Всё, что принадлежит Броку

К новости о том, что в школу по обмену придёт новенький из манхэттенского «Щита», Брок отнёсся довольно настороженно. В обмен туда пообещали отправить кого-то из учащихся «Гидры», но им со Стивом такая участь точно не грозила. Директор Шмидт почему-то не хотел, чтобы они опозорили его на все Соединённые штаты, случайно подорвав чужую школу. К тому же разделять их само по себе было изощрённой попыткой самоубийства. Он, может, был тем ещё занудой — но точно не дураком. Ну и ещё он круто стрелял с двух рук, Брок это ценил в людях — надо же что-то в них ценить, верно? Жертву в итоге выбрали с помощью жеребьёвки среди отличников. Им оказался похожий на печального ослика Эндрю из класса Брока — тот самый, которому пришлось жабу в волосы засунуть за длинный язык. Брок надеялся, Эндрю в «Щите» ритуально принесут в жертву, тем самым сократив конкуренцию среди отличников «Гидры». Стива эта идея почему-то не обрадовала, но он вообще слушал краем уха, переписываясь с Наташей так, что только пальцы мелькали над кнопками. — Наташа пишет, что жертвоприношения у них не в чести. Но каждую неделю у него будут отрезать по части тела для задабривания гигантских крыс из подвала — у них там выход прямо в подземку. — Пусть начнут с головы, — предложил Брок. — О Боже, Святая Дева Мария! Когда ты уже перестанешь быть таким злющим? — Никогда? — удивился Брок. — А нужно? — Не знаю, — Стив пожал плечами. — Ты только не обижайся, но я немного устал от того, что все от нас шарахаются, в буквальном смысле. Куда бы мы не пошли, все жмутся в уголке и пытаются слиться со стенами. Это нормально? — Нормально. Человечество выжило и прогрессировало благодаря наличию инстинкта самосохранения. Это у представителей нашего вида в крови. Стив стукнул себя ладонью по лицу и уткнулся в телефон, возвращаясь к переписке. — К нам приедет какой-то Баки, — сообщил он. — Какой ещё Баки, сavolo? Что это вообще за имя такое?! — возмутился Брок. — Хочу посмотреть в глаза его любящей мамочке и спросить, за что она обрекла сына на эти муки. — Попросить Наташу пробить его домашний адрес? — невозмутимо уточнил Стив. — Обойдусь. * Баки оказался красавчиком — хоть сразу из-за парты на обложку журнала. Брок просто ужасно разозлился, когда его увидел. Это законно вообще, когда кто-то уже рождается настолько красивым, вот просто так, потому что повезло? — Привет всем, — сказал Баки, зайдя в класс. Улыбнулся, помахал руками. — Я Джеймс Барнс из «Щита», буду учиться у вас до Рождества. И все девочки просто схватились за грудь, стошнили розовыми сердечками со стразиками и упали замертво к его ногам... Ну, почти. Но Брок буквально видел эти все сердечки и стразики в их затуманенных глазах. — Я буду называть тебя Баки, — сказал Брок. — Ага, ты, надо полагать, Брок Рамлоу. Наташа про тебя рассказывала. — Надеюсь, только плохое? — Исключительно, — подтвердил Баки. — Например, что тебе так и не удалось повторить её фирменный трюк с удушением бёдрами. Надо ли уточнять, что он сразу Броку не понравился? * Надо ли уточнять, что Стиву Баки понравился сразу и безоговорочно? Ну ещё бы, при виде Баки никто не писался в штаны, ну разве что от умиления. Баки все и везде были рады. Его голубые, немного прищуренные глаза не переставали улыбаться. Он одевался как на показ мод, и всегда укладывал волосы в модную причёску, не жалея геля и времени. — Привет, Стив, — радостно сказал Баки, впервые увидев его на перемене. — Я — Баки. — Привет, Баки! — Стив засиял, как наточенный ножик. — Пойдём, покажу, как у нас тут всё устроено. И он показал Баки школьный двор с их платаном для тренировок и удобным перелазом через забор, и место, где они дрались с инопланетянами, и их тайную каморку под лестницей. И Баки кивал, улыбался и хвалил всё так серьёзно, как будто ему сокровища затерянного пиратского города показывали! Брок не верил этой улыбке. «А есть ли у тебя с собой хоть один нож? Бронированная папка? Можно ли в твоих стильных красных конверсах ходить по лаве?» Брок подозревал, что таким людям, как Баки, это просто не нужно. Они убивали иначе — тёплой улыбкой и добрым словом. Правда, с пришельцами это бы не сработало, но приходилось ли ему драться с пришельцами? — Здорово, что Баки будет учиться с нами, — восторженно сказал Стив, когда они проводили Баки к парковке и проследили, чтобы его мама ничего не перепутала и не забыла заехать за ним в новую школу. — Это временно, — напомнил Брок. — Он тут по обмену, не навсегда. «К счастью». Хотя всё испортить можно было и за несколько жалких месяцев. — Ему у нас так понравилось! И он такой дружелюбный! И от него никто не отходит подальше. И ещё у него есть мама. — Его мама твоей всё равно не станет, — отрезал Брок, — так что и думать об этом забудь. Я ему не верю. Что он здесь вынюхивает? Пришёл в чужую школу и суёт нос во все углы. Ещё и предлог благородный придумал: дружить, видите ли, с нами хочет! Никто не хочет, а он захотел! Тебе это странным не кажется? — Нет. Мы же хорошие. — Это ты хороший, — напомнил Брок. — А от меня все отходят подальше. — И Наташе он нравится. — Зато мне Наташа не нравится. Зачем ты показал ему наш штаб? — Какой штаб? — искренне удивился Стив. Наморщил лоб. — Который со швабрами, что ли? Тоже мне, штаб. И штаб ему уже не подходит, ну надо же... Эдак может дойти до того, что через несколько недель Стив и сам начнёт гелем волосы зализывать. — А если нам понадобится срочно поговорить один на один в секретном месте? Стив упёр руки в бока и посмотрел на Брока очень недовольно. — Тебе никто не говорил, что мы живём в обычном скучном мире, а не в шпионском романе? — В мире, где есть инопланетные захватчики, мифический бог с молотом и летающий чувак в железном костюме? — уточнил Брок. — В этом обычном скучном мире? — Я не хочу с тобой ссориться, — сказал Стив. — Поэтому я лучше пойду домой. Извини, Брок, что хочу дружить с кем-то ещё, кроме тебя. * Пожелтевший, с поредевшей кроной платан казался ненастоящим, как и скорая зима. На улицу давно уже нельзя было выйти без куртки, а солнце светило только для виду и почти не грело, не сравнить с сентябрьской жарой и близко. — Зачем вообще нужен этот обмен? И эта дружба школами? — спросил Баки. —  Рождественские балы вместе проводятся. Летний лагерь общий. Ну и от нас к вам и наоборот каждый год кто-то ездит. Он сидел, свесив ноги по обе стороны толстенной ветки и привалившись спиной к стволу платана. Вообще-то это было место Брока, но Баки, конечно, не стал спрашивать, просто сел там, где ему понравилось. Честное слово, Брок терпел его только ради Стива. Если бы Баки кто-то навалял, Стив ни секунды бы не сомневался, чьих рук дело — и был бы прав. А ещё Баки сбегал в джелаттерию за два квартала отсюда, чтобы принести им по банановому мороженому. Бусы для туземцев! Пока Брок думал, как бы незаметно врезать ему мороженым, — случайно всё съел. — Это у отца такой план по захвату мира, — улыбнулся перемазанными в мороженом губами Стив, и Брок сжал кулаки, потому что Стив не должен был улыбаться этому... захватчику! — Внедрить своих студентов во все сферы жизни страны. И всех со всеми перезнакомить. Не знаю, зачем. Но, слышал, он через несколько рукопожатий уже может добраться до кого угодно, хоть до президента. — А до Железного Человека? — Да без проблем. — А до Тора? — Только если Тор не в Асгарде. — Ну, так не прикольно, — рассмеялся Баки, и Стив тоже рассмеялся. Брок скривился. Ну очевидно же дурацкая шутка! Всё, с него хватит. — Там это, Маттео подъехал, — сказал он, хотя автомобиль стоял на парковке вот уже пол часа. Маттео уже раза три выходил покурить, сидя на капоте. — Я пойду. — Всё в порядке? — спросил Стив. — Абсолютно. Соврать ему — ради него же — неожиданно оказалось легче лёгкого. Или просто обычно подозрительный Стив в этот раз решил поверить? Потому что Стив пожал Броку руку, пожелал продуктивного дня и тут же, как ни в чём не бывало, вернулся к разговору с Баки, покачивая в воздухе ногой. У Брока сил не было смотреть, как они сидят на ветке, едва не соприкасаясь лбами. — Поехали в Макдональдс, — сказал он, садясь в машину. — Хочу загнуться от передоза картошкой фри. — А у тебя есть деньги? — ухмыльнулся Маттео. — У тебя есть. * Не стоило удивляться, что недели через две такой жизни Брок не выдержал. Он был не добрый, не был железный — и уж точно не собирался делиться. В общем, пока Стив сидел на занятиях в своём классе, Брок вежливо предложил Баки прогуляться в подворотню за школой. Где уже не так вежливо прижал Баки за горло к стене, недвусмысленно вертя в пальцах любимый сюрикэн. — Я не собираюсь с тобой драться, — сразу предупредил Брок. — Просто хочу понять, когда ты уже оставишь нас в покое. Баки на это всего лишь весело засмеялся и спросил: — Ну ты чего, приятель? Ревнуешь, что ли? Не спросил даже, кого — ну и так понятно. И что бы Брок ни ответил, «да» или «нет», это всё равно означало бы «да», поэтому он молча оттолкнул Баки, спрятал сюрикэн и ушёл, делая вид, что обознался. Он проиграл. — Постой! — крикнул Баки ему вслед. Брок и не думал останавливаться. Так Баки имел наглость догнать его и пойти рядом, отставая на пол шага! — Мы не так давно знакомы, так что я не знаю, что там у вас со Стивом... — Vattene! Брок подобрал осколок кирпича и бросил в его сторону не глядя, целясь на звук. Баки поймал. Да какого чёрта? — И всё-таки послушай. У каждого человека может быть сколько угодно друзей, приятелей и знакомых. И ты, конечно, можешь потратить жизнь на то, чтобы ревновать Стива ко всему живому. Ты даже можешь перебить всех, с кем он общается, но учти — я буду защищаться. Но дело-то не в этом. Чтобы удержать человека, нужно только одно: он сам должен хотеть быть с тобой. Каждый день, кто бы ни появлялся в его жизни, он должен выбирать тебя, Брок. Снова, снова, снова. Вот и вся наука. Ну ладно, я пойду, пожалуй. Баки бросил осколок кирпича под ноги и наконец-то оставил Брока в покое.