Розовый. Предыдущие + Кун/Деджун. R.
10 сентября 2023 г., 17:40
Когда показательный концерт для Совета попечителей наконец успешно заканчивается, учителя облегчённо выдыхают.
— Вы прекрасно потрудились, учитель Цянь! — коллеги хлопают его по плечу и чуть кланяются.
— Ну что Вы, это всё заслуга наших учеников, — он рассыпается дежурными улыбками направо и налево, проталкиваясь вперёд, не в силах сдержать одну, самую искреннюю.
Учителя Сяо тоже поздравляют, восторгаясь танцевальными номерами.
— Ну что Вы, это всё заслуга наших учеников, — кланяется он на каждый комплимент.
— Не скромничайте, без Вас они так бы и остались неуправляемой толпой деревянных солдатиков, — Куну кажется, что сейчас у него треснут щёки.
Ему хотелось подойти ещё там, за сценой, пока учитель Сяо напряжённо следил за слаженными движениями учеников и повторял некоторые пируэты и взмахи руками в полутьме закулисья. Но застыв на месте, потрясённо любуясь и что-то смутно осознавая, Кун решил, что сейчас не самый лучший момент. Не то, что сейчас, когда он точно решил и решился.
— Учитель Цянь! — Деджун заламывает руки и насильно заставляет себя дышать. — Спасибо!
— Учитель Сяо, — учтиво кивает тот, и Деджун нервно тянет улыбку в ответ. Он уже три месяца не может заставить себя поговорить с новым учителем музыки без того, чтобы не бояться грохнуться в обморок. Самое долгое их взаимодействие за этот период было в учительской, когда пошёл первый снег, а Деджун осмелился подойти к Цяню ближе, чем на полтора метра. Он потом ещё долго не мог отойти от своей храбрости и чарующего аромата чужого парфюма.
— Не хотите прогуляться, когда ученики разойдутся по комнатам после отбоя? — Куну хочется так много сказать.
Деджун бледнеет, а после краснеет, бубня себе под нос.
— Конечно не хочу, ой, то есть хочу, то есть давайте.
— Извините, дети так шумят, я не расслышал, — Кун подходит ближе и, деликатно коснувшись чужого локтя, склоняется ухом к губам Деджуна, немножко умирающего в этот момент.
— Давайте, — выдыхает тот.
— Сегодня прекрасно видно Луну, захватите куртку, я стащил ключ от выхода на крышу, — Кун, сдерживая бешено бьющееся сердце, кланяется напоследок и спешит проследить, чтобы музыкальные инструменты, уносимые в кладовую его кабинета, оказались на своих местах.
Деджун взбудоражено повторяет эхом:
— На крышу…
— Да чё ты делаешь?! — Ренджун, вперившись ладонями в бардачок перед собой, тут же отвешивает Яняну подзатыльник.
— Я только на автомате умею водить! — Янян крепче сжимает руль и бормочет под нос заученный по книге алгоритм, снова пытаясь тронуться. — Сцепление, первая передача, сцепление, газ, — машина плавно трогается и водитель победно вопит, — Лю Янян не сдаётся!
Микроавтобус выруливает из гаража, и Ренджун, счастливо улыбаясь, оглядывается на испуганного Тэёна, судорожно вцепившегося в дверь. Они решили забрать его вперёд, чтобы бедняга не вырубился от переизбытка чувств, болтаясь в задней части машины вместе с Тэном и остальными.
— Господи, помилуй, — бормочет Тэён, во все глаза глядя на простирающуюся впереди заснеженную гладь пустошей, куда они выезжают сквозь забытые ворота в самой дальней части огромной территории пансиона. Дикие поля, затапливаемые в первую половину лета и засыхающие во вторую, выглядят синими и безжизненными в лунном свете.
— Я давно хотел сказать Вам, учитель Сяо, — Кун аккуратно берёт чужую изящную ладонь и заглядывает в глаза, отражающие звёздное небо над ними. — Вы самый изумительный и невероятный человек, которого я встречал, — Сяо отводит взгляд и вглядывается куда-то вдаль. Куну кажется, что это от смущения, потому продолжает, раз уж решился. — Ваши таланты поражают. Вы прекрасный педагог, способный увлечь учеников, восхитительный танцор и хореограф. Я видел, как Вы репетируете в танцевальном зале по вечерам, — Сяо вопросительно хмурится, а Кун взволнованно выдыхает. — Вероятно, именно в один из таких вечеров я в Вас и влюбился.
— Сука! — удивлённо вскрикивает Сяо, а Кун вздрагивает — не такой реакции он ожидал.
Сяо вырывает руку и кидается к краю крыши. Отсюда, с центрального корпуса, видно, как в открытые ворота в самой дальней части огромной территории пансиона, освещённой полной луной, выезжает микроавтобус. — Это же моя тачка!
Кун подбегает к Сяо и тот, взбешённо сопя, оборачивается, обхватывает голову Куна обеими руками и громко, мокро, быстро целует, отстраняясь от его губ так же внезапно, как и впечатался в них.
— Я убью этих засранцев! — он хватает Куна за ладонь, переплетая пальцы, и несётся к двери, через которую ранее они выбрались на крышу.
Куна протаскивают за руку через заставленный партами чердак, стаскивают по тёмной и пыльной лестнице, у начала которой они сталкиваются с учителями Со и Накамото.
— Крыша открыта! — на ходу бросает Сяо. — И хватит оставлять там презервативы! — он замечает недоумевающий взгляд Куна и продолжает, всё сбегая вниз по лестницам. — Туда все ходят покурить и потрахаться, а так как мы оба не курим…
Он не заканчивает, ещё быстрее припуская по вычищенным от снега дорожкам, всё не выпуская руки задыхающегося Куна.
— Да подожди ты! — всё-таки притормаживает его Кун, когда они, запыхавшиеся, добираются до ворот. — Зачем мы бежим за ними? Они ведь уже далеко!
— Они не могли далеко уехать! — Сяо тянет Куна за собой хотя бы шагом. — Всё поле в кочках, они застрянут! Я пытался проехать после заморозков и не вышло!
— Тогда зачем так бежать, если можно дойти?! — холодный ночной воздух обжигает лёгкие.
От бега оба раскраснелись и вспотели, запыхавшись.
— Чтобы они не успели выпотрошить машину! — Деджун настойчиво тянет Куна за собой.
Тот, ничего не понимая, ускоряется, когда видит вдалеке машину, одиноко стоящую среди заснеженного поля.
— Что случилось? — басовитого Лукаса слышно даже через перегородку.
— Приехали! — кричит Янян и глушит двигатель после очередной безуспешной попытки выехать из какой-то ямы.
— Куда приехали? — Тэён испуганно осматривает бескрайнюю снежную синь, серебрящуюся в лунном свете.
— Куда-то, — бросает Янян и, натягивая шапку, выбирается наружу.
Ренджун, пожав плечами и поправив варежки, выскакивает следом. Когда Тэён, натянув балаклаву, выходит наружу, то вся толпа, ехавшая позади, уже стоит на улице. Кто-то разминает затёкшие конечности, кто-то осматривается, а кто-то, кто Тэн и Лукас, тискаются, даже не отойдя и пары шагов. Тэёну становится не по себе, но к нему подходит Доён и отворачивает в сторону.
— Как думаешь, сколько тысяч километров до Луны?
Тэён смотрит наверх.
— Сколько?
— Если не посмотришь на них ни разу за весь вечер, скажу на обратном пути, — Доён приобнимает его за плечи и отводит от микроавтобуса. — Иногда действительно стоит перестать смотреть вдаль.
— А куда мы вообще ехали? — спрашивает Минхён, закидывая за спину рюкзак.
— Тебя же Янян звал на пустоши, вот, пожалуйста! — Ренджун нервно вышагивает между высокими кочками, в которых застрял их транспорт.
— Отсюда видно школу, — хихикает Чону.
— Без паники! — Янян прикладывает руку ко лбу, рассматривая безжизненную равнину впереди. — О! Вон какой-то холм, идёмте туда! — он тоже закидывает на спину рюкзак.
— Это не холм, а бугорок, — цокает Доён и, не выпуская Тэёна, сворачивает в сторону, указанную Яняном.
— А из чего мы разведём костёр? Тут даже деревьев нет! — восклицает Ренджун, размахивая руками.
— А ты думаешь, я стулья спёр из гаража, чтобы посреди поля сидеть? — лыбится Янян. — Все взяли по одному и потопали!
Тишину ночного поля разрезает звонкий смех и громкие разговоры, пока восемь ребят со стульями и рюкзаками за спиной, идут в сторону небольшого холма.
— Моя машинка! — Деджун заводит микроавтобус и выскакивает, перебираясь в задний салон, тут же принимаясь проверять целостность и чистоту оранжевого мата.
— Мы пойдём разбираться с ними? — Кун смотрит на тонкую струйку дыма, поднимающегося из-за пригорка, откуда доносятся взрывы смеха.
Сяо выскакивает из машины и грозится невидимому костру кулаком.
— Мы лучше сейчас уедем отсюда подальше и пускай они топают пешком! — мстительно шипит Деджун.
— Но это же нечеловечно!
— А угонять мою машину, пока мне признаются самым прекрасным образом на крыше школы — это человечно? — бесится Сяо.
— Они всего лишь дети! — восклицает Кун и осекается, вспоминая как несколько месяцев назад его сестра говорила то же самое.
— Я их ненавижу за то, что обломали мне самый романтичный секс под звёздами за всю мою жизнь! — взмахивает руками Деджун, а Кун замирает потрясённо.
— Я не предвидел такого стремительного развития событий, — бормочет смущённо.
— Зато я предвидел! — наступает Деджун, оттесняя Куна к машине. — И знаете, что, учитель Цянь? — в тёмных глазах отражаются огоньки гирлянд, горящих в салоне. — У меня там есть лючок, в который видно звёзды.
Кун ни за что не откажется от своих слов про то, что учитель танцев Сяо Деджун — изумительный и невероятный человек. Особенно сейчас, когда тот плавно движется на его бёдрах, упираясь тонкими пальцами в потолок. Если немного отвести взгляд, то можно увидеть в открытый лючок звёзды, но Кун смотрит лишь на одну.
Когда Тэн дожёвывает последнюю зефирину, а Ренджун допивает сладкую бадягу прямо из горлышка бутылки, ведь про стаканы никто не подумал; когда на горизонте занимается рассвет, а в костре догорает последний стул, тогда Тэн, устраиваясь на спине Лукаса вместо пустого рюкзака, шепчет ему на ухо.
— Спорим, я тебя люблю?
— Спорим, я люблю тебя сильнее? — улыбается тот в ответ и подхватывает Тэна поудобнее.
Тогда Ренджун, переплетаясь пальцами с Яняном, виснет на его плече.
— Это самая выматывающая из твоих авантюр, и я люблю тебя за неё настолько же сильно, насколько и ненавижу.
Янян замирает на мгновение, потом сжимает чужие пальцы в ответ.
— А я тебя просто первое.
Тогда Чону помогает Минхёну собрать мусор в один пакет.
— Я и не знал, что ты такой прикольный, тебе нравится теннис?
Минхён улыбается в ответ.
— Насчёт тенниса я не уверен, но могу научить тебя вытачивать ключи.
Тогда Доён подхватывает надравшегося Тэёна и молча тащит к микроавтобусу, пока тот ворчит что-то себе под нос.
— Только попробуйте заблевать мне салон, — учитель Сяо морщится от запаха алкоголя, которым несёт от группки школьников за несколько метров. — Сдам вас всех директору.
Те кивают и грузятся в машину. Деджун захлопывает двери и возвращается за руль, целуя пассажира перед тем как плавно тронуться. Он старается выбирать самую ровную дорогу, пока рассвет окрашивает пустошь в розовые тона. Из салона за спиной доносится басовитое возмущённое, слышное даже через перегородку.
— Фу! Чё так сексом воняет?
Кун на пассажирском сидении краснеет, а водитель — нет.
Ребята успевают почти уснуть, пока Деджун аккуратно довозит их до общежития и впускает по двое через вход для преподавателей, не охраняемый никем.
Доён провожает Тэёна до его комнаты и, сгрузив на кровать, невесомо целует спящего в губы.
— До Луны примерно 384 400 километров.
