шастун шатун

***

Арсений просто обожает эти редчайшие моменты в жизни, когда у Антона отрастает нормальная такая борода. Обычно это происходит исключительно из-за того, что кому-то лень потратить лишние пять-десять минут с утра в ванной, чтобы банально привести свое лицо в «гладкий божеский вид». Ладно, когда Арс сказал это таким образом, он вовсе не имел в виду, что ему не нравится, просто решил чуть-чуть побухтеть как «старый дед», – очень бы хотел сказать Антон, а по факту получилось «маленькая язва». Ну потому что Арс иногда действительно ведет себя как капризный, маленький ребенок. Да и вообще он маленький, но это, конечно, смотря с кем сравнивать – для Антона он такусенький – эти несчастные семь сантиметров все решают, да, – а вот для большого количества людей – высоченная вышка. А еще Арс визуально выглядит меньше из-за похудения, которое сначало беспокоило Шастуна не на шутку: он постоянно пытался незаметно отследить, все ли в порядке с мужем, точно ли у того нет каких-то проблем со здоровьем, которые и не дают ему нормально питаться, а еще умудрялся постоянно в Арса впихнуть хоть что-то – Шаст проглатывает тупую похабную шутку. Арсений же эти перемены, безусловно, заметил, поэтому в один день он взял мужа за руку и усадил на кровать в спальне, дабы нормально это все обсудить – они и поговорили. Пришли к выводу о том, что с Арсом все хорошо, и он просто хотел чутка сбросить вес и даже успел подобрать подходящий индивидуально ему график питания. Антон же его в этом поддержал и в первое время особенно пристально следил за тем, чтобы Арсений его придерживался. В целом, Шаст очень обрадовался, когда через некоторое время, после очередных валяний на диване, сопровождавшихся потоками нескончаемой нежности и любви, он попробовал поднять Арса и... у него это получилось. Тот схватился за него как ленивец за ветку или же, правильнее сказать, как котенок за своего горячо любимого хозяина: руками обвил шею, ногами – чужую талию. Так они, смеясь и хихикая, неловко добрались до кровати тогда. Поэтому Антон наловчился периодически таскать Арса подобным образом то из спальни в ванную, то из кухни в гостиную. И не только так – на спине, безусловно, тоже. Мда, вот вам и теплый конь. Это всегда все сопровождается умиленным хихиканьем Арсения, словно он снова тот маленький ребенок, который ездит на большой лошадке. Так, к чему это все? Антон из-за своей крупной бороды, отросших кудрей, внушительного роста и широких плеч стал похож на настоящего мишку. Знаете такой, который неповоротливый, неловкий, но очень-очень милый – это точно про Антона. Арс даже уже успел придумать шикарный каламбур с «Шастун-шатун». У них вообще какая-то нездоровая любовь к лесным приколам – то он еж, то Шаст медведь. Вот вам и лесная семья. А Шастун об этой любви Арсения уже давно прознал, поэтому часто этим пользуется: то подойдет к тому со спины, целует за ухом и трется, пока Арс нарочито возмущенно бухтит, мол, «с колючкой живу», но на деле по его телу пробегается просто стая приятных мурашек; то неожиданно начинает ластиться к Арсению, пока они лежат на кровати и занимаются каждый своими делами. Много разных моментов, в которые Антон прекрасно замечает, как Арс получает от этого удовольствие.

***

Арсений, что неудивительно, вскочил сегодня с утра пораньше, чтобы все успеть. Он вообще не тот человек, который может преспокойно себе спать до обеда, абсолютно нет – ему нужно проснуться пораньше, обязательно сходить на небольшую пробежку и вернуться домой. По возвращении есть два варианта развития событий: либо он заваливается обратно к Антону в кровать, чтобы чутка передохнуть после самой пробежки и нескольких пройденных пешком лестничных пролетов вдобавок, – потому что это часть тренировки, – либо примет душ и пойдет варганить завтрак себе и Шасту. На сей раз Арсений возвращается с улицы после физической активности весь раскрасневшийся и потный. Снимает с себя кроссовки и прислушивается: Антон, судя по отсутствию каких-либо звуков, все еще спит. Арс хмыкает – кто бы сомневался. Сразу же идет в душ, а после, переодевшись в домашнее, оказывается у плиты на кухне, собираясь готовить яичницу. Обычно он готовит под музыку, поэтому прикрывает дверь на кухню, чтобы ненароком не разбудить Антона, а после включает телефон и уже почти включает музыку, когда видит уведомление из Инстаграма, оповещающее о новой публикации. И публикации не абы кого, а Шаста. Арс чуть хмурится, гипнотизируя пришедшее уведомление, включает VPN и заходит-таки в вышеупомянутую соцсеть. Лайкает пару фото в ленте, заходит к Антону на аккаунт и начинает глупо улыбаться: Шаст выложил свое фото из еще не вышедшего альбома с последнего выпуска «ЧДКИ». Кажется, уже пора шутить про водную фотосессию. Арсений тут же ставит лайк, рассматривает фото и не может перестать широко улыбаться. Какой Шастун у него очаровательный дурак, просто ужас. И красивый. Арс читает надпись к фото и не может не закатить глаза. Точно дурак. Он откладывает телефон, выходит из кухни и идет в спальню, чтобы вытащить мужа из постели, раз уже проснулся, потому что тому сегодня нужно в офис на съемки. Он чуть ли не на цыпочках идет, чтобы не быть услышанным сильно заранее. Заходит в комнату и видит, что Шаст лежит к двери спиной, укрывшись одеялом практически с головой. Арс хитро улыбается, довольно бесшумно приближается к Антону со спины и ложится сзади, закидывая на того ногу. Затем легонько проводит по чужим кудрявым волосам и шепчет на ухо: – Ты кого пытаешься наебать, м? Отодвигается чуть-чуть и наблюдает за тем, как Шаст, шумно кряхтя, поворачивается к нему лицом. Арсений кусает того за нос, Антон же пускает смешок: – Как ты быстро лайкаешь, Арс. – Ты давай от вопроса не уходи, козел, – Арсений легонько бьет Шастуна по плечу, обхватывает лицо напротив руками, потираясь о колючую бороду. – Доброе утро. – И не думал, – улыбается, чувствуя арсеньевские руки на своем лице, и продолжает: – Просто пиздец как не хочется куда-то сегодня ехать. – Работа не волк, Шаст, работа это ворк, – Арсения всегда очень сильно забавляет лицо мужа в моменты сильной задумчивости, как сейчас, например: нахмуренные брови в сочетании с недоуменным выражением лица и слегка приподнятыми уголками губ. Антон еще секунд десять с максимально сложным лицом смотрит в смеющиеся глаза напротив, а после до него, наконец, доходит, что Арс в очередной раз отпустил гениальный в своей странности каламбур. Шаст лишь закатывает глаза, когда видит, что этот бессовестный мужчина тихонько посмеивается, кусая губы, и смотрит на него, Антона, не с насмешкой, а с чистейшей нежностью, которую ни с чем невозможно спутать. У него разве что из глаз сердечки не сыпятся, а вот у Антона сердечко, кажется, скоро рассыпется от таких взглядов. Арсений смеется до тех пор, пока его не обхватывают шастовские руки. Антон кладет свой подбородок на темную макушку мужа, прижимаясь всем телом. Арс шумно вздыхает и, кряхтя, пытается выбраться, что у него, конечно же, не получается. – Шаст. – М? – Мне завтрак надо готовить, а тебе в офис через час ехать, – бурчит в шею Антона Арсений, уже не пытаясь выбраться. Он слышит, как Шаст хмыкает и, приблизившись к его, Арсения, уху, шепчет: – Что насчет белкового завтрака? Этот слегка хрипловатый с утра низкий голос пробирает до глубины души, вызывая мурашки по коже, а то, что именно спросил Антон, окончательно затягивает образовавшийся внизу живота узел. Арс облизывает губы, смотрит прямо в глаза этого искусителя и шумно выдыхает: – Антон, мы не успеем. – Арс. – Антон. – Успеем, если ты перестанешь ломаться. Арсений закатывает глаза, переставая взывать ко времени, и кусает Антона за подбородок под тихое шипение последнего.

***

Арсений стоит в одной широкой домашней футболке и шортах, опираясь на стену в прихожей, и смотрит, как Антон впихивает свои ноги в кроссовки, напрочь игнорируя наличие в их квартире ложки, и тихо матерится себе под нос. Уголки арсеньевских губ приподнимаются от такой теплой и до безумия домашней картинки. Шастун заканчивает свои сборы, еще раз проверяет карманы, чтобы точно ничего важного не забыть, и поднимает взгляд на смотрящего на него, Антона, Арсения: тот максимально расслабленно опирается на ближайшую стену и улыбается. И, конечно же, от такой улыбки Шаст не может не улыбнуться в ответ, раскрывая руки для объятий на прощание. Арс трескается на секунду, но стремительно сокращает расстояние и прижимается к антоновской груди, обхватывая руками в ответ. Они стоят в обнимку по ощущениям целую вечность, но на деле не дольше минуты. Арс поднимает на Антона взгляд, обхватывает уже гладкое после бритья лицо, кончиками пальцев ощущая мягкость кожи, и целует, чуть приподнимаясь на носочках. Шаст же понимающе слегка склоняется вниз, к Арсению, чтобы тому было удобнее. Отстраняются, и Арс чмокает еще раз, но уже в уголок губ. – Ну вот, из медведя обратно в мальчика-подростка, – смеется Арс. – Да прям уж подростка, – закатывает глаза Антон, невесомо поглаживая чужие бока. – Хорошего тебе дня, Шаст, – желает напоследок Арсений, как вдруг вспоминает еще кое-что: – Стасу привет, кстати. – Обязательно передам, – усмехается Антон. – Спасибо тебе за двойной завтрак, маленький мой, – Шаст хитро улыбается при виде чуть смущенного от подобного обращения Арсения, потому что шастовские «мой хороший» и «маленький мой» – это что-то из очень личного и доверительного. – Иди давай уже, дурак. – Иду-иду. Посылает воздушный поцелуй и выходит из квартиры. Арс закрывает за ним дверь, думая о том, что он любит Шаста абсолютно любым: и неловким мишкой, и милым мальчиком-подростком, и переживательным сырком. И это еще не все, у Антона столько отдельных граней, которые он в себе умудряется совмещать, что все сразу и не вспомнишь. Но самое главное, что это все – его любимый Антон Шастун. Он любит Шаста любым. Арс не перестал его любить из-за того, что любит особой любовью Антонову бороду, а тот ее сбрил. Это лишь значит, что для него внешность любимого человека не есть ключевой фактор, который определяет Антона как личность. Тем более бороду всегда можно обратно отрастить, поэтому Арсений на этом даже не зацикливается. Антон же тем временем едет в сторону офиса, периодически останавливаясь на красный свет, и думает о том, что можно записать собственную растительность на лице в головную копилку. Правда, ему не совсем понятно, что в этом такого, но главное, что и его самого, и Арса все устраивает – остальное неважно. Все-таки этот мир и так слишком сложный, чтобы искать в подобных пустяках что-то глубокое, хотя Арсений такое любит. Он и сам намного сложнее, чем кажется на первый взгляд, даже Антон за столько лет не смог изучить прекрасную планету в голове этого удивительного и по-хорошему странного человека полностью и, кажется, никогда и не сможет. Но этого и не нужно – Шастун каждый раз тихо удивляется тому, какой многогранный и очаровательный в своей дурашливости и странности человек стал неотъемлемой частью его жизни. И пока они любят друг друга, все остальное сразу становится не таким важным.