Семь первых сентября

*** Предсказуемо, что утром Мила проснулась в новом месте. Первое, о чем она подумала, было вчерашнее сообщение. Так, какие там были инициалы. И как его вообще найти? То, что это именно Дима, который Дима, сомнений не было, потому что таких совпадений не бывает априори. Или бывают? Думать о том бывают или не бывают, быть вообще или не быть, в чем суть бытия и прочее, не хотелось, поэтому глянув на часы Мила откинулась в кровати. Пять тридцать утра. Какой идиот встает в такую рань? Вот куда может быть нужно человеку в пять тридцать утра, куда? Было интересно кто она на этот раз, в какой класс или на какой курс идёт и что вообще представляет из себя сегодняшняя реальность. Очень интересно, прямо очень. Поэтому Мила снова потянулась к телефону. Была у неё такая привычка, что, если уже проснулась – больше не заснет; девушка, конечно, старалась обхитрить привычку со всех фронтов, и таки доспать положенное – или не очень – время, но это почти всегда не удавалось. Решив не пытать удачу лишний раз, она полезла в социальные сети, что были установлены на новеньком, но уже потрепанным жизнью, самсунге. Вбив в строчку поиска инициалы и пролистав несколько профилей, Мила наконец-то нашла Дмитрия, похожего на вчерашнего парня. Сейчас, на, здоровую голову, стали заметны и схожесть со своим, Димой, и девушка удивилась как не заметила этого ранее. Хотя, а вдруг они уже пересекались, и Дима, тоже не сразу понял в чем дело. Да и вообще, а связаны ли эти два Дмитрия вовсе, или это она сама так решила, потому что знать, что ты не одна такая странная легче. Но ведь он вчера сам сказал то, что вряд ли бы озвучил ничего не понимающий человек, значит, таки связаны. Или все-равно нет? Джипиэс на телефоне и отмеченная в профиле Дмитрия локация, в реальности совпадали и находились в пределах мало того, что одного города, ещё и района, так что Мила выдохнула. Значит не сошла с ума. На самом деле, всё произошедшее за неделю пугало, удивляло и заставляло усомниться в реальности всей реальности. Ух, что-что, а тавтологии – лучшее средство для описания экзистенциальных сбоев реальности. Ну просто адаптивный эскапизм какой-то – надоело жить своей жизнью в своей реальности, так проживем чужую в чужих. Ну а чем не идеальный, а главное надежный план? Всем? Ну и пофиг, кто с огнем не играл, никогда ожег не лечил, а ожег – опыт. Бредово звучит, не правда ли, а теперь просто представьте как все плохо, если Миле в голову подобное приходит, брр. Теперь, когда единственной ниточкой, связывающей с реальностью и надеждой на адекватное состояние рассудка, был этот парень, Мила просто не могла упустить шанс. Писать незнакомому человеку в незнакомой реальности, зная, что если ошибется, то подставит реального человека было страшно, но выбора у Милы не было, поэтому она открыла диалоговое окно с Дмитрием. Поразительно, но он был в сети. Такое везение было просто дьявольским, поэтому Мила плюнула на всё, вся и всех и написала: Камиллка) где встретимся? Ждать ответа долго не пришлось, потому как он пришёл буквально за мгновение:

Димитрий

«геолокация» через пятнадцать минут, жду, милашка

Не ошиблась, уже хорошо. Что ж, день обещает быть интересным. Очень. *** Локация была недалеко от места жительства этой Камиллы, поэтому проверив наличие других, неспящих людей в помещении, и убедившись в их отсутствии она быстро оделась и подалась на встречу с приключениями Дмитрием. Что же это за волшебник на голубом вертолете, и какие ещё неожиданности он принесет в её жизнь. Если верить сказанным сутками ранее словам, он должен помочь девушке вернуться в свою настоящую жизнь. А если сослаться ещё и на внезапное воспоминание, то получается, что это вовсе не чужой человек, а родной Дима. Как бы мозг от таких теорий не лопнул, ну право слово, чокнуться можно. На назначенном месте не было никого ещё бы, какой идиот припрется к фонтану в парке первого сентября, ещё и в, без пяти минут шесть. Утра! Постояв минуту, две, три, Мила уже собиралась свалить по-тихому, как из переулка вышел человек, осмотрелся по сторонам, и заметив её ускорил шаг. Он перебежал дорогу и обойдя клумбу подошёл к ней. Высокий, одетый уже официально и с небольшим букетиком астр. — Привет, это тебе, прости, цветочные ещё закрыты, а хотелось приятно сделать. — Спасибо. Ты значит Дима? — А что не узнала? — Конечно узнала, мы вчера в Канаде виделись. Ты ещё меня в ресторан позвал. Или скажешь не ты? — Я, конечно я. А ещё, я девятиклассник из школы, в которой учится Настенька; лучший друг беспокойного Миши, твоего соседа по парте; один из основателей академии для девочек, ну и ученик первого курса социологического факультета, как собственно и ты. — Опять первый курс? Точнее не так, ты усе время был рядом? Каждый день? И вообще, ты тот самый Дима? — Типа того. — Ты как вообще это сделал, идиот. Зачем? Я думала с ума сошла, и вообще, я не верю тебе, и астры свои забери. — Мила стой. Я долж... — Заткнись, как ты меня назвал? Мила? Ещё и в сообщении «милашка», чеерт, все-равно не верю. Не бывает такого. Не. Бывает, – по слогам произнесла Мила, стараясь убедить в этом непонятно кого. — Милаш, позволь объяснить. Я не знаю, как это работает, но если я встречу свою судьбу, то могу вместе с ней посмотреть, как мы бы выглядели в параллельных реальностях. Спустя год, после начала отношений, всего на неделю. Если это действительно моя судьба, то мы встретимся и вернемся назад, если нет, то я вернусь, а она останется там. — Какая фигня, ты точно не мой Дима. Он никогда бы не стал рисковать мною, для, того, чтобы проверить эту тупую хрень. Иди знаешь куда. Запихнул меня неизвестно куда, зная, что я могу никогда не стать собой и радуешься. Ты эгоист! – Мила хотела вырваться и свалить от греха подальше, но её удержали. — Знаю, но это не специально, так было у моих отца с мамой, и у их родителей, какая-то фишка рода. И если бы я не был, твоим Димой, то не стал бы искать тебя и пытаться встретиться, чтобы потом вернуться в наш мир. — И что ты предлагаешь? Забить на всё и счастливо убежать с тобой в закат? Ну уж нет. — Я и не прошу, давай мы сегодня побудем парой, а вечером я сделаю всё, чтобы вернуться. Если выйдет, то ты меня простишь, если нет, то не прощу себя уже я. — Это спор? Серьезно? Спор на мою жизнь? Друг, ну ты совсем долбанулся. Ладно, я так понимаю выбора у меня все-равно нет? Понятно, так и знала, ладно, окей. Я согласна, но спор, есть спор. Понял? И не лезь ко мне! — Хорошо! До встречи на парах, адрес кину смс-кой. *** Эта маргинальная схема не внушала доверия, совсем, но выбора у Милы, как она уже обозначила – не было. Пришлось в очередной раз проглотить всё и смириться. Опять же таки, не было желания показывать свои эмоции, по сути, чужому человеку, ведь в правдоподобность всего этого верилось всё ещё с трудом. Подавлять эмоции – худшее из худшего, но в данном конкретном случае делать больше нечего. Хотелось, конечно, закатить скандал, но Мила не тот человек, увы. И так стыдно, за это показательное выступление. А по факту, не должно быть. Потому что, если это действительно Дима, во что верить не хотелось, то по прибытию в свою реальность, его ждал реальный скандал; ибо о таком предупреждать надо, словами, через рот, а не этой завуалированной фразочкой про самое интересное. Тьфу дебил. И снова на первый курс, до начала официальной части оставалось два с половиной часа, спать ещё и спать, так нет же, нужно было с утра пораньше найти на свою задницу приключений. Быть как все уже ж не актуально, скучно, так сказать. Зайдя домой и разувшись Мила осмотрелась по сторонам, имеют ли теперь место быть все инициалы людей, которые она запоминала, желая потом найти? Или параллельные реальности, как минимум существуют, а потом уже параллельные реальности? Есть ли эти люди вообще? А в её мире? А в этом? А если вбить их в социальные сети? А зачем в этом мире? А существует ли вообще Мила? Мозг, казалось, скоро взорвется от количества вопросов, и парадоксального отсутствия ответов на них. Ну это же издевательство какое-то, а не жизнь. Магия вне Хогвартса, сбой в матрице, Средиземье на яву, да хоть клуб Винкс. Только бы не с ней, только бы не с ней. Панические атаки в последнее время зачастили, надо бы к специалисту обратиться. Хотя нет, не надо, а то ещё в дурку запрет, всего ведь не расскажешь. А если она уже там? А если она уже мертва? А если, а если, а если? — СТОП! Мысли заглохните, я не могу так! Дыхание было прерывистым, голова раскалывалась, слезы текли из глаз, а в голове, будто тысячи голосов на перебой кричали свои "а если?". Это уже шизофрения елки палки. Когда страх за собственное ментальное здоровье усилился настолько, что едва не породил бонусную паничку, на телефон пришло сообщение. Контакт Димка однокурсник :), прислал адрес университета. И чем эта Камилла, если такая существует, думала, так записывая парня? Внезапно до Милы дошло, никаких этих и тех Камилл не было, это всё она. Все эти научные исследования про вселенные и их количество, вся эта ерунда из ряда фантастики. Человечество так давно пыталось найти доказательства существования других вселенных, и наших прототипов в них, а удалось это Миле. Она открыла для себя что-то новое, заглянула туда, куда не мог никто. Она побывала в шести разных реальностях; увидела шестерых, разных себя; прожила шесть жизней. Это не другие люди, это она сама, только в другом мире. Это все легенды о том, что после смерти мы перерождаемся, это пресловутая матрица, это всякие там квантовые вселенные. Это то, о чем грезили все люди мира, на протяжении всей истории. И всё это, сейчас открылось одной ей. Вся суть мира, всё его волшебство и таинство. Всё это, сейчас перед ней, как открытая книга, и этот опыт ценен, хотя бы этим озарением. И ради этого момента, Мила готова попробовать, готова довериться. Пускай, она даже ошиблась. Камиллка) я готова попробовать *** Встретившись возле университета с Димой, они направились внутрь. Актовый зал, в котором собирали первокурсников был огромным: высокий потолок, с шикарной люстрой, большая сцена и просторный зрительский зал. Парни и девушки сидели, разделившись на группы и факультеты, у каждого был куратор с табличкой, чтобы те, кто подтягивался сразу нашёл своих. Дима немного так наглел, придерживая Милу за талию, явно заявляя свои права. А ему кто-то позволял? С одной стороны, хотелось расслабиться, а вдруг это реально Дима, который Дима, тогда и переживать смысла нет, а с другой, вдруг, это просто левый человек, сбежавший с дурки? Да и вообще, никто ещё не давал гарантий, что сама Мила, сейчас не в дурке. Так что, приходилось быть внимательной ко всему, что происходило, особенно, если это касалось Димы. Пускай она лучше потом перед ним извиняться будет, чем ошибется. Да, так лучше, определенно. Немного отодвинувшись от парня, девушка прошла мимо сидящих, занимая место почти по середине. — Дим, садись. — Не люблю, привык сидеть с краю, – э, а как из ступора выйти? Просто свой Дима тоже всегда с краю сидел. Эх, очередное совпадение, как досадно. — Пожалуйста, не хочу уже обходить, – стараясь выразить всю усталость в этой фразе, произнесла девушка. — Только если позволишь тебя приобнять, – сверкнув глазами, и всем видом давая понять, что условие, отговорок не терпит, – мы же пара, как никак. Да Мил? — Дима, ну что ты как в детском саду, зачем нас позоришь? Ладно, садись уже, только прошу, спокойно, без всяких тут... – договорить ей не дали, так как парень тут же плюхнулся рядом, закидывая руку ей на плече. — Конечно, моя любимая, – сказал Дима и чмокнул Милу в щеку. Сказать, сколько выдержки потребовалось девушке, чтобы не заорать благим матом, не хватит слов, потому что ей пришлось до крови закусить щеку и сжать подлокотник кресла так, что костяшки побелели. Блядский Дима, ему это не сойдет с рук, ни за что. Оставалось лишь молча сидеть, бросая гневные взгляды из, под, бровей, и стараться всем своим видом излучать счастье и радость, они же пара, а значит любят друг друга бить любить. Да-да, именно любят любить, угу, конечно. *** Высидеть официальную часть было неимоверно трудно. Этот простигосподи Дмитрий, реально нарывался. Он то наклонялся слишком низко, опаляя шею дыханием, то обнимал, прижимая к себе через сидение, то творил что-либо ещё. Свой Дима, конечно, тоже был чересчур тактильным, но это, в их то ситуации, это слишком. Даже для Милы. Даже в таком контексте. Даже под риском жизни. Но не взирая на все вышеперечисленные трудности, она справилась. Мало того, что высидела всю торжественную часть, так ещё и не убила парня. Просто чудеса выдержки. Когда вся университетская свита наконец-то толкнула свою речь, предлагая всем пройти на торжественную экскурсию, Мила возрадовалась. Ходьба, конечно, не закроет железобетонным щитом её от парня, но поможет минимизировать контакт, сославшись на неудобную позу. Ну а кому будет удобно ходить в обнимку? Всем? Да ну, что вы такое говорите, Миле вон, крайне неудобно. Да-да, очень, буквально совсем. Им показывали расположение аудиторий, и других важных помещений. Водили с этажа на этаж, демонстрируя чудеса архитектуры. Всё вокруг действительно поражало своими масштабами и своей помпезностью. Начиная от высоких потолков, и заканчивая лепниной на стенах; широкие лестницы, просторные коридоры и большие окна; светлые аудитории, и огромная библиотека; красивый внутренний дворик и балконы на верхних этажах. Мила невольно засматривалась, вспоминая события недельной давности, флэшбеки били во всю, не давая оклематься, знала ли она тогда, даже не так – могла ли предполагать, что всего за неделю её жизнь изменится так сильно? Она буквально перевернулась с ног на голову, как в тех романах, что так любила читать мама. Интересно, а что сейчас происходит в их реальности? — Дим? — Да милаш? — А что сейчас происходит там, дома? — Ничего, все спят. Так-то, неделя прошла лишь у нас, все остальные не почувствовали ничего. Кто-то спит, кто-то гуляет по ночному городу, а кто-то делает домашние задания. Путешествуем лишь мы, вернее наши сознания, всё остальное неизменно. — То есть, если, нет, не так, – поправила саму себя Мила, понимая, что так и звучит лучше, и надежды больше, и Дима лишний раз не обидеться – когда, мы вернемся о случившемся будем знать только мы с тобой? — Ага, волшебно, правда? — Не то слово. *** Идея повторить первый день их отношений принадлежала никому, и одновременно обоим. Они пошли в кино, потом гуляли в парке и напоследок решили повторить самое романтичное, что с ними случилось – пикник на берегу реки. Ярика с его длинноногой красоткой под рукой не было, так что пришлось самостоятельно идти в магазин и искать плед с корзинкой, которую потом, нужно было ещё заполнить. Стоя в очереди, Дима притянул Милу, начав что-то шептать ей на ухо, тихо посмеиваясь. — Эй, красавчик, дистанция, мы всё ещё только спорим. Ручки не распускай, а то откушу. — Так точно капитан, не смею перечить. Купив всё необходимое они пошли на поиск набережной, уже было темно, поэтому градус воздуха рос в геометрической прогрессии. Боялись оба, даже не пытаясь это скрыть, ну а кто бы не боялся? Совсем скоро должна была решиться их судьба, и это было, черт возьми волнительно. Ещё бы. Когда ребята наконец-то достигли уединенной полянки на берегу реки, Мила достала с кармана небольшую гирлянду на батарейках. — Дим, всё точно получиться? Отвлекшись от клетчатого пледа, парень повернулся к девушке нежно улыбаясь. — Смотри! Звезда падает, загадай желание, и тогда оно точно исполниться. За последнее время в желания Мила не особо верила, но, почему бы и нет? А вдруг исполниться? Взяв парня за руку и смотря в небо, Мила одними губами прошептала самое заветное желание, которое только могла. — Лишь бы исполнилось, _ едва слышно, шепотом. — Обязательно! Взглянув, на наручные часы, Дима притянул к себе девушку, заключая в объятия: — Я обещал не распускать руки, но сейчас, не могу устоять, через мгновение всё измениться, поэтому позволь мн.. — Целуй уже, придурок! И он поцеловал. Мила закрыла глаза, чувствуя, как земля под ногами тает, а воздух вокруг густеет. Секунда, и Дима отстранился, а девушке хватило сил лишь на то, чтобы закрыть глаза и провалиться в волшебную дрёму. Ей снилось многое, и многое она не запомнила, единственное, что отобразилось в памяти – это семь чудесных дней. Семь первых сентября. ***