Записка

Ева и Мари были влюблены друг в друга уже около года. Они дружили с седьмого класса, когда Мари только перевелась в новую школу. Девушки сразу же нашли общий язык и очень сблизились. Они много времени проводили вместе, прогуливались после занятий, устраивали ночёвки. Время летело. Девушки давно поняли, что любят друг друга, но всё не решались признаться, боясь быть отвергнутыми и испортить прекрасные дружеские отношения. Каждая из них порой изливала свои любовные муки их общей подруге Кате, которая училась с ними в одном классе. — Что мне делать, Катя? Я так долго люблю её, что это уже просто невыносимо. Мне так тяжело сдерживаться, находясь рядом с ней. Эта цитата «Тяжело смотреть на губы, которые не можешь поцеловать», боже, раньше я считала её такой глупой, но теперь понимаю, насколько же она попадает в точку. Я так сильно хочу её поцеловать, хочу зайти дальше, особенно на наших ночёвках, но я не могу себе этого позволить, — в очередной раз жаловалась Ева, нервно расхаживая по комнате из стороны в сторону. — Я ведь тебе говорила уже, просто признайся ей, — уже теряя надежду ответила Катя. — Нет, я не могу. Что, если меня отвергнут? Нет, даже не это самое страшное. Что, если моё признание разрушит нашу дружбу? Что, если она негативно относится к таким вещам? Всё же мы обе девушки и это может казаться ей странным и неправильным. Она может относиться нейтрально к подобному только пока это не касается конкретно её. Но что будет, если я признаюсь? — Ты никогда и не узнаешь, если не попытаешься, — пожимая плечами сказала Катя. — Я понимаю, но я же не могу рисковать нашей дружбой просто чтобы проверить это. Может быть, ты узнаешь у неё, как она относится ко всему этому? — И как ты себе это представляешь? Я конечно считаю себя хорошей подругой, но всё же, Ева, я ведь не могу спрашивать её о таких вещах от твоего имени. Да и это будет очень странно. Что мне ей сказать? «О, слушай, а что, если, чисто теоретически, тебе однажды признается в любви девушка? Как ты поступишь?» Так ты это представляешь? Она сразу поймёт, что что-то тут нечисто, а я не смогу ей врать, ты ведь знаешь. Ева обречённо вздохнула, плюхнувшись в кресло и медленно сползая с сидения. Она и сама понимала, что не может просить подругу решать свои проблемы, но каждая мысль о признании накатывала в душе тревогой и страхом, что от этого станет только хуже. — Да, я понимаю. Но она такая невинная и чистая душа, разве я могу осквернять её своими желаниями и подобной любовью? — Посмотри на это с другой стороны, — раздумывала Катя, — у неё никогда не было отношений, она ни с кем не целовалась. Если ваши чувства будут взаимны, то это будет шанс для тебя стать её проводником и наставником в сфере отношений. Вы станете друг для друга первыми и многому будете обучаться вместе. Ну же, Ева, ты ведь не трусливая девушка, так почему сейчас сдаёшь назад? Сколько уже времени прошло? Я уже почти год всё это слушаю. Но ты всё никак не признаешься ей. — Я не могу… Катя вздохнула, прикрыв глаза ладонью. Уже около года ей приходилось слышать подобные слова что от Евы, что от Мари. И обе просили не говорить другой о подобных разговорах, а потому девушке приходилось изо всех сил сдерживаться, чтобы однажды не закричать: «Откройте глаза, вы уже год влюблены друг в друга! Каждый раз на протяжении этого времени вы жалуетесь мне, когда могли бы уже давно признаться и быть вместе! Я устала от вашей трусости!» Но Катя обещала хранить молчание и старалась не нарушать уговора. Однако с каждым разом это становилось всё труднее. Однажды, сидя на уроке, Катя заметила очередные глупые взгляды Евы в сторону Мари, пока та внимательно слушала учителя. Девушка тихо вздохнула, подумав про себя: «Так больше продолжаться не может, никто из них никогда не сделает первый шаг.» Она вырвала из тетради листок и написала две небольшие одинаковые записки. «Ты мне нравишься, давай встретимся после урока в бассейне.» Подписав обе записки именами девушек, Катя дождалась начала последнего урока. Пока ученики не успели зайти в класс, она вложила обе записки в пеналы девушек и стала молча наблюдать за ситуацией. Ученики вошли в класс и начался урок. Обе девушки конечно же сразу заметили записки, стоило только открыть свои пеналы в поиске ручек. Они переглянулись, а на их лицах читалась растерянность вперемешку со смущением. Лицо Кати победно просияло. «Дальше разберутся сами», — подумала она, переключив своё внимание на слова учителя, будто и не имела никакого отношения к тем запискам. Ева и Мари на протяжении всего урока то и дело поглядывали друг на друга, словно, не веря в реальность происходящего. Их сердца бились чаще и ни о каком внимание на уроке не могло быть и речи. Мысли каждой из них были заняты лишь своими чувствами и осознанием взаимности. Каждая из них не могла дождаться, когда же наконец закончится урок, который казался в этот раз особенно долгим и невыносимым. Наконец, прозвенел звонок и класс сразу же наполнился радостным шумом, ведь теперь все могли быть свободны и идти по домам. Но Ева и Мари заметно медлили, слишком увлечённые своими мыслями. Собрав вещи, Ева вышла раньше, направившись к назначенному месту встречи. Мари же уходила почти самой последней. — Что с тобой? — спросила Катя, подходя к девушке. Она старалась выглядеть максимально спокойной, словно и правда ничего не знала, и не понимала. — Ева подбросила мне записку с признанием в любви и предложила встретиться после урока в бассейне… — растерянно ответила девушка. — И чего же ты ждёшь? Это твой шанс признаться ей в своих чувствах. Беги скорее. — Но это всё так неожиданно, — возразила Мари, — я так долго её люблю, что уже почти привыкла, что всё так. А теперь вдруг узнаю, что мои чувства были взаимны. Это всё так… Странно. Что я должна ей сказать, когда увижу? — Говори правду. Скажи всё, как есть, — посоветовала Катя, подталкивая девушку в сторону выхода. И, хотя Мари и пыталась сопротивляться, она прекрасно понимала, что не может не прийти, ведь Ева уже ждёт её. Не прийти на встречу означало бы отказ, что мог бы причинить боль любимому человеку. Собрав всю свою смелость в кулак, Мари всё же направилась в сторону бассейна. В школе уже было довольно тихо. Большая часть учеников разошлась по домам, остальные были в классах для дополнительных занятий и не особо шумели. Вскоре в конце коридора уже была видна дверь в класс с бассейном. Сегодня занятий там не было, а потому в душе Мари понимала, что, зайдя туда, окажется наедине со своей возлюбленной. С каждым шагом её сердце билось всё быстрее, будто готово было выпрыгнуть из груди. Девушка медлила, стоя перед самой дверью, но всё же пути назад уже не было. Она сделала глубокий вдох и зашла в класс. Ева стояла у окна. Услышав скрип двери, она повернулась ко входу и замерла, глядя на Мари, несмело вошедшую в класс. На лице девушки появилась нежная улыбка, она сделала шаг навстречу. — Ева, я… — начала было девушка, но не успела договорить, как её рот оказался закрыт чужими губами. Мари замерла и заметно растерялась, но не стала сопротивляться. Она уложила руки на лопатки Евы и прикрыла глаза, неумело отвечая на поцелуй. Обе девушки были крайне неопытны в таких вещах, ведь для обеих подобное было впервые. Потому, из-за собственной неопытности поцелуй вышел странным. Пытаясь его углубить, девушки стукнулись лбами и, ойкнув от боли, отстранились друг от друга. Мари потёрла свой лоб, тихо хихикнув от нелепости ситуации. — Прости, я не удержалась, когда увидела тебя, — начала Ева. — Я так удивилась, когда получила от тебя записку. Боже, Мари, ты не представляешь, как я счастлива знать, что мои чувства к тебе взаимны. Я так переживала об этом, но ты оказалась смелее, чем и думала, и сама сделала первый шаг. — Какую записку? — удивлённо спросила Мари, придя в себя после неожиданного поцелуя. — Я не оставляла тебе никаких записок, наоборот. Это ведь ты подбросила мне записку с признанием в пенал, вот я и пришла сюда… — Да ладно тебе, я знаю, ты стеснительная, но это правда был очень смелый поступок. — Но это правда не я, — возразила Мари. Она подняла взгляд на девушку и по её растерянному выражению лица было сразу понятно, что она не лжёт. — Но и я тебе ничего не подбрасывала. Я пришла сюда потому, что нашла записку от тебя в своём пенале, — задумчиво ответила Ева, показав девушке клочок бумаги в своей руке. — Это не мой почерк, — сказала Мари. Обе девушки растерянно переглянулись, глядя то на записку, то друг на друга. — Но кто же тогда мог всё это подстроить? Кто мог бы знать о наших чувствах друг к другу? — спросила Ева. — Я только Кате об этом рассказывала, — ответила Мари и к девушкам сразу же произошло осознание. Они поняли всё без слов и обе сразу же рассмеялись. — Бедная Катя, ей приходилось с обеих сторон слушать, как мы любим друг друга, но боимся признаться. И при этом, ни одной из нас она не могла сказать правду, ведь обещала другой держать всё в тайне, — смеясь произнесла Ева. — Так, значит, ты тоже меня любишь? Как давно? — спросила Мари. — Уже почти год, — успокоившись ответила Ева. — Выходит, что мы даже влюбились примерно в одно и то же время, — заключила Мари, неловко улыбнувшись. — Мне так жаль Катю, которой приходилась всё это выслушивать… — Раз уж теперь мы обе всё это знаем, то… — Ева подошла ближе к возлюбленной и склонилась над её ухом. — Ты станешь моей девушкой? На щеках Мари заиграл лёгкий румянец. Она кивнула, подняв взгляд на девушку и тихо прошептала: «Да». Этого короткого ответа было вполне достаточно для двух влюблённых сердец. Ева нежно прильнула к губам Мари, приобняв её за талию. На этот раз поцелуй вышел куда более удачным. Отстранившись от мягких губ девушки, Ева тихо прошептала: — А это тебе за то, что рассказывала о своей любви не мне, а Кате, — с этими словами она начала безжалостно щекотать девушку. Мари засмеялась, стараясь сбежать от Евы, но та лишь крепче обнимала девушку. Мари всё отступала и отступала, не глядя, куда идёт. Вдруг земля ушла из-под ног и девушки упали в воду. Успев задержать дыхание, Ева поцеловала девушку, передавая ей воздух и приобнимая за талию, всплывая наверх. Когда они выплыли, Мари отстранилась и откашлялась, глядя на девушку немного обиженно. — Прости, — тихо прошептала Ева и посмеялась. Она помогла Мари выбраться из бассейна, а затем и сама вылезла. К счастью, у девушек была с собой сменная одежда, а потому им не пришлось идти домой в мокрых вещах. Покинув класс и бассейном, они юркнули в туалет и переоделись с сухие вещи, после чего поспешили уйти из школы, пока их никто не заметил. Всю дорогу девушки шутили и обсуждали нелепость их взаимной любви и страха признаться. Они вспоминали все ситуации, когда смотрели друг на друга не как на подруг и желали большего, но старались подавить эти чувства, считая неправильными. Весь их путь был наполнен звонким смехом и тёплыми взглядами. Но пришло время расходиться. Мари подошла к Еве и поцеловала её в щёку, шепнув на ухо: — Я люблю тебя, Ева. — И я люблю тебя, Мари. Они разошлись в разные стороны, направляясь домой абсолютно счастливые. Дома им ещё предстоит объяснять родителям, почему они пришли с мокрыми волосами и формой, но это уж будет потом. Я сейчас каждая из них улыбалась, то и дело оборачиваясь, чтобы ещё раз взглянуть на возлюбленную, пока они окончательно не скрылись из виду друг друга. Они знали: впереди их ждёт ещё много ситуаций, которые они проживут вместе и будут вспоминать с такой же улыбкой на лице, а ничего больше и не было важно.