Бесплатные пластыри

Школьный кабинет медсестры никогда не вызывал у Ксюши положительных эмоций, он ассоциировался только с вонючими лекарствами и острыми шприцами, совсем не внушая доверия. Но судьбе было плевать на её чувства, иначе как объяснить то, что в первый же учебный день она оказалась тут. Где-то в области правого виска пульсирует и неприятно покалывает, напоминая, что полчаса назад голова Ксюши была грубо впечатана в угол стены. Наверное, кровоточит до сих пор, но из-за четырёх пластырей, небрежно налепленных на рану, было непонятно. По хорошему, там бы бинт наложить, но администрация бедной школы решила не тратиться на такие ненужные вещи. Разбил голову? Держи пластырь, либо сам как-нибудь разбирайся, мы в тебя верим. Медсестра тоже посчитала, что ей вовсе не обязательно присутствовать в кабинете, когда к ней приходит избитый ученик. Пластырь клеить умеешь? Вот и отлично, действуй. На часах девять сорок — школьная линейка скоро закончится. Ксюша лежит на койке уже пятнадцать минут, не имея возможности даже посидеть в телефоне — тот разбился в ходе драки. Ей не остаётся ничего другого, кроме как рассматривать потолок и мысленно проклинать того парня, из-за которого она здесь оказалась. Началось всё ещё до линейки, когда все только собирались небольшими группками. Вся параллель десятого класса стояла рядом, так что избежать контакта между классами не вышло. Изначально Ксюша вообще не обращала на них внимания, но как только до неё донеслось одна фамилия, тут же обернулась. — Шикина как всегда... — шепчет какой-то брюнет двум девушкам, а те хихикают и кивают. — У вас проблемы? — не церемонясь спрашивает Ксюша, подходя ближе к ним. Девушки тут же замолкают, а вот парня, кажется, ничего не смутило. — Это у твоей подружки проблемы. Со стилем, — хмыкает он, наверняка в этот момент чувствуя себя гениальным шутником. Жаль, Ксюша юмор не оценила и предпочла переговорам старый проверенный способ — удар в челюсть. Он пришёлся немного ниже, чем планировалось, отчего злость только возросла. Парень сначала отшатнулся, слегка растерявшись, но потом решил, что драка на первое сентября — отличная идея. А спустя череду ударов к нему пришла идея ещё лучше — толкнуть Ксюшу лицом в стену школы, возле которой они стояли. Увидев в последствии кровь на её голове, брюнет замешкался, явно не желая разбираться с последствиями, которые повлекут за собой нанесённые травмы. А Ксюшу последствия не волновали, поэтому, отстранившись от стены, она с размаху ударила ногой в ту область паха, которая считалась самым уязвимым местом. Как итог — брюнет с визгом отправился сразу в травмпункт, а Ксюшу отправили сюда, лепить себе на висок пластыри и раздумывать о совершённом. Вторым она занималась совсем недолго, посчитав, что она одержала безоговорочную победу. Волновало только одно — Арина, которая осталась на линейке. Сначала она пыталась разнять дерущихся, но увидела их слишком поздно, чтобы как-то повлиять на это, а потом хотела пойти в медпункт вместе с Ксюшей, на что получила отказ. Скорее всего, Ксюшу ждёт выговор именно от Шикиной. В районе, в котором они жили, драки уже были чем-то повседневным, и учителя совсем не желали разбираться с ними, в отличии от Арины, которая всегда лезла разнимать дерущихся, даже если сама в итоге получала. Звук тиканья часов медленно сводил с ума, но к счастью, как только часы пробили десять, послышался скрип двери. Медсестра сейчас наверняка лакомилась булками в столовой, поэтому единственный человек, который мог сюда прийти — Арина. Ксюша приподнимается на локтях и оборачивается, ожидая увидеть гнев на её лице, но вместо этого она встречается взглядом с заплаканными глазами напротив. — Ксюш, ты конченная?! — Шикина подлетает к койке, всего на несколько секунд демонстрируя рассерженный взгляд, но как только видит на голове девушки кровавые подтёки, смягчается, шмыгая носом. — Ну и чего ты разревелась? — с улыбкой спрашивает Ксюша, поднося руку к щеке Арины. Большим пальцем она смахивает с неё слезу. — Действительно, — Шикина на секунду недовольно смотрит Ксюше в глаза, прежде чем опять начать бегать глазами по её лицу, с каждой секундой беспокоясь всё сильнее, — У тебя же сотрясение могло быть, или похуже чего. — Но у меня же его нет, — красноволосая разводит руками в стороны, совсем не видя причины переживать за неё, — Тем более, тот идиот получил по заслугам, так что я довольна. — А что он сделал то? — спрашивает Арина, подходя к тумбе у койки. Она берёт оттуда коробку с пластырями и ставит рядом с Ксюшей. — А ты не знаешь? — Не-а. Когда я подошла, вы уже дубасили друг друга, — Арина садится на койку и берёт руку Ксюши, бережно наклеивая пластырь туда, где красовалась свежая царапина. — Он про тебя сказал...Кое-что, — чуть тише говорит Ксюша, из-за чего Шикина поднимает на неё вопросительный взгляд, — Но это неправда всё. Арина вздыхает, доставая из коробки очередной пластырь. — Ну, ладно. Дай вторую руку. Молчание, повисшее в комнате, вовсе не напрягало, даже наоборот. Арина сосредоточилась на том, чтобы на каждую, даже самую маленькую ранку, наклеить пластырь. Всё таки, это одна из немногих бесплатных вещей в школе, стоит воспользоваться ей сполна. А Ксюша сидит, как зачарованная, не может взгляд от кудрявой макушки отвести. И платье у Арины очаровательное — бежевое, блестящее. Они его вместе выбирали специально для линейки, и ещё в магазине у Ксюши никак не получалось перестать засматриваться на Арину в нём. Сейчас, когда Шикина сидела так близко, можно было разглядеть каждую деталь платья и каждый изгиб тела. — Не делай так больше, — нарушает тишину Арина спустя несколько минут. Она поднимает голову, уже закончив с пластырями, но всё равно не отпуская руку Ксюши. — Я не могу просто стоять, когда про тебя говорят что-то, — отнекивается Ксюша, на что тут же получает недовольный взгляд. — Тогда, хотя-бы дерись подальше от стен, ладно? — Хорошо, — Ксюша улыбается и наклоняется вперёд, целуя Арину в лоб. Та довольно улыбается в ответ, выпрямляясь. Она подсаживается ближе, чтобы заключить девушку в объятия, — Хотя, если ты так мило будешь обрабатывать мне раны, то, может, мне стоит драться чаще... — Ксюш, — недовольно бормочет Арина, хмуря брови, — Пообещай, что не будешь такого делать. — Обещаю, — улыбается Ксюша и берёт чужое лицо в свои руки, притягивая к себе. Успевает даже на секунду заметить румянец, выступивший на лице Арины, прежде чем закрыть глаза. Ксюша целует так нежно, будто от одного неверного движения Шикина развалится, как хрусталь. Сейчас, в стенах этой школы, был только один человек, знающий, что Ксюша умеет быть такой. И этот человек сейчас сидел перед ней, закидывая руки на её шею. Но, к несчастью, нежной Ксюша могла быть не так долго, как хотелось бы, потому что практически сразу после поцелуя она неожиданно выдала: — Давай пластырей напиздим, бесплатно же. Арина пару секунд смотрит на неё вопросительно, а потом вздыхает, про себя думая, что ей уже пора привыкнуть к такому. — Давай быстрее, нам на классный час ещё. Ксюша кивает, быстро переворачивая коробку с пластырями. Она засыпает их к себе в карман и, довольная собой, покидает медпункт. Уже в коридоре полной грудью вдыхает свежий школьный воздух, наконец не пахнущий медикаментами и кровью. Арина выходит за ней, и тогда Ксюша понимает, что первое сентября очевидно удалось. Рядом красивая девушка, а в кармане десятки ворованных пластырей. Разве нужно что-то ещё для счастья?