Весь этот Снейджер

OST: Placebo — Every Me, every You

Carve your name into my arm

Выгравируй свое имя на моей руке

Instead of stressed, I lie here charmed

Вместо того, чтобы расстраиваться, я лежу очарованный

Cuz there's nothing else to do

Но больше ничего и не остается

Every me and every you. Только ты и только я

— Спасибо, что проводил, Тео, — ласково произносит Гермиона и целует в щеку Теодора Нотта, который смотрит на нее влюбленными глазами. — Спокойной ночи, Гермиона, — мечтательно произносит юноша и, глупо улыбаясь, исчезает в полумраке коридора. Только что он проводил до дверей гостиной самую популярную ученицу Хогвартса и завтра ему будет, что рассказать друзьям. Гермиона слышит, как кто-то у нее за спиной хлопает в ладоши. — Не устаю восхищаться тобой, Грейнджер! Ты с каждым разом ловишь все более крупную рыбу. Поздравляю с первым в твоей копилке сыном Пожирателя смерти! — Драко Малфой подходит ближе и фамильярно обнимает ее за талию. — Первым ли? — Гермиона делает шаг назад, чтобы их тела соприкасались. — Не льсти себе, детка, — выдыхает он рядом с ее ухом, обжигая горячим дыханием. — Не очень-то и хотелось, — она с кошачьим изяществом высвобождается из объятий нового приятеля, который по-прежнему ближе всего к врагам. Они — «золотой дуэт» Хогвартса. Их уважают, ими восхищаются, их боятся. А они просто пользуются всем этим и играют в игру: кто влюбит в себя больше наивных жертв. — Знаешь, о чем я думаю, Грейнджер? — спрашивает Драко. — Даже не догадываюсь, — наиграно-равнодушным тоном отвечает Гермиона. — Я думаю о том, как это странно… Даже чистокровные волшебники западают на тебя. А ведь ты так и осталась маленькой грязнокровкой, будь ты хоть трижды героиней магической войны, — Малфой-младший, как обычно, не стесняется в выражениях. — Ты еще не понял, Драко? Для меня не существует слишком сложных целей. И не нужно мне завидовать. — Какая самоуверенность! Слушай, если ты ни капли не сомневаешься, что способна влюбить в себя любого, то, может, заключим пари? Выиграешь — получишь место на стажировку в министерстве — я позабочусь об этом. По телу Гермионы пробегает нервная дрожь. Стажировка в министерстве — ее мечта, а место в этом году всего одно. Поэтому еще недавно мечта казалась недостижимой. Но связи Малфоя могли все изменить, ведь этот парень сумел достичь определенной степени влияния, даже несмотря на сомнительное прошлое своего папаши. — И что ты от меня хочешь? — спрашивает Гермиона, изображая максимальное равнодушие. — Хочу понаблюдать, как в твои сети попадает крупная рыба. Кандидата я выберу сам, идет? — Ну и кто же это будет? Гарри Поттер? — усмехается Гермиона. — Северус Снейп, — спокойно отвечает Драко. Ее глаза непроизвольно расширяются. — Ты с ума сошел! Это невозможно! — Минуту назад ты говорила, что для тебя нет ничего невозможного. Так что, дерзай. И помни: на кону стажировка в министерстве. — Как далеко я должна зайти? — уточняет Гермиона, упавшим голосом. — Ох, Грейнджер. Я бы мог ответить, что хочу стать крестным вашего первенца, но считай, что я сегодня добрый. Поцелуя будет достаточно. Гермиона глубоко вздохнула. Поцелуй с Северусом Снейпом? Какая мерзость. — По рукам, — неохотно отвечает она. Игра началась! На следующий день в расписании Гермионы как раз был урок зельеварения. Она надела короткую юбку и все занятие сверлила Северуса Снейпа загадочно-обольстительным взглядом. Профессор был непроницаем. Тогда в конце урока, когда почти все ученики вышли из класса, она уронила пробирку и демонстративно наклонилась за ней. — Извините, профессор, — произнесла она, возвращая сосуд на место. Никакой реакции. Плодов не принесли ни случайные встречи в коридорах, ни накручивания локонов на палец во время обедов. Снейп, который после войны стал еще более нелюдим, чем раньше, казалось, смотрел сквозь нее и не замечал. Тогда у Гермионы появился план. Несколько дней Гермиона приходила на уроки зельеварения ужасно печальной. Она садилась на первую парту, тяжело вздыхала, а один раз и вовсе расплакалась. — У вас что-то случилось, мисс Грейнджер? — спросил после занятия Северус Снейп, и Гермиона не могла разобрать, чего в его голосе больше — раздражения или участия. — Ничего страшного, профессор, — девушка шмыгнула носом. — Просто старые воспоминания. Знаете, у нас с вами гораздо больше общего, чем может показаться. Северус Снейп изумленно поднял бровь. — Например? — поинтересовался он. — Я тоже потеряла человека, в которого была влюблена. Северус вздрогнул. — Сочувствую вашей потере, — пробормотал он. — Как и я — вашей. Такие раны не заживают, никогда, — из глаз Гермионы хлынули слезы. Северус Снейп не знал, как реагировать. Он вдруг почувствовал, что ему жаль эту девушку. Такая умная, такая отважная и такая несчастная! Он протянул ей белоснежный платок. — Вы так добры, профессор, — пролепетала Гермиона, усиливая смятение Северуса Снейпа. Кажется, его никогда в жизни не называли добрым… Когда вечером Гермиона встретилась с Драко, она первым делом показала ему платок с инициалами SS. — Смотри, что у меня есть, — небрежно бросила она. — Ты его что, украла? — Драко посмотрел на приятельницу с недоверием. — Нет. Сам дал. И завтра я иду его возвращать, — Гермиона лукаво подмигнула. На следующий день девушка надела свое любимое платье с глубоким вырезом, спустилась в подземелье и постучала в дверь Северуса Снейпа. Он открыл не сразу: вероятно, профессор не ждал гостей. — Здравствуйте, профессор Снейп, — произнесла Гермиона, которая снова напустила на себя вселенскую печаль. — Я зашла вернуть ваш платок. Северус внимательно посмотрел на нее и сделал то, на что Гермиона как раз и рассчитывала — пригласил войти. Они сидели в его кабине и разговаривали. В какой-то момент Гермиона поймала себя на мысли, что ей больше не нужно играть и пускать пыль в глаза — ей правда было интересно в обществе Снейпа. Их вечерние встречи стали традиционными. Гермиона не могла не удивляться тому, насколько пророческими оказались ее слова: у них с профессором оказалось действительно намного больше общего, чем она думала. Через неделю Гермиона поняла, что увлеклась, а через две они впервые поцеловались. И это было совсем не мерзко, как она думала. Это было очень хорошо. И хотелось повторить. Дважды. На следующий день Гермиона отправила Драко записку: «Он поцеловал меня, твой ход». Девушка начала избегать встреч с товарищем по жестоким играм. Ему ни к чему было знать, что эксперимент со Снейпом завершился весьма неожиданным образом. Но однажды Драко заметил, как профессор зельеварения и гриффиндорка за руку спускались в подземелье. Он незаметно следовал за ними, пока своими глазами не увидел, как Северус поцеловал Гермиону. А потом они исчезли за дверью его комнаты. Драко испытал смешанные чувства. Через три дня он вручил Гермионе конверт. Внутри было письмо с приглашением на стажировку, подписанное министром. — Ты заслужила, Грейнджер, — улыбнулся он. — Надеюсь, это было не слишком отвратительно? Гермиона густо покраснела. Прошлой ночью их с Северусом отношения как раз вышли на новую стадию. И нет, это было не отвратительно. Это было великолепно. — Спасибо, Драко, — поблагодарила она, пытаясь взять эмоции под контроль. — Ну что, кто наша следующая жертва? — поинтересовался Малфой? Гермиона молчала. — Прости, — вдруг произнесла она. — Я выхожу из игры. — Что?! — Драко не мог поверить своим ушам. — То есть, ты сорвала джекпот и решила все бросить? Не ожидал от тебя, Грейнджер. Уж не влюбилась ли ты в нашу Летучую мышь? — Не смей так говорить о нем, — в глазах Гермионы сверкнула ярость. — Оооо, как все запущено, — протянул Драко. И с ужасом понял, что ревнует. Следующую ночь Малфой-младший не спал. А утром отправился прямиком в кабинет Снейпа. Сначала они вели лишенную смысла светскую беседу, но когда Северус спросил, зачем, собственно, Драко пришел, тот вдруг решительно выпалил: — Предупредить. — О чем? — не понял Снейп. — О том, что она не так проста, как кажется. — Кто? — Ваша новая подружка, Гермиона Грейнджер. Северус побледнел. — Откуда ты знаешь? — О том, что она ваша подружка или о том, что она не проста? — иронично поинтересовался Драко, и, не дав Северусу опомниться, продолжил. — Вы же уже слышали, что она получила стажировку в министерстве? Хотите узнать, как? — И как же? — Мы с ней поспорили. Она выиграла, и я раздобыл через друзей отца приглашение от самого министра. — Поспорили? На что? — спросил Снейп. — На вас, профессор, — Драко прожег его взглядом. — Гермиона должна была соблазнить вас. Как выяснилось, это оказалось проще, чем я думал. На последней фразе в кабинет вошла Гермиона. — Какого черта ты здесь делаешь, Драко? — Решил рассказать профессору Снейпу, с кем он связался, — Малфой криво улыбнулся. — Это правда, мисс Грейнджер? — в голосе зельевара зазвенел лед. Гермиона потупила глаза: — Северус, я все объясню… — Вон из моего кабинета. Оба. PS. Северус Снейп не будет открывать ей дверь два дня, а на третий сдастся. Он впервые увидит, как она плачет настоящими, а не театральными слезами. «Я откажусь от стажировки, я все сделаю, только прости меня», — будет умолять Гермиона, в подробностях рассказывая ему, как Драко подсадил ее на игры с чувствами людей. А потом она поднимет на него заплаканные глаза и совершенно серьезно скажет: — Я была мертва до нашего первого поцелуя. Он помолчит несколько секунд, а потом выдохнет: — Как и я, моя девочка. Как и я.