Часть 5. Осознание
14 сентября 2023 г., 11:37
Мы застряли с тобой в межсезонье, Между тем, что прошло и будет. Лишь на миг затаив дыханье, Я пройдусь в лабиринте судеб. Поброжу в закоулках памяти, По тропинкам пройдусь заброшенным. Без упрёков, без слёз, без паники В сердце стану гостем непрошенным. Стану я угрызеньем совести, И укором в бессонной ночи. И обидой, и горечью, болью, И на рану посыпанной солью. Что же дальше? А дальше не знаю. В межсезонье то жар, то холод. То люблю тебя, то проклинаю, Без без тебя в моём сердце голод.
Особо важных дел у Олега не было, поэтому он решил прибыть домой на день раньше. Чтобы не терять времени даром, семья договорилась встретиться за общим столом по приезде старшего среди детей семьи Шепс. Сëстры и брат медиумов также были заняты своими делами и поддержали эту идею. У Олега были свободны целые сутки, поэтому первым делом он решил отправиться на встречу со старыми друзьями. Протоптав все по весеннему тёплые знакомые с детства улицы, ребята разошлись по домам лишь поздней ночью. Будто сбежавший ночью подросток, тихонько проникнув в квартиру, Олег прислушался к тишине дремлющего дома. Спать ещё совершенно не хотелось, а вот унять кружечкой чая остатки блуждающего по организму алкоголя казалось неплохой идеей. Заварив свой напиток, Олег на цыпочках направился в свою старую комнату. Завернув за угол коридора, не успев попасть в дверь ждущего его помещения, он столкнулся с по виду только проснувшейся мамой. - Сколько раз я тебе говорила, что есть и пить нужно на кухне? - она начала отчитывать его, как маленького. Олег рефлекторно выкрутился так, как он это делал и в детские годы: - А я это тебе нёс. Чувствовал, что ты не спишь и хочешь пить, - он протянул дымящуюся кружку ей в руки, улыбаясь во всё лицо. Черты мамы заметно смягчились: - Как будто я не из-за тебя проснулась…ладно, пойдём на кухню, вместе попьём. Отец сегодня в ночную работает, больше в этом доме будить некого. Разговоры за кружечкой чая шли гладко и долго: мама с сыном болтали о том о сём на протяжении часа. Более подробно обсудив участие в Битве и дальнейшие планы Олега на жизнь, мама незаметно подобралась к теме семьи: - Саша сказал, что ты съехал от него. Финансы позволяли тебе сделать это и раньше, но я знаю, что ты не хотел. Что же сейчас подтолкнуло тебя к этому шагу? Олег не хотел рассказывать маме о проклятии, но развязавшийся под действием ещё не выветревшегося алкоголя и длительных разговоров язык всё равно решил взболтнуть лишнего: - Я не знаю, как тебе сказать, мам. Если по простому, то да, я планирую завести семью, а если по сложному, то я не знаю с кем. Людмила вопросительно посмотрела на него. - Я знаю, что глупо уповать на судьбу, но в мире есть предназначенный мне человек. - Милый, он есть у каждого. Но на его поиски можно потратить всю оставшуюся жизнь. - Это я понимаю. Но, знаешь…кажется, с этим человеком я уже знаком. - И кто же он…она? - Вот это я и пытаюсь выяснить. Мама поняла, что не стоит дальше продолжать эту тему. Решив, что сын бредит под влиянием шедшего от него амбре, увела разговор в другое русло. Ей также хотелось без лишних свидетелей обсудить подробности расставания среднего сына с его девушкой, ведь завтра за семейным столом эту тему точно поднимать не стоило бы, а потом может просто не найтись времени. Поэтому немного пошушукавшись о драматичной истории Сашиной любви, мама решила, что пора им ложиться спать. Завтра предстоял насыщенный день и много гостей, а они восседали на кухне уже почти два часа.***
Олег, улёгшись в свою постель, смотрел в потолок ещё некоторое время. Пока ему не спалось, он размышлял о словах, с без лишнего умысла сделанной поправкой, сказанных мамой: “И кто же он…она?” А ведь Олег всё это время искал свою половинку лишь среди девушек. А что если надо было перебирать лица своего пола? Для него было странно мыслить в таком ключе, ведь всю свою юношескую жизнь Шепс состоял в отношениях лишь с теми, кого принято называть прекрасной половиной человечества. Тем не менее, засыпая, он отметил, что неприязни от этих мыслей у него не зародилось.***
На улице было ещё недостаточно светло, когда медиум проснулся от шума готовки на кухне. Мама всегда имела свойство вставать рано. Имея большую семью, нужно уметь выстраивать чёткий режим дня, чтобы уделить внимание каждому, поэтому даже длительные ночные беседы не могли сломить её график. Быстро приняв душ и приведя себя в порядок, Олег отправился в кухню, чтобы помочь ей готовить и накрывать на стол. Братья и сёстры должны были прибыть уже через час, поэтому младшего загрызла бы совесть, сиди он сложа руки. Незадолго до назначенного времени Саша прислал сообщение, что его рейс задержали, поэтому он немного опоздает и просит семью не ждать, а садиться за стол без него. Поэтому когда остальные члены семьи были в сборе, они именно так и сделали. Беседы лились рекой в положительном ключе: старшие брат, сестра и отец переговаривались бесконечными шутками, а Катя с Олегом рассказывали маме, как недавно они проворачивали план с расставанием этого медиума с одной коварной ведьмой. Конечно, они утаили ряд подробностей этой истории, ведь Олег успел заранее договориться с сестрой, какую часть правды пока может, а какую не должна знать семья. Катя всегда была самой понимающей сестрой и умела хранить секреты, поэтому в таких делах кроме Саши Олег мог доверять только ей. Через некоторое время раздался дверной звонок. Открыв дверь, на маму сразу же обрушился огромный букет белых роз с голубой каёмочкой. А следом из-за букета показалась сияющая улыбкой голова отправителя. Зайдя за порог, Саша чмокнул маму в щёчку и отправился вручать похожие букеты сёстрам: - Тебе, мама, самый большой букет, потому что благодаря тебе и папе мы все сегодня находимся здесь. И я ничуть не жалею, что вырос именно в этой семье и стал тем, кем я являюсь. Белый цвет означает искренность моих слов, а синий - стремление к идеалу, мечте, к достижению поставленных целей, - он одарил маму низким поклоном. - Вам, девочки, я дарю букеты с красной каймой, как символ тех сильных эмоций, что зарождаются у меня по отношению к вам каждый раз, когда я вижу ваши успехи. Вы - воплощение любви, красоты и женственности, настоящей женской энергии, способной вдохновлять любого мужчину на поступки и подвиги. Девчонки захихикали, прикрывая ладонями покрасневшие от смущения щёки. - Ты, как всегда, в своём репертуаре, - улыбнулась мама, приглашая Сашу сесть к остальным за стол. - Вам я тоже приготовил подарки, - Саша достал три небольших коробочки из кармана и поочерёдно вручил их отцу, старшему брату и младшему, попутно пожимая им руки. Когда настала очередь Олега, он, коснувшись ладони брата, вдруг почувствовал острую боль, словно дотронулся до раскалённой плиты и быстро одёрнул руку. Все остановили внимательные взгляды на странном жесте Олега, самого не ожидавшего оказаться в такой ситуации. Нужно было срочно выкручиваться, разобраться успел бы потом: - Забыл, что порезался, пока готовил, ты задел мою рану на руке. Саша долго пристально смотрел Олегу в глаза, будто выискивая там правильный ответ, затем расслабился и, оставив коробочку на столе перед ним, сел на своё место: - Прости. А выглядел ты так, будто обжёгся, хотя сегодня твоя кожа даже холоднее, чем обычно моя. Что ж, тогда этот подарок придётся тебе как раз кстати. Он поможет быстрее залечить твою рану. "Эту рану было уже не залечить", - понимал Олег, возвращаясь на своё место. Ведь если всё было так, как он думает, положение дел хуже некуда. Остаток семейного обеда Олег вёл себя скромно, молчаливо, чего было не сказать о его разговорчивом брате. Младший Шепс находился в своих мыслях, мечтая теперь о том, чтобы столь долгожданная для него встреча поскорее закончилась. Когда старшим настало время разъезжаться по домам к своим семьям, родители попрощались с ними в коридоре и остались прибирать со стола, а младшие братья вышли проводить их на улицу. Пообщавшись ещё какое-то время у подъезда, рассадив всех по машинам, Олег остался провожать удаляющиеся автомобили взглядом, надеясь, что Саша уйдёт домой. Но тот, не правильно истолковав его надежды, подошёл сзади и положил руку ему на плечо: - Ты сегодня какой-то сам не свой, Олеж. Что случилось? “Ты случился”, - не стал произносить вслух Олег, чувствуя, как в подтверждение мыслям, что терзали его весь вечер, ладонь брата испепеляет его плечо через слои одежды: - Боюсь, пока я не могу тебе об этом рассказать. Мне нужно разобраться самому.***
Александр был расстроен внезапной переменой поведения со стороны горячо любимого брата. Из всех детей в семье именно с ним у старшего медиума была самая сильная связь. И сейчас поняв, что у Олега появился от него какой-то секрет, не привыкший быть обделённым вниманием, Саша почувствовал лёгкий укол ревности по отношению к самому себе. Но он уважал личные границы любого человека, поэтому решил подняться в квартиру, оставив брата наедине с самим собой: - Холодно здесь, пойду я обратно, - словно бы найдя оправдание, медиум направился обратно в подъезд. Побыв ещё какое-то время на улице, Олег тоже вернулся домой. Зайдя в их с Сашей комнату, он почувствовал жар от стен, заставлявший чувствовать себя некомфортно, находясь в помещении. Примерно такие же ощущения он испытывал, находясь в Московской квартире брата, перед тем как переехать в свою. Взгляд медиума упал на коробочку, лежащую на столе, по всей видимости, перенесённую сюда Сашей со стола в гостинной. Олег вскрыл упаковку и обнаружил внутри удивительной красоты зелёный кристалл, обрамлённый в серебряные оковы. В довесок к нему прилагалось небольшое письмо. “Это александрит. Я хотел вручить его тебе ещё во время церемонии награждения твоего финала, но потом передумал. Это императорский камень — минерал сильных и волевых людей. Он нередко испытывает своего владельца на прочность, посылая всевозможные трудности и задачи. Тот, кто сможет выстоять под его натиском, на финише получит награду. У тебя на тот момент и без него трудностей хватало, не хотел портить твой успех. Сейчас я готов подарить тебе все драгоценности мира. Ты достоин их всех и даже большего. Я хочу чтобы этот камень напоминал тебе о том, что теперь тебе не могут быть страшны никакие преграды, ты добьёшься всего: чего захочешь и кого захочешь. Пусть он станет твоим проводником в мир новых событий и побед.” Олег попробовал взять в руку амулет, и даже от него почувствовал поток согревающей энергии. При первом же прикосновении она начала будоражить кровь, заставляя владельца ощущать кипящую пульсацию по всему организму. Отложив коробочку в сторону, Олег направился в зал, где сидели все, кто остался дома: - Вы не против, если я сегодня переночую в другой комнате? Не хочу его смущать, он с дороги, ему нужно выспаться, - Олег показал на брата, стараясь даже не смотреть тому в глаза. - Как будто ты меня когда-то смущал. Не майся дурью, иди ложись, я тоже скоро приду, - усмехнулся Саша. Когда Олег ушёл обратно к себе, старший сын продолжил прерванный разговор: - …Мам, а он всегда у нас такой странный был? - Только по праздникам, Сашуль, только по праздникам… Всю ночь медиум не мог нормально уснуть, размышляя, как Игнатенко вычислила, что этот человек является его настоящей любовью. Вдобавок спать возле Саши было невыносимо жарко, но стоило попробовать приоткрыть окно, он видел, как брат начинал сворачиваться в комочек, дрожа, видимо, от весеннего уличного холода. Жалея его, Олег, немного подыша свежим воздухом, закрывал окно обратно и ложился к себе, прижимаясь к прохладной стенке. “Да с чего она вообще взяла? Ира ведь явно ошиблась. Она и на проекте имела свойство выдавать неправильные ответы на заданиях. Да, точно, она допустила промах в своей версии”, - утешал себя Олег, ворочаясь с бока на бок. Повернувшись лицом к кровати напротив, он начал разглядывать умиротворённое лицо тихо спящего брата. “А если не ошиблась? Но как такое вообще возможно? Даже если опустить те моменты, что мы оба - мужчины, не говоря уже о том, что мы из одной семьи, тянуло ли нас когда-нибудь друг к другу?” Олег понимал, что тянуло всегда. Но без каких-либо умыслов. Парни всю жизнь провели вместе, уживаясь с привычками, чувствами, секретами друг друга. Они всегда являлись самыми родными людьми, волнуясь и поддерживая, практически ежедневно созваниваясь в разъездах, советуя что-то, когда это нужно, но никогда не осуждая за какой-либо сделанный выбор. И стоило лишь поменять один аспект в этих отношениях, чтобы они приняли совершенно иной оборот. Но на это никто не из них не был готов. Взгляд Олега переместился с лица на укрытое тонким одеялом тело. Углы костей хрупкого на вид мужчины было видно даже под этой тканью. Глядя на него, Олегу хотелось не то покормить, не то покрепче сжать его в объятиях. Ведь даже сейчас, лёжа с закрытым окном, Саша продолжал слегка вздрагивать будто бы от холода. Обратив на это внимание, Олег взял ещё одно одеяло и подошёл, чтобы накрыть им брата. Но стоило ему приблизиться к кровати, как он начал замечать, что Саша совсем замёрз. Укутав брата в принесённое одеяло, Олег опустился возле него на колени. Жар, исходивший от его тела, был для экстрасенса практически невыносим, но он всё равно протянул ладонь к щеке спящего. Саша нахмурился во сне, пытаясь спрятать лицо в подушку, почувствовав приближение его руки. “Мёрзнет? У него противоположный эффект. Он ведь и до этого упоминал, что ему холодно, когда мы находились рядом.” Взяв свою подушку и одеяло, Олег всё же отправился провести остаток ночи в бывшую комнату сестёр. Лишь там он смог хоть ненадолго уснуть.***
На утро первым делом Олегом было принято решение позвонить Марьяне: - Привет. Ну как там обстоит вопрос с нашим проклятием? Нашла способ его снять? - Нашим? Неужто ты уже нашёл свою истинную любовь? Олега слегка перекосило от этой формулировки: - Возможно. Но об этом пока знаю только я. Проклятие действует на обоих, но с противоположным эффектом. Я обжигаюсь, он мёрзнет. - Он? Мужчина, значит. Интересненько, - Марьяна захихикала чисто по-девичьи, умиляясь возникшим в голове образам. - Марьяна!.. - Что? Дай помечтать немного о красивом принце и его…красивом принце. Он же красивый? - Да, вполне…стоп, что? Марьяна! - громкий смех в телефоне. - Я не оценивал. Давай ближе к сути. - Как-то ты странно реагируешь. Вроде, свою истинную любовь нашёл, а от ответов увиливаешь. Может, мне и не нужно снимать это проклятье. Скажи, так ты хочешь быть с этим человеком? - Я…я…не знаю, это так сложно. Но я точно знаю, что проклятье нужно снять. - Пока не ответишь “Да” или “Нет”, я ничего делать не буду. - Вот ты…ведьма. Но ты же всё равно не отстанешь? - Не отстану. - Тогда мой ответ “Да”.***
Вот только бы знал Олег, как давно Саша мечтает об этом "Да". Знал бы, что слëзы, пролитые им днями ранее, были не от горести расставания с Мэрилин, а от правды, которую пришлось рассказать ей. Знал бы, как жаждет прикоснуться к теперь всегда ледяному для него телу. Как желает подарить ему все драгоценности планеты и положить к его ногам весь мир. Как не знал Олег этого всего, так не знал и то, что в вечер, когда Саша ходил к Ирине просить снять проклятие за любимого, гнев её пролился на них обоих. Чувства, испытываемые старшим медиумом, она посчитала актом неверности по отношению к его рыжей ведьме. Хоть Ирина и знала, что рано или поздно это произойдёт, она всё же решила ещё немного позабавиться. Как и другие приверженцы мира магии она считала, что настоящая любовь сильнее любых чар, поэтому пообещала, что смилостивится и разрушит их, когда оба Шепса будут к этому готовы. Саша не знал, как открыть Олегу такую правду и решил, что сейчас правильной тактикой будет - просто дать ему время. Младший брат всегда отличался особой смекалкой и рано или поздно всё бы понял сам.***
Встреча у родителей показала, что Олег уже начал о чём-то догадываться. Теперь оставалось только подтолкнуть его в нужное русло. Выходные в Самаре дали отличную возможность это сделать. Саша решил, что такой шанс выпадает не каждый день и нужно выжать время по максимуму. В первый день они с семьëй отправились в парк на пикник. Нахождение на свежем воздухе позволило общаться братьям на близком расстоянии, испытывая гораздо меньше дискомфорта. На следующий день Александр организовал вертолётную прогулку. Возможность увидеть родной дом с высоты птичьего полёта, величественные горы и заходящее солнце - Олег не мог отвести взгляда от вида открывающейся перед ним природы. Саша тем временем украдкой поглядывал на брата. Красивее молчаливых скал и прозрачных горных озёр для него сейчас был только завороженный взгляд сидящего рядом с ним человека. Когда их воздушное судно приземлилось в колосящемся изумрудном луге, Саша, махнув за собой рукой, направился к краю поля. Не задавая лишних вопросов, Олег проследовал за ним. Пройдя поле, перед ними предстала каменистая местность, через десять минут пути по которой, они оказались у края отвесной скалы. Александр сел на землю у самого края, ожидая дальнейших действий своего спутника. Сейчас Олегу хотелось бы полюбоваться открывшимся перед ними видом красоты дикой природы, но его взгляд был прикован к спине сидящего перед ним человека: - Саша, это очень опасно. Прошу тебя, отодвинься назад. - Если кто-нибудь хочет ощутить всё великолепие и необычайность нашего мира, то он обязательно должен посетить эти удивительные и прекрасные места, - игнорируя просьбу брата, начал философствовать старший Шепс. - Горы - это целый мир, который проникает в тебя и навсегда изменяет. Это как сон наяву - ощущение бесконечности времени и мига существования в нём. В мире, где всё постоянно меняется, неизменно веками лишь место, где единственной ценностью является жизнь. Удивительная, холодная, безжалостная, необычная и странная красота, которая неудержимо притягивает к себе. Понять её, стать частью этого мира - значит выжить в нём. Олегу оставалось лишь глубоко вздохнуть и сесть рядом с братом, но лёгкая паника от ощущения близкой опасности всё ещё не хотела отпускать его. - Олеж, закрой глаза. Чтобы здешние места приняли тебя, попробуй услышать их зов. Мир гор не только красив - он насыщен удивительными звуками, которых не услышишь внизу. Послушавшись брата, Олег лёг на спину, положил руку под голову и прикрыл глаза. Его сознание охватили звуки, не слышимые до этого момента. Где-то внизу журчал горный ручей, а птицы, пролетавшие над головой, дарили свои мелодии. Помимо звуков появился и запах. Опьяняющий аромат живого трепещущего ковра из нежных, хрупких лепестков горных ирисов и тюльпанов. В этой природе не было безмолвия, которое ощущаешь изначально, придя на это место. Повсюду кипела жизнь, в которой ты являлся хрупкой безоружной частицей мира перед лицом дикой стихии. Среди звуков природы Олег также услышал новые, не слышимые секундами ранее, шорохи. Это был шелест бумаги и скрежет ручки по ней. Приоткрыв глаза, он увидел, как Саша что-то записывает в своём блокноте. Он часто носил его при себе, ведь вдохновение могло застать где угодно. Не удивительно, что медиум взял его с собой, отправляясь к истокам природы. - Прочитаешь своё новое произведение?Ты хочешь потрогать небо, Рукой облаков коснуться? Но где бы потом ты не был, Ты будешь мечтать вернуться. Вернуться туда где тучи Вьют гнезда на скалах острых И ветер такой певучий, Где с высоты все просто. Оставишь внизу проблемы И снова ты часть природы, И нет в мире лучше темы, Чем нежный ноктюрн погоды.
- Кому ты посвятишь эти строки? Саша загадочно ухмыльнулся: - Самому дорогому мне человеку. Сердце его столько же чисто, как горный воздух, а душа прекрасна, как здешний вид. Пойдём, нам пора отправляться, нас уже заждались.***
Обратную дорогу братья летели молча. Теперь уже Саша смотрел лишь в окно, думая о чём-то своём, а Олег украдкой разглядывал его по новому открывшиеся для него прекрасные черты лица.
