Отказавшийся

Седовласая праведница стоит в этом зале из золота и перламутра, переливающегося водами океана. Океана вечности. Этот зал делает ей ничтожно малым посреди бескрайних морей бесконечности, однако дает невероятное ощущение дикой, первородной свободы. А была ли эта свобода у неё при жизни? Возможно, ведь она сама выбрала путь ограничений и запретов, связавших её. Проще говоря, она сама себя связала. Она не ожидала попасть сюда. Конечно, она верила в глупые сказки о белоснежных небесах. Думала, что там так же пусто, как и в её душе. Точнее, в её душе стало пусто, ведь место было занято иллюзией существа, которого она звала бог и ради него отказалась от всех земных благ. Но истинного бога человеческий разум не в состоянии охватить… Она упала на колени перед нами. Она каялась во грехах, которые совершила. Однако, она упустила из виду, что единственный грех — это не желание признать незнание и исправить его. Она что-то говорила про бога, про жалкие, совершенно незаметные прегрешения, не стоящие и слезы, она упускала, что единственный грех её — это её ограниченный разум. Ну ничего, сейчас мы это исправим… Всего один вопрос мы задаем ей: Хочешь ли ты на другую сторону? Слезы текут из её глаз. Она не верит, что мы готовы простить те мнимые грехи, о которых она говорила. Глупышка… Мириады белоснежных жуков — ткачей вселенной, полетели к ней. Женщина закричала, однако жуки наполнили её рот. Своими острыми челюстями они отрезали куски метафизической оболочки той заблудшей души, а передними лапками пересоберали в нечто иное… В скором времени перед нами встало такое же существо, как и мы сами. Та же удлинённая голова, разделяющаяся на четыре острых рога с открытым мозгом, то же безглазое лицо, та же женственная грудь, те же громадные костяные выросты на тазе, похожие на пальцы, те же четыре щупальца вместо ног… Теперь ты можешь идти в рай

***

Вновь в зале стоит душа. Он осматривается по сторонам не то с усмешкой, не то с холодной ненавистью. Туша убитого демона, срощенная со спиной, единственный пронзительно-жёлтый глаз, сороконожьи лапки по всему телу… Вновь мы задаем вопрос — Хочешь ли ты попасть в рай? Я был в раю — с презрением ответил стоящий, — На что он мне? да и может ли существо вроде меня попасть туда обычным способом? Первый за многие века, кто отказался от блага? Мы в недоумении. Благородная душа, иль хитрый замысел — попытка обмануть судьбу? Мы говорим: — Мы могли бы сделать твою душу произведением искусства. Ты — больше, чем просто смертный. Не хочешь ли ты вместо одного пути к отпущению грехов сперва прокатиться в рай, а уж потом выбор сделать? Прогулка с нами заставит, наконец. почувствовать себя живым. Почувствуй ритм вселенной и, быть может, тебе и не придется бежать от смерти… — Ритм вселенной — это мерный, ритмичный стук взлетов и падений, борьбы противоположностей, борьбы одних и тех же узоров в разных цветах… И разве моя душа — уже не шедевр? Разве она не прекрасна в своей мерзости? — Ужасный голос. Даже нам режет слух. Мы приподнимаем блистающую завесу — и показываем ему нашу самую сокровенную тайну. Множество бесконечностей среди бесконечности… Бесчисленные миры, рассыпающиеся по гобелену бездны и пульсирующие мерным пламенем. Дитя Космоса… Дитя Пустоты… — Это не дитя Пустоты. Это скованный раб того, что висит в пустоте. — Голос спокойный — однако, насмешливый. Как он понял это? Лжет ли он? иль мы были слепы? -Если это всё, то отпустите меня отсюда и не мешайте мне и дальше нести апокалипсис. Попав в рай, я лишь заставлю его пылать золотистым пламенем. Я стремлюсь к порядку, сея хаос. Я мечтаю управлять вселенной, однако, могу только разрушать и саморазрушаться. Я — хуже самого худшего зла этого мира. Хуже, ибо во мне одно проистекает из другого и противоречит друг другу. — Хоть один смертный, заглянувший внутрь. Единственный за бессчетные эоны. А раз так, то ты и правда достоин управлять вселенной. — Мы протягиваем незнакомцу серебристую сферу, вокруг которой вращаются наподобие часового механизма орбиты, а внутри пульсирует багряное пламя. Он взял сферу. При прикосновении пламя тут же вспыхнуло золотистым. — Так иди и обточи этот мир так, как мы обтачиваем души. Иди, и пусть часовой механизм вселенной поможет тебе управлять ей..