Как тебя сожрать?!

-Как тебя сожрать?! Как?! –зубы щёлкали по доспехам, оставляя едва заметные вмятины на чёрной стали. -Не надо меня жрать, -грубый, но такой завораживающий голос, потусторонний и зловещий гудел откуда-то из глубин клубящейся внутри шлема зелёной дымки.       Это продолжается уже очень долго. Силуэт, напоминающий ребёнка, покоряет чёрную вздымающуюся ввысь гору и падает с гулким звуком удара булавы по голове.       Брайер настойчива, нет, она упряма, непоколебима в своей уверенности в том, что если объект двигается и –надо же! — говорит, то он непременно должен быть употреблён в пищу. И если с движением ещё можно поспорить, ведь Брайер уже доводилось пытаться прожевать деревянное колесо повозки, то наличие речи у жертвы подтверждало её полную пригодность в пищу.       Но с этой пищей что-то было не так. -Ну расскажи-и-и! –скулила и одновременно скребла землю когтями Брайер. –Должны же быть у тебя артерии там, вены? Ну хоть малюсенький капиллярчик! Обещаю, я никому не скажу! -И ты — секретное оружие? Назойливый гнус, от тебя смердит кровью скота и домашней твари, я могу раздавить тебя прямо здесь и сейчас, -голос становился громче, обволакивал, если бы человек его услышал, сошёл бы с ума прямо здесь. Но людей рядом не было. Живых рядом не было. -Мне скучно здесь! Ты не даёшь себя съесть, все остальные вообще какие-то не такие! Не пахнут, не жуются! Выпусти! Выпусти! Выпусти-и-и! –Брайер предприняла очередную попытку взобраться на собеседника и укусить его туда, где у людей должна быть шея.       Удар, несколько метров в воздухе, кувырок и девчонка сидит на заднице, уставившись на свой разбитый нос. -Даже с Сионом было проще договориться -Ты знаешь его? Я тоже его знаю! Так почему ты не сказал сразу! Он мой друг! А ты? Ты тоже его друг? –она носилась по кругу и выкрикивала слово «друг» ещё некоторое время -Да, мы успели познакомиться. Ты хочешь повидаться с ним? -Хочу, хочу, хочу! Он такой забавный! Большой и со смешной челюстью! -Я выпущу тебя обратно в Ноксус, но с одним условием, -стальной силуэт словно сделался ещё больше, -ты больше не будешь ни с кем…дружить. Взамен я обещаю тебе вечность. Пир, о котором не посмел бы помечтать даже самый толстый из ноксианских вельмож и графов -Ты жуткий. Мне нравится! Да! Хорошо! А теперь можно я тебя съем? –Брайер показательно оголила блестящие белые клыки и клацнула ими       Ответом ей был тяжёлый вздох, напоминающий стон сотен тяжёлых лат одновременно.       Окружающая темнота, пахнущая влажным грунтом и гноем с блуждающими неосязаемыми немыми силуэтами, сменилась яркой звёздной ночью с полной луной. Вдалеке слышался аромат яблок и крови. -Ваау, ты фокусник? Я уже говорила, что ты жуткий? Ты мне нравишься! А как тебя зовут? Я — Брайер, но обычно меня зовут как-то вроде «АААААА», иногда «НЕЕЕЕЕЕТ», -мертвенно-бледное лицо скривилась в ребяческой гримасе -Можешь звать меня Мордекайзер -Круто! А сейчас я сниму оковы, поэтому лучше беги Моргенфуфел, пока я не сожрала тебя! Хихи, -упырь мерзко хихикал при свете луны, которую постепенно заслоняло облако       В ночной тиши послышался звон падающих оков, во мгле молниеносно пронеслись два кроваво-красных огонька по направлению к безымянной деревушке на окраинах Ноксуса. Скрип. Грохот. Крик. Стон. Зарево горящих факелов и мольбы о пощаде сменялись хрустом костей, скрежетом рвущихся сухожилий, сладким звоном вырванных на каменную кладку суставов.       И кровь. Эта ночь пахла кровью. — От смертных несёт гниющей плотью, от неё несёт ещё хуже. Моё войско благодаря этой девчонке будет простилаться до самого горизонта, когда я войду в Бессмертный Бастион. Рунтерра содрогнётся от поступи восставших призраков, -к умирающим воплям добавился зловещий металлический смех.