Куда уходит луна

      Тишь, тьма. Только свет двух лун через окно, оставляющий тень качающейся листвы и ветки на полу. Камин не разжигали, из-за чего в доме было немного прохладно, и если Зефириону, днями впитывающему в себя солнечный свет и в принципе довольно тёплому, это не было проблемой, то Иона, не имеющая возможности посидеть под тёплыми лучами и двадцати минут из-за особенности кожи, мелко подрагивала от холода и заворачивалась в крылья, стараясь как можно сильнее прижаться к брату в поисках тепла.       Зефирион не был против, приобнимая младшую и закрывая её своими крыльями. Он смотрел на качающуюся тень той самой ветки с листьями и о чём-то думал, время от времени посматривая на беловолосую. Он знал, что она не спит. Понимал это по чуть светящимся синим глазам с четырёхконечной белой звездой вместо зрачка. Либо она не могла уснуть от холода, либо просто тоже о чём-то думала. – Ты как? – А? – Выглядишь потухшей. – А... Не знаю. В голове каша. Будто я одновременно слышу все миры. Большие города, что никогда не спят, водопады и дождь, гудки машин и крики птиц... У меня такое часто, когда я нахожусь на пример между сном и реальностью. Все эти звуки собираются в какой-то бесконечный белый шум и... Убаюкивают так что-ли?... – Понятно. Слушай, а ты никогда не задумывалась что было бы, если бы ты не умерла или если бы тебя удалось вернуть в твой прошлый мир? – ... Задумывалась. Но очень давно. Я уже не помню толком что там и как было. Но хорошо помню, что последние два года хотела умереть. Мне было плохо, и держалась я только благодаря искусственно поставленной цели и желания её исполнить перед смертью... Сначала желания. Потом я уже стала уговаривать себя создать крылья перед тем как умереть... Мне хотелось хоть раз взлететь... И благодаря брату. Мне было просто страшно оставлять его одного со своими родителями... А после того, как мой отец меня ещё и задушил я хотела поскорее свалить от них и окончательно прекратить с ним общение. Он понаделал слишком много ошибок. Скорее всего я бы в конечном итоге и так и сяк умерла... Раньше, позже... Какая сейчас разница? - Иона вздохнула и спрятала лицо в плечо брата. - Что-то я разошлась... Тут мне хорошо. Тут меня любят, я могу не скрывать свои эмоции, тут меня не затыкают, если собеседнику неприятно то, что я о нём думаю, а выслушивают... Тут у меня даже не срабатывает система... Как его... Противостояния? Не помню слово. Раньше на любую просьбу, и то в кавычках, ибо это скорее был приказ, по крайней мере так и воспринималось, я упиралась, даже неосознанно, и, можно сказать, посылала всё нахер. На протяжении почти всей жизни ощущала себя загнанным в угол раненым зверьком, у которого единственный выход - это бей или умри... - девушка вновь вздохнула. Глубже и тяжелее прошлого раза, поймав себя на мысли, что лучше уже закончить это изливание мыслей. - Короче говоря, я хочу полностью забыть свою прошлую жизнь. Жить тем, что имею сейчас. Так что не задумываюсь что было бы. Умерла и умерла. Получила то, о чём даже мечтать когда-то не могла.       Девушка опустила взгляд, стараясь частым морганием не дать волю набравшимся слезам, немного вздрогнув когда Зефир положил руку ей на спину. Для него всё ещё ощущалось какой-то неимоверной дикостью то, что она ему рассказала про свою жизнь когда-то. Многие полубоги свято верили, что у людей отношения с их "создателями" хорошие, если не отличные, а на деле... А на деле у кого как. И у большинства, как оказалось, плохо.       Златовласый довольно часто вспоминал первые дни знакомства с беловолосой бестией. Смягчило её состояние то, что сначала она приняла всё за сон. Шейпшифтинг, как она выразилась. Но, поняв, что всё вокруг реально, а она на деле мертва, Иона шарахалась чуть ли не всего вокруг. Частые панические атаки, галлюцинации, перепады настроения... Младшая часто пряталась за спиной или под крылом у Зефира, шарахаясь любого мимо проходящего, хоть и самому Зефириону ещё толком не доверяла.       Напуганная, одна единственная, в незнакомом мире, с незнакомыми существами, пережившая убийство... Поставить её на ноги хоть как-то было неимоверно сложно, и она сама это понимала. Иона часто скрывала свои эмоции, уверенная, что в ином случае может испортить отношения и что рано ли поздно Зефириону просто надоест её успокаивать и тот её бросит, разозлившись на то, что она очень медленно меняется, если меняется вообще. Подобная установка, "твои эмоции никого не интересуют" и "засунь свою злость поглубже, никому не интересно что ты злишься", появились, опять же, из-за родителей... В большинстве из-за отца. Ещё с раннего возраста.       Зефир прикрыл глаза, пропустив мысль, что каким же придурком надо быть чтобы подобное высказывать маленькому ребёнку. Полубог не был психологом, но и он понимал какие следы и последствия это может оставить. Ну, как понимал? Живой пример этих самых последствий сейчас сидел у него на коленях, греясь под крыльями, и потухшим взглядом смотрел в угол комнаты. – Чего уж таить, я и сам сокрытием эмоций грешу...       Пусть ребята и договорились, что оба будут рассказывать всё, что чувствуют, Иона хоть как-то, да научилась их рассказывать, пусть и с большими опасками. Вообще, удивительно как легко и быстро она адаптируется к происходящему вокруг. Но вот у Зефира с раскрытием своих эмоций окружающим были проблемы. Большие проблемы. И это, как бы странно ни было, обижало Иону. Она хотела знать чем может обидеть и что не нравится в ней окружающим чтобы как-то подкорректировать своё поведение. Хотела, чтобы окружающим рядом с ней было комфортно.       Зиф незаметно хмыкнул. – Милый ребёнок.       Иона завозилась и немного поменяла позу, посмотрев на брата. – Ты чего? – Ты дёрнулся. Хотела спросить что не так. – А, всё хорошо. – Окей... – Пойдём в кровать? Под одеялом согреешься. – Ммм... - Иона зевнула, обнажая острые драконьи клыки в два ряда и чуть высовывая длинный чёрный язык. - Хорошо.       Девушка выпуталась из кокона его крыльев и передёрнулась от обдавшего её тела прохладного воздуха, вспушившись и зябло втянув воздух. Встав следом за сестрой, Зефир повёл её в спальню. Почти что с самого начала те спали вместе. Иона на удивление быстро ему доверилась. И непонятно то было, от его к ней отношения или от того, что Зиф для неё в первые дни был буквально как спасательный круг посреди океана. Но терять его из виду хоть на пять минут для неё с большой вероятностью означало начало галлюцинаций или паническую атаку. Так что спят они теперь вместе.       Иона быстро сняла кофту и мягкие штаны и залезла под одеяло. Зефир же переоделся, давно привыкший к тому, что младшая терпеть не может пижаму... Из-за своей привычки перетирать ногами одеяло в попытках его согреть и бесконечная возня в кровати с одного бока на другой приводили к тому, что одежда задиралась и ощущалась весьма неприятно. Не успел Зефир толком лечь, к нему под бок прижалась Иона, заставив слабо улыбнуться. По привычке обняв младшую, а вместе с ней и относительно большого рыжего кота-батона в её руках, которого мило назвали Батошиком, златовласый закрыл глаза, почти мгновенно засыпая. Что-ж. Наверное, он и сам не хотел бы расставаться с младшей сестрой...