Всё это ради искусства

— Краткий!!! — к названному подбегает Ёшка, перепрыгивая через перегородку в виде стола и сталкивая со своего пути кого-то из петрушек. — У меня появилась бомбическая идея! — И какая же, радость моя? — Й сегодня был добр как никогда, поэтому решил что тронуть Ёшку за щеку будет хорошей идеей, но тот даже не против. — Знаешь.. Нам не хватает остринки в отношениях? Так вот, я знаю, у тебя есть очень классная, тёмная комната, в самом дальнем углу твоего ос.. — Ты про комнату Ижека? — Фу, нет, — Ёшка покорчился, отталкиваясь от возлюбленного — я хотел в пыточной потрахаться с тобой. Хорошая же идея! Тем более, за двести с хвостиком лет я так и не узнал твои предпочтения.. В этом! — .. Что бля, — Краткий исаытал сильнейший, культурный шок. — Ну, знаешь.. Я заметил, ты имеешь слишком ярко выраженные садистские наклонности. Я вообще-то не маленький и не глухой, я слышал крики Ижека Краткий стоял, смотрел на Ёшку с самым обречённым взглядом. — Ещё я подглядывал.. Короче, ты людей насилуешь. Пожалуйста, попробуй и меня понасиловать! — Ёшка... Мне тебя жалко. — Да брось, что может быть хуже, чем доминантный Ижек?

***

Договорился наш Ёшка.. Докудахкал, теперь он сидит, плотно привязанный к стулу при помощи красных верёвок для шибари, так причём и одетый! Верёвки проходились по его грудной клетке, выпятывая её, так же по рукам, заведённых за спинку стула. Ноги так же были связаны. Сзади Ёшка точно знал – каким-то чудом в пыточной появилась кровать, но то даже лучше, потому что так даже интереснее будет. Хотя было и темно.. — Давай для начала договоримя о стоп слове. Короче, кричишь Аз – я останавливаюсь — сказал рядом стоящий Краткий. Совсем никак не изменился с утра – только растегнул немного рубашку чтобы не было так душно. — А почему именно Аз? — поинтересовался парень, пока ему убирали звёздочку с волос. Чёлка упала на глаза. — Потому что я представляю, как нас застукивает Аз. — Краткий же кладёт эту заколку на рядом летающие шарики Ёшки, теперь одна из них очень красивая. Ну а чтобы не обделять другой шарик, он его почесал из-под снизу, от чего Ёшку передёрнуло, а в груди начало приятно стекать мёдом по сердцу трепетные чувства. — У меня пропадает всё желание что-то делать.. — Вау... Да ты продуманный. Хорошо, я понял, любимый! — за это Ёшка получает поцелуй в лоб. — Молодчинка! Тогда... Раз-два-три начали! — быстро протараторил Краткий, а затем застыл на месте. — Э... Ты чего, Краткий? — Нет времени, подожди, — Краткий заткнул Ёшку рукой, котора, вылезла из под спины, а своими родными руками он начал растёгивать ширинку с брюк Ёшика. Ёшке оставалось только смотреть на бтрет Краткого. Конечно, было интересно, что будет, поэтому он попытался заглянуть вниз – голова Краткого мешала, шпала одним словом. Ну а если серьёзно, то Краткий достал край нежной верёвки и аккуратно, со всей неюностью, которую он припас на сейчас, едиственная что осталось и что он истратил прямо сейчас, он обмотал член Ёшки. — Э.. Хах.. А это для чего? — спрашиваеь у Краткого Ёшка — Для того, чтобы помучать тебя, гений. — Краткий улыбнулся, а затем взглянул на шарики Ёшки — Они у тебя чувствительные.. — Ой, ты только заметил? — невинно улыбнулся Ёшка, пока один из его шариков не предподнесли к себе и не начали гладить. Ёши вмиг стало душно, всего передёргивало в приятной дрожьи — Нет, давно. Интересно.. — Одиннадцатый повёл по всему шарику пальцем, обращая внимание на Ёшку – он весь красный, кажется давление подскачило. — Ты кончишь от них? Ёшка ничего не ответил, он отвёл голову куда-то в другое место, чтобы вообще не глазеть на то, как его часть тела мучают. Краткий решил, что завязать глаза Ёшке будет отличной идеей, оак что на глазах у Ёшки красовалась маска для сна. Член подёргивало, как всего Ёшку передёргивало, он даже пускал слюни от переизбытка возбуждения. Он протяжно, громко выдохнул воздух из лёгких, но разрядки так и не было. — Что, попытался кончить? — старший сжал шарик посильнее, улыбаясь будто бы садист — А вот и нетушки! Тебе всё ещё нравится это? Определено безумно нравится. — Д..да... — он тоже улыбнулся, подняв голову вверх. — Хорошо, тогда продолжим — он отпустил шарик и тот, будто бы конфуженный, полетел обратно к брату с заколкой. Затем, Краткий щёлкнул пальцами, и одежда с Ёшки пропала, появляясь где-то на тумбе. Конечно же, гордость Ёшки куда-то улетучилась, со всем этим энтузиазмом, что был у Седьмого с самого начала. Он почувствовал, как что-то очень нежно проходится по его коже, и по ощущениям это была какая-то указка. Как только он расслаблялся, по его телу шли табцном мурашки, а сам он вздёргивал плечами – ему вмиг дали о себе знать шлепком по чувствительным местам. — К-Краткий!!.. — вздрогнул Ёши, поджимая к себе колени. Затем ему снова дали расслабиться, чувствуя как указка снова проходится по его неюносу телу, задевая мечта где эранятся мурашки. Конеяности приятно ведёт, хочется их поднять, а затем визжать от радости, но шлепки не дали ему нормально мыслить. — А что ты хотел? Это пытки, милый. — он остановился прям у самой уретры, чётко тыкнув по ней указкой. Ёши ещё больше вздрогнул, ощущая как же его сильно повело в сторону. Разум путался, как и сам Ёшка. — И я сделаю всё, чтобы наказать тебя за твою оплошность... — Как-кую... — Твоя оплошность – твоё милое личико — он приблизился к Ёшке, притягивая кожу с его шеи к себе губами. Невероятно как возбуждающе, как же Ёши хочет прямо сейчас накинуть на Краткого. — Н-ну... — Ёши гортанно стонет, когда указуу куда-то кидают, а затем сжимают его член в грубой руке, — К-кра... Он снова стонет, не может самообладать ничем, поэтому попросту чуть ли не визжит от ттго, что не может получить оргазм во второй раз. Ему срочно нужна разрядка, но этот чертила ему ничего не даёт. Он чуть ли не плачет, хотя хочет разреветься как последняя сучка, и это, кажется, перемыкает что-то в Кратком. Он останавливается, глядя на заплаканное лицо Ёшки. Снимает повязку, смотря на заплаканные глаза Ёшки. Затем на его лице нарастает улыбка, а сам он почувстовал животный страх, который не сравним не с чем. — К-краткий?... — Ёши ощущал этот страх, а Краткий, как существо что питается им, просто потерял самообладание. — .. Ох... Затем Краткий, не испытывая ни капли сожаления к своему партнёру, впечаетывает его подошвой своих берц в стул, а затем снимает с себя ширинку. В груди у Седьмого просыпается больше трепета, чем страха, но это не меняло всех тех факторов, что он начал ьояться своего возлюбленного. Как ни как, он впервые видит Краткого таким. Й собрал всю чёлку Ёшки в руки, затем заправил её назад, и притянул к своему члену, сразу насаживая рот Ёшки на себя. Ё мог бы сейчас вырвать, так как заметно почувстоыал рвотные позывы, но организм передумал. Седьмой не контролировал ситуацию, поэтому просто то обводил член губами, пока в него втрахивали, а затем, под быстрый темп Ёшка подключил язык, обводя венки шершавым, мокрым языком. Ёши думал, что это довольно будет проходить, так как по ощущениям его используют как маструбатор больше, чем пять минут. За это время, Краткий глазел за всей мимикой, чувстовал все эмоции нижнего, поэтому, чтобы Ёши не втыкал, грубо притянул шарик к себе, снова его сжимая. Вот тут Ёши чуть ли не начинает сжимать челюсть, но самообладание и разум не позволяют Ёше укусить любимого. Спустя время, глотка Ёшки наполняется вязкими каплями, а затем и всей субстанцией. Краткий всё ещё не выходит, ждёт, пока Ёши не проглотнет всё до последней капли. Пришлось проглатывать, создавая ещё больше приятных ощущений члену, но Одиннадцатый не горел желанием продолжать мучать возлюбленного в рот. — Ох, моя звезда... Ты был великолепен! — тараторит Краткий, а затем осторожно берёт Ёшку на руки. Он благо не привязывал к ножке стула ноги Ёши, так что мог спокойно взять его, и вальяжно скинуть Ё на кровать. — Ха.. Спасибо.. — приземляется он на бок, а затем ему снимают повязку с глаз. Тусклый свет не заставляет Ёшку жмуриться от ярких вспышек, а наоборот, он медленно поднимает веки. — Понравилось начало? — мурлыкает Й, присаживаясь рядом. Он оглаживает грудь и торс Ёши, задевая пальцами верёвки — Да!! Я тебя ещё таким не видел! — А ты реви как сучка во время пыток, я и буду таким. — Как по мне, это были не пытки. Ты меня даже не ударил, — грустно выпалил Ёши — Мне тебя будет жаль, если я сделаю тебе больно увечьями. — Краткий дошёл пальцами до Ёшкиного члена, который всё это время стоял как каменный. Сам Й чуть ли не грустный, но вмиг сменяется в лице, становлясь задорным. — Но разве БДСМ не практика, где можно обойтись и без того, что я буду мучать моего милого Ё? — Оуу.. Краткий, — Ёши сейчас чуть ли не заплачет, но как-то не очень то и хотклось прямо сейчас — это мило.. Не знал, что мой любимый амбал так умеет. Любить. — А я не знал, что когда-то милый мальчик, который боялся лишнего голоса сказать, в итоге вырастет и станет мазохистом. — Краткий приблизился к Ёшке, даря невесомый поцелуй. Затем ещё, возле уголков губ, от чего Ёши мычит. — Не против, если я кое-что сделаю? — И что же? — Ёшке стало любопытно, когда Краткий переворачивает Седьмого на спину и садится ему на грудную клетку. — Э.. Опять? — Нет-нет, — Одиннадцатый притронулся к своему члену, — ты просто слишком ахуенный в таком виде... — теперь он шепчет, когда ведёт от основания к головке. Ёши бы признался честно – сама картина чуть ли не вдохновляла, возбцждала не по-детски, да и вообще он смотрел на то, как Краткий себя самоудовлетворял как зачарованный. Скулил, когда к нему не дотрагивались там же, так как он не может существовать без этих ласок прямо в эту секунду. Но, в итоге на нём сейчас сидит Й, тяжело выдыхает и трогает себя. Одним словом, самая ужасная пытка, которую Краткий до этого момента использовал. В итоге старший излился, передёргиваясь и откидывая голову. Сперма каплями попала на лицо Ёши, от чего тот вообще был не в восторге, а вот Краткого это даже смешило. — Хаха.. Сука. Бля, сейчас, — Й тяжело дышит, но находит какую-то салфетку, начав вытирать Ёшу — прости. — Мог бы хотя бы развязать... — поник Седьмой, но в итоге его снова целуют в губы, останавливаясь теперь надолго. — У меня руки затекли, — Подожди, сейчас сменим позу. Одиннадцатый спрыгнул с Ёшки, а затем перевернул его на живот, открыва, всё больше и больше прекрасных видов. Грех было не провести ладонью по белоснежной спинке, которая выгибалась навстречу, а затем останавливаясь на ягодицах, громко по ним хлопая. — Ебать, у меня даже появилась идея! — снова по-садистки оскалился Й, что-то колдуя руками. — И что ты там надумал? — Сейчас почувствуешь. Краткий зажёг свечу, а из-за того что это специальна свеча, то по комнате начал гонять аромат афродизиака и каких-то очень вкусных, сладких, лесных ягодок. Ёшка ну настолько напредвкушался, что в итоге ему на спину начало капать что-то очень горячее, а затем оно застывало. Краткий даже пристроился сзади Ёши, присаживаясь между его ногами, капая воск на нежную кожу, от чего Седьмой утробно стонал, прижимаясь щекой к подушке, вздрагивая от каждой капли теплой свечи. Она, видимо, быстро плавится, поэтому и не такая уж и кипяток. А вот про саму свечу.. Ёши бв не удивился, если бы этот гений капал жёлтым воском церковной свечи, украденной из храмов обджектов. Вся комната наполнилась запахом лесных ягод, поэтому пыточная не была похожа на такову. Наверное, комната для любных игр, в которой дажк звукоизоляция получше, чем во всём особняке. Это были какие-то сладостные пытки, от которых хотелось прямо сейчас кончить, но никак не получалось. Совсем не получалось. — Понравилось? Ещё не хочешь остановиться? — вмиг восковая фигура свечи исчезла, оставляя Краткого и Ёшку один на один. — Вообще не думаю, — тихо сказал нежным голоском Ёшка, когда его поднимают за попу, раздвигая ягодицы — да неужели.. — Ты дождался, моя звезда-пизда. — снова оскалился Й. Снова в воздухе колдует двумя пальцами, будто бы наматывая на них что-то, но он только создал у себя на руках немного смазки. Наверное у Весы научился, который насмотрелся туториалов из тиктока. Одиннадцатый проникает пальцами в Ёшку, от чего его встречают тугие стенки, сжимающие пальцы. Другой рукой Й разрезает верёвки на ногах. Ёши даже зажержал дыхание, когда в нём так туго дыигаличь чужие пальцы. Седьмой ёрзал, но скорее не из-за дискомфорта, а из-за того, что парню это до безумия сильно нравилось. Затем пальцы отстраняются от анала, встряхивают их – от чего на них ни капли не осталось – и проводят по шву, заканчивая свои мимолётные ласки на одной из сторон нижней части яичка. Нижний громко выдыхал, шепча какие-то нечленораздельные звуки, что ещё раз доказывало что он просто без ума. — Готов, Ешка? — затем Краткий пристраивается на коленях, взяв свой орган в руки, подстраивая член у входа — Можешь даже не спрашива-Ах! — вскрикивает после спокойного тона, перехватываясь и широко раскрывая глазницы. Седьмой громко выдыхает, после того как его даже не предупредили, когда в него начали грубо толкаться, вызывая ещё больше слёз и не менее приятных возгласов. Чувства смешивались подобно краскам акварели на холсте, а разум спутывался в клубок, когда он пытается задуматься, но всё тщетно, поэтому Ёшке приходится сосредоточиться на то, что сзади него Краткий так владеет Ёшей. Даже когда Ёшку шлёпают по ягодицам, оставляя разгоряченный, красный след на коже, Краткий всё так же не прекращает толчки, проходясь довольно большим размером члена по чувствительным стенкам. От этого хотелось и самому кричать, как прямо сейчас Ёшка. От всего этого кружмло голову. Хотелось, в самом деле, прямо сейчас нагнуиься к Ёшке и поцеловать его, но это всё таки пытки. Всё совсем не такое, какое должно быть: нежные прикосновения, поцелуи, ласки. Нет. Тут только груьая сила, и Краткий уже давно сбавил обороты, не включив эту практику насилие. Когда они оба чувствуют, что на пике, изливается только Краткий, прорычав такие же нечленораздельное, как и Ёшка что-то такое же проскулил. Он не собирается выходить, он придумал, что можно Ёшку ещё помучать. Поэтому теперь Краткий запрокидывает левую ногу Ёши на плечо, переворачивая его на бок, а затем снова вталкивается. Седьмой же готов сойти с ума, даже когда из его рта текут слюни, и когда Ёшке эта поза.. Немного доставляет дискомфорт, учитывая что ноги сильно тянутся в разные стороны, а Ёшка вообще не гимнаст, ни танцор, да и вообще не спортсмен. В него ещё ни разу не входили нежно за этот день, только грубо, видя слёзы Ёшеньки, как будто нарочно вытрахивая из него мокрые дорожки на щеках. Но всё же Ёшке не хотелось говорить стоп слово, потому что это было бы совсем плохой идеей. Прерывать столь удивительное и поразительно поведение его любимого было непростительным проступком. Да и тем более ё не против, потому что в итоге ему удовольствие возращается в трёхкратном размере. Снова Ёшку заполняет белая, чуть густоватая жидкость, от чего тот по привычке утробно стонет, а Краткий рычит. И сколько у старшего ещё силы? Й же прижимает ноги Ёшки к его ягодицам, продевая их в кольцо из рук, чтобы те были уже не за спиной, а спереди, а затем проводит по животу Ёши грубыми пальцами. — Нравится? — низким басом спрашивает Краткий чуть пригибаясь к Ёхе. На вид он вообще не устал. — Если ты это делаешь так нежно, то лично мне да. — А чье мы мнение ещё учитываем? — Твоё? — улыбается Седьмой, сгибая руки чтобы погладить любимого по лицу. Проходится по щетине, но это нисколечко не было плохо, наоьорот Краткий даже сам подставлял лицо для таких ласок — Почему твои пытки превратились в любятину.. — Потому что ты сам как любятина! Да и вообще... Почему ты меня не целуешь то?! — возмутительный тон. Ёшик будто бы сейчас до этого допёр. — Потому что это твоя самая главная пытка! — прсмеивается Одиннадцатый, а затем снова садится на свои икры, выровнив всего себя на коленях. — О, моя Кириллица.. — шарики опускаются от накатившей грусти. — Тогда я тебя изнасилую поцелуями. — Попробуешь это потом, — после этих слов Й начал развязывать верёвки на члене, расслабляя хватку. Даже от этого Ёши обильно кончил, будто бы не мастурбировал пару лет. — Вау. — Аах.. Наконец-то.. — облегчённо выдыхает Ёшка. Все его руки и ноги были свободны, а грудь и плечи ничем не выделялись. Седьмой размялся, посматривая на Краткого, короче ничего не предвещает беды, как вдруг Ё бросается к Краткому с поцелуями, вычерчивая на нём красивые узоры, от губок, пока Й что-то кряхтел.