"Будет день..."

Есть такое на свете горе - Не даёт ни на миг забыться. Убежать бы за синее море… Да от себя невозможно скрыться… Он сидел и держал её руки, Согревая губами кожу. Он делил неземную муку С той, что стала всего дороже. Они просто привычно молчали В тишине полусонной больницы. Двое. Пленники вечной печали, Опустившие рядом ресницы. И когда разнеслась тревога, Ледянящая скорбью душу, Она спешно молила Бога О пощаде. Но Тот не слушал. Воздух вновь наполнялся болью. Только некому плакать больше. Под обрывом молчанье немое. Мать, отец. Что быть может горше… Может. Маленький мальчик робкий, Потерявший семью в одночасье. Как он вылез из-под обломков Той машины и детского счастья? Нет ответа… И даже голос Вероломно его покинул… Мелким шагом по коридору С медсестрою, ссутулив спину. Врач спешила ему навстречу. У мужчины в руках осталась Констатация, что калечит, Пробуждая чужую жалость. Он читал, цепенея, строчки, И боялся мечтать о главном. Понимая, что это - точка. Бремя тайное станет явным. Вот и встретились. В той вселенной, Где граничили тьма со светом. Встала женщина на колени Перед низеньким силуэтом. Протянула ребёнку руки И звала малыша отогреться, Слыша в имени голос разлуки, Унимая рыдание сердца. Мальчик сделал лишь шаг несмело. Только шаг, но его хватило. Отражение в душу смотрело. «Хватит, Господи! Дай мне силы!» Обняла пациента нежно. Покатились безудержно слёзы. Волны памяти. Боль безбрежна. Над пустой колыбелью звёзды… Завершая тернистый путь их, Он семью заслонил впервые, Опасаясь вдохнуть всей грудью. С губ слетело заветное имя. «Ты меня никому не отдашь?» Детский шёпот целует ей шею. «Никогда, мой родной, не посмею». «Дана, слышишь, Уильям – он НАШ». Будет день и вернётся ЖИЗНЬ…