Крышу снесло Going Postal

Розыскивается: Джек Снайд, крайне опасен, отбитый на всю голову псих. /./ Дневник Я продолжал посещать психолога. Моего рассказа достаточно, чтобы посадить меня в дурку на долгие годы. Но доктор меня будто изучал, на его практике такого ещё не было, и тут работа скорее для психиатра. — Все ваши проблемы идут с детства, мистер Джек, — продолжал доктор. Он был чертовски прав. Мой отец был полным ублюдком, мать пила. Единственная, кто хоть как-то хорошо ко мне относился, это моя бабушка. Отец был не меньшим психом, чем я, и был посажен в психушку до конца своих дней. Я очень боялся клоунов в детстве, я хорошо помню этот случай в цирке. Этот страшный криповый клоун мерзко шутил, и выставил меня перед одноклассниками полным идиотом. В школе я был новеньким, и не раз, мы часто меняли место жительства, так как отец работал военным. В школе меня буллили и издевались. После школы я сам попал в армию. Пребывание там ещё сильнее сломило меня. Я начал понимать, что обращаться с оружием я научился там. Теперь мне это помогало как никогда. После психолога я решил сходить в церковь и исповедаться, но священник не смог выслушать всех моих грехов, в которых я признался. Полностью поникший, я шёл под дождём до места, где надеялся найти уединение, где надеялся спастись от преследовавших меня мыслей. Это было место, где жили монахи. Они приняли меня и обучили медитации. Ещё никогда мне не было так хорошо. Здесь монахи поняли меня, не стали осуждать, ведь избавлялся от плохих людей. Единственной случайной жертвой стала та банкирша, которую я убил по случайности. *** Я не слышал голос Рэда уже очень давно, возможно, я излечился. Довольный этим, я покинул храм монахов и решил найти Хлою. Я пришёл домой, но её не было там. Лишь потом я узнал, что её арестовали. И где мой пёс? Опять я оставил в опасности самое дорогое для меня. Я отправился на поиски своего пса. У меня сохранилась его фотография. — Эй, вы не видели тут пса? Милый такой и маленький, — спрашивал я. Прохожий испуганно на меня посмотрел. — Твою мать, да ты тот самый псих! Не убивай меня! — заорал он. — Тише, олух, я совсем не собирался тебя убивать. Скажи мне, где этот пёс? — хотел добиться от него ответа я, но прохожий убежал от меня. Я подходил к прохожим, но они лишь пугались меня, но один из них открыл по мне стрельбу и ранил в плечо. — Ах …сука, ты мне ещё страховку оплатишь, — сказал я. Я держался за плечо, затем начал отвечать на выстрелы. Обезумевшая толпа начала также в меня стрелять. Пришлось убить каждого из них. Кровь. Всхлипы умирающих людей. Я вовсе не хотел их убивать. Мне кажется, что все сошли с ума, кроме меня. Может и не стоит сдерживаться? Нет, я хочу вернуться к нормальной жизни, но это недостижимая цель. Последней каплей стало вот это… Я подошёл к знакомой мне, лежащей на асфальте фигуре. Я сразу же узнал в ней своего пса. Бездыханное окровавленное тело лежало на земле. — Что вам сделал пёс?! — крикнул я. Я склонился над своим псом. Малыш ты попал в лучший мир. Я отомщу этим безумцам за всё. Я запасся оружием под завязку и пошёл вершить праведную месть, свой крестовый поход. — Доктор абсолютно прав, все проблемы идут еще с детства… — произнес я. Я вспомнил, что в детстве у меня также был пёс, его отравил кто-то из соседей. Человек не достоин жить. Я серьёзно решил избавить этот город от оскверняющей его жизни. Я кинул в дома людей несколько Коктейлей молотова. Крики, запах горелой кожи и горящих зданий. Я упивался этот Местью. — Никто не смеет трогать моего пса, — говорил я. Я понял, что я безумен и без своего альтерЭго. Рэд был мне сейчас не нужен, он лишь творил абсурдные вещи и убивал только ради забавы. В моих убийствах стояла конкретная цель. Я зашёл в ещё один дом и цинично убил, находящихся там людей подручными средствами. На меня смотрел мужчина, совсем не понимающий зачем я прирезал его жену. Я невозмутимо посмотрел на него, затем взял с их кухонного стола молоток и пробил ему голову. — Мне нравится твой настрой, — сказал Рэд. — Уйди! Ты мешаешь! Я не в том настроении, чтобы говорить с тобой, — кричал я. В какой-то момент я начал видеть его, стоящим рядом со мной. Он был в кожаном костюме и черных очках и ехидно улыбался. — Я подумал, что моя помощь тебе не помешает, — сказал он. Совсем не понимая, что он скорее всего нереален, а лишь плод моего воображения, я начал стрелять в Рэда. Он убегал, я убивал по случайности невинных жителей, не зная, что плод моей фантазии не имеет телесной оболочки. — Ты стал жёстче, Джек, — заметил с улыбкой Рэд. — Нам не надо быть себе врагом. Ты стреляешь не в меня, ты стреляешь в самого себя. Ты — это я! Я — это ты! В какой-то момент я дал ему контроль над своим телом. — Мммс…пахнет прожаренной курочкой, — сказал Рэд, втягивая ноздрями горелых трупов. Сюда слетелась полиция, но Рэд взорвал их машину, и машины начали взрываться одна за одной. — Ахвхахвэвэввэв!!! — заливался смехом Рэд. Ему все это казалось игрой, чем-то весёлым и несерьёзным, в отличие от меня. Мы зашли в полицейский участок и перебили там всех, устроив на пару с Рэдом настоящую кровавую бойню, множество полицейских ещё продолжали жить без рук или ног, или оторванных в пылу сражения глаз. Я был жесток как никогда ранее. Мы усадили одного из них на электрический стул и зажарили до смерти. Вот только Хлою мы спасти не успели, копы избавились и от неё. Я потерял последнюю часть своего рассудка. Мы с Рэдом держали оборону в этом участке, убивая прибывающих все новых и новых копов. Вскоре в город прибыл спецназ, но к тому моменту, я уже покинул это место, оставив там сюрприз в виде бомбы. Мы продолжали зачистку города, жителей в нем оставалось все меньше. Я шёл по опустевшим улицам, где гуляли лишь коты либо собаки. Без людей тут стало очень спокойно. Я не осознавал, что делаю что-то неправильное, я считал себя героем, который очищает этот мир от ненужного. Появились военные. Рэда тяжело ранили. — Твою мать, Рэд! — крикнул я Он откашливался от крови. Я сел возле него, когда избавился от военных. — Джек…кхэ…кхэ…тебе придётся продолжать этот путь одному… — сказал он. — Знаю, мы не ладили, но последнее время ты был важен для меня, — говорил я. — Ты не ладишь со своей головой, тупица, — ответил он, — Ты хотел избавиться от меня…вот это и произошло… — Зачем мне это сейчас? Я не смогу вернуться к своей прежней жизни… — отвечал я. Пока я болтал сам с собой, военным удалось меня схватить. Я очнулся в тёмной страшной камере, в смирительной рубашке. В камере горел красный фонарь, будто специально, чтобы меня выводить из себя. Я не смог выполнить свою миссию. Я потерял Хлою, потерял Малыша, потерял даже Рэда. — Пациент абсолютно уверен, что делал правильные вещи, он полностью отрицает свою вину. Он говорит, что весь этот город прогнил, и неизвестно, что было бы, если бы он продолжил свои зверства, — говорил надзиратель, — Общество сломило его и очень давно. Этот мужчина очень давно боролся со своим расстройством, но его постоянно провоцировали. Однако, никакого маньяка все равно нельзя оправдать, его мы можем лишь изучать… Я провел тут уже неизвестный сколько времени. Мне казалось будто бы уже вечность я здесь, наедине лишь с собой. Ни Рэда, ни кого-то другого, с кем я мог бы поделиться своими мыслями. Я слышал этого надзирателя, он задавал мне вопросы. Я был ему интересен, как подопытная крыса. Я выложил ему на чистоту, какие цели я отныне преследую. Неожиданно я услышал приглушённый хрип. Кто-то придушил надзирателя, а моя клетка открылась. — Усатый? — удивленно спросил я. — Я подумал, что тебя нужно спасти из этой дыры, — произнес он. — Вовсе необязательно, но спасибо, — ответил я. — То, что ты сделал, это просто не поддаётся моему соображению, — произнес Усатый. — У меня отличная идея, — послышался вновь голос в моей голове. — Рэд! — крикнул радостно я. А значит беспощадное возмездие продолжится. Или нет?