Тэхён, — Проверим. Я всё проверю, но не факт, что расскажу вам. — А правда, что учитель Чон постоянно будет дарить Вам цветы?.. Я просто помню, что… — Проверим.