если целуй, то с любовью.

— Во влоге поучаствовала и ходит довольная. — подпирая голову рукой, отмечает Райдос, с улыбкой глядя на Романову, входящую в гримёрку. — Ясно всё с вами. — пожимает плечами Надежда Шевченко, известная на проекте многоликая ведьма, после чего отходит к столу. Виктория вновь достаёт камеру, решая побаловать своих подписчиков новыми событиями. Не вставая с места, включает запись, направляя всё внимание в сторону Олега Шепса. — Так, внимание. Снимаю, как красят… Внимание! Красят Олега Шепса. — говорит Вика, замечая, как вошедшая в комнату Марьяна медленно разворачивается к ней, реагируя на сказанные слова. — Намалёвывают. — заявляет Шепс, прекрасно понимая, что и он теперь попал в объектив. — Намалёвывают просто. Для пущей яркости. — Говоря это, Райдос улыбается, но, скорей, из-за Романовой в кадре, которая смотрит на неё, не зная, чем себя занять. Стоит им столкнуться друг с другом взглядами, как Марьяна тоже включается в диалог. — Я у тебя всегда задним фоном почему-то нахожусь. — Нет, иди ко мне, — не сводя глаз, серьёзно и уверенно говорит Виктория, заставляя собеседницу на несколько секунд растеряться. Замечая это, она повторяет: — иди ко мне, я тебя.., — замолкает, понимая, что шутить сейчас неуместно. — я ж тебе сказала, что я по тебе больше всех соскучилась. Надежда Эдуардовна усмехается с ведьм и, глядя в камеру, убирает стакан, стараясь не особо сильно показываться в кадре. — Нет, нет. Ты сначала сказала "даже". — отмечает Романова. Её настроение довольно игриво, и она с радостью делится таким же с Райдос. — "Даже", а потом призналась, — Вика внимательно следит за тем, как Марьяна садится рядом, из-за чего становится уютнее. — Набралась смелости и призналась, что больше всех из всех. — Так-то лучше. — Обе в чудесном настроении и дополняют друг друга. — А что "я тебя..."? — Напоминает Романова, склоняя вбок голову в вопросе. — Я потом тебе скажу. — отмахивается в ответ женщина, но уже сейчас понимает, что этот небольшой кусок диалога придётся обрезать для видео, а иначе люди что-то не то подумают и вновь начнут создавать арты, видео, рассказы, вдохновлённые их общением. — А, кстати! — Вдруг говорит Виктория, решая, что и эту тему надо затронуть, из-за чего поворачивает камеру так, чтобы было видно обеих. — А про нас-то с Марьяной в интернете пишут... В интернетах пишут. — Пишут... Тако-ое пишут! — Подключается к теме Романова, которая уже научилась понимать Вику с полуслова. — Не смотрите дети. — и качает пальчиком, словно запрещает, однако все знают, что никого это не остановит. — Ой, девочки! — На выдохе говорит Марьяна, заставляя Райдос вновь посмеяться, но потом она в очередной раз переводит внимание зрителям на Олега, пока на фоне слышны отдалённые хихиканья. Готический зал был отснят, поэтому все медленно разбегались по своим делам. Некоторые опять таили обиды в связи с прошедшими ссорами. От чего-то Виктории казалось, будто одни они с Марьяной совершенно никак не задели друг друга. — Так, ты сняла свой влог? — Интересуется та, о ритуалах которой Вика думала уже несколько дней. — Ага. Теперь можем говорить без камер. Я вижу, что тебя что-то интересует. — Ты обещала сказать "потом", что не договорила тогда. Вроде бы.., "иди ко мне, я тебя", а дальше заменила всё предложение. — Ах, да, точно, — Вика опускает вниз голову, тихо посмеиваясь. — Я хотела неудачно пошутить, мол, иди ко мне, я тебя поцелую. — Очень интересно, как тебе такое в голову пришло. — Марьяна засмеялась, подсаживаясь на стул рядом, пока они никак не могли собраться по домам. — Согласись же, что твоя фраза о том, что ты задним фоном находишься, звучала, как лёгкая обида. — На эти слова Романова кивает головой, продолжая слушать. — Вот! Ну и я решила, что такими словами показала бы твою важность. — Теперь ты просто обязана показать мою важность! — Некоторое время они хихикают, пока Марьяна не задаёт вопрос: — А если серьёзно, поцеловала бы меня? — Слушай, я не вижу в этом ничего плохого. Есть люди, которые при встрече не пожимают друг другу руки, не обнимаются, а целуются, хотя не подразумевают никаких романтических отношений. — Заедешь ко мне на чай? — И вновь встречаясь взглядами всё понимают, однако ведьма решает договорить то, что подразумевала: — Если мы поцелуемся здесь или на улице при людях.., — шёпотом говорит она, чтобы коллеги не услышали. — то представь, как новость разлетится-то! — Это точно! — Виктория кивает. — У меня есть ещё несколько свободных часов, поэтому я с радостью заеду к тебе на чай. — Позволь, я вызову такси? — Получив на это одобрение, она берёт телефон, вызывая машину к месту, после чего обе быстро собираются и, прощаясь со всеми, выходят на улицу, дожидаясь своего автомобиля. Водитель оказался разговорчивым и, несмотря на занятость пассажиров, сидящих сзади, начал диалог: — Вы ведь в экстрасенсах снимаетесь, да? — Угу, "Битва Сильнейших". — отвечает Райдос, не отрываясь от экрана телефона. — Вы ведь соперницы, да? А почему в одно место едите после работы? — Пристаёт достаточно молодой парень, сворачивая на нужную улицу. "Я хочу ответить: "а тебя это ебать не должно" – получает сообщение от Марьяны на свой номер Вика, из-за чего тихо смеётся. — У меня поездка чуть позже запланирована, поэтому я проведу время у соперницы. — А вы не против? — Адресовывает он вопрос Романовой. "Скучно мальчишке, хочет поболтать. Не будь такой нервной, тебе не идёт" – читая это сообщение от Райдос, Марьяна расплывается в улыбке и убирает телефон. — Я сама предложила. — Виктория безотрывно смотрит на сидящую рядом ведьму, которая заставляет и её невольно улыбнуться. С того момента водитель больше не задавал вопросов, да и поездка быстро подошла к концу. Женщины вошли в квартиру, где Марьяна сразу же достала телефон. — Что ты там смотришь? — Сразу спрашивает Вика, убирая свою сумку и обувь. — Ясе пишу, чтоб гуляла недолго, потому что мне её помощь по дому понадобится, — допечатав, она проходит на кухню, включая чайник. — Так тебе чай или кофе? — Ох, я думала, ты меня не для этого пригласила к себе. — Райдос подходит ближе, дожидаясь, пока Романова обернётся, после чего крепко обнимает её. — У меня было желание хотя бы обнять тебя без камер и лишних глаз. — Её нос ласкают пряди волос женщины, из-за чего она улыбается. Затем ведьма чуть отстраняется и оставляет лёгкий поцелуй на губах Марьяны. — Как договоривались. — Ну не так же, — возмущённо говорит в ответ хозяйка квартиры. — Если целуй, то с любовью. — Покажи, тогда уж, как надо. — Отойдя на шаг назад, говорит Вика, скрещивая на груди руки. — Сначала нужно обнять, — Романова перекладывает ладони Райдос на свою талию, подойдя ближе. — Вот так. А потом нормально поцеловать, — своими губами она касается чужих губ, выпуская язык, которым нежно обводит их. Слегка надавив, он проникает внутрь и, касаясь ровных зубов, выходит. Марьяна на секунду разрывает поцелуй, но быстро обхватывает губы Виктории, делая их ещё более влажными, после чего с громким чмоком отпускает. — Запомнила? — Да. Давай я возьму лидерство в свои руки, только нужно куда-то сесть, иначе я не выдержу столько стоять на ногах. — Тебя просто с ног свалил мой прекрасный поцелуй. Женщины проходят в зал, где расположен диван. Вика садится на него и глядит на ведьму, стоящую перед ней. — Иди ко мне, чего медлить-то? — На тебя сесть? — Усмехается в ответ Романова и, понимая, что та не шутит, осторожно усаживается сверху, придерживая своё итак короткое платье, которое довольно высоко поднялось. — Ты очень даже лёгкая. — Не успевает Марьяна ничего ответить, как её вовлекают в поцелуй. Руки Вики уже блуждают по телу, спускаясь с талии к бёдрам. Шаманка сжимает плечи Райдос, когда та касается руками её бёдер, помогая платью подняться ещё выше. Языки сплетаются, кружась в каком-то странном танце, пока у каждой внизу живота образовывается тугой узел неконтролируемого возбуждения. — Ай, Вика! — Вскрикивает Романова, когда её нижнюю губу прикусывают, а после отстраняются. — Я ведь так не делала. — И пока пальцы рук Марьяны тянутся к губам, Виктория хватает её за талию, перебрасывая на диван. — Предупредила бы... — Хватит уже возмущаться. — Женщина неодобрительно закатывает глаза, но возвращается к делу, стягивая колготы с ведьмы. — Мы только поцелуй обсуждали, кажется. — Мы уже вышли за край, и назад нам не шагнуть. В ответ на это Марьяна присаживается, стягивая с себя платье. Затем она переходит к платью Виктории, помогая ей быстрее снять его. Обе вновь сливаются в поцелуе, но потом Романову снова укладывают на спину, раздвигая её ноги. — Череватый даже понятия не имеет, какое чудесное тело он хотел похоронить. — недовольно говорит Райдос, поднимаясь рукой к груди женщины под ней. — Он неудачно флиртовал. Ладонь нежно скользит по рёбрам, ложась на грудь, из-за чего Марьяна тяжело вздыхает, чувствуя, как приятные мурашки разбегаются по всему телу. Вика сжимает правый сосок ведьмы между пальцев, заставляя её дыхание сбиться. Тоже самое проделывает с левым, наблюдая за закатанными глазами шаманки. — Он очень глупо флиртовал. — Я вижу, твоему возмущению нет предела? — И эти слова тут же растворяются в пространстве, когда внутри влажной промежности оказываются два пальца Райдос. Движения постепенно набирают темп, и добавляется тот самый указательный пальчик, которым Вика качала на камеру, говоря о том, что читать про них ничего не надо. Стоны Марьяны заполняют всю комнату, весь разум Виктории. Тело под ней выгибается, ёрзает. Грудь манит своим видом, из-за чего жрица свободной рукой тянется к ней, продолжая начатую с сосками игру. Лицо Романовой заполняется краской, когда она последний раз громко выкрикивает стон и приподнимается на локтях, погружаясь в оргазм. Вика останавливает движения, дожидаясь, когда дрожь в теле ведьмы немного пройдёт. С осторожностью вынимая пальцы, женщина проводит ими вдоль всей промежности, затрагивая клитор, из-за чего Марьяну вновь окутывает лёгкая дрожь. — Ты ведь умела целоваться... — в попытках отдышаться и прийти в себя, понимает Марьяна. — Я догадывалась, к чему это приведёт. — Райдос отстраняется, свешивая с дивана ноги, пока ведьма поднимается, усаживаясь перед ней, и начинает окутывать всё её тело горячими поцелуями.