Я календарь переверну

Сегодня в учительской было подозрительно тихо. Никаких скандалов, ссор из-за учеников с классными руководителями. Уроки закончились около часа назад, так что большинство учителей не прятались в закрытой от школьников комнате а сидели в своих кабинетах, расставляя оценки в электроном журнале, заполняя ведомости и проверяя домашние задания. Огай работал учителем биологии в этой школе около пяти лет. Раньше он преподавал на курсах подготовки к экзаменам и занимался репетиторством, но желание стабильности заставило заинтересоваться поиском постоянной работы. Школа недалеко от дома стала отличным вариантом, да и учитель биологии им требовался. Несмотря на это Мори ожидал чего-то неприятного. Первый год прошёл подозрительно мирно, но позже ему отдали пятиклашек. Да, классное руководство, не слишком радовало, но это не было худшим. Его класс нередко ссорился с параллельным, вечные разборки, слухи из школьной курилки (женского и мужского туалета), вызовы к директору и конфликты на педсоветах. Огай и сам не ожидал, что так привяжется к детям и станет защищать их, даже понимая косяки ребят и соглашаясь с претензиями. Несмотря на это в разговорах с коллегами всегда были: давайте поймём, кто начал; ваш ученик его спровоцировал, не лучшим решением было оскорбление семьи; не подготовил домашнее задание? Я задал им масштабный проект, вот ребёнок и не успел, учту это в следующий раз; не пришёл на репетицию школьного концерта потому, что занимался со мной дополнительными в это время, приношу свои извинения; и прочее прочее. Мори давно привык к выходкам детей, как-никак был их классным руководителем уже четыре года. Нынешние девятиклассники не слишком думали о экзаменах, больше сосредотачиваясь на очередных стычках с параллелью. Всё бы ничего, годы идут, жизнь в школе не меняется, если бы классная руководительница параллельного девятого Б не ушла в декрет. За месяц до этого в школу устроился новый учитель литературы, который без особых проблем заменил классного руководителя. Для него это не вызывало трудностей и переживаний, но для Огая было сущим кошмаром. Фукудзава был и его учителем литературы в своё время. Мори явно не ладил с этим предметом, в аттестате стояла злополучная тройка. Не будет враньём сказать о том, что учился Огай не лучшим образом, в те годы он грезил открытием своего бизнеса, начиная с продажи сигарет в школе и наймов посредников в лицах одноклассников. Дело процветало, родители уже смирились с оценками парня, но вот злосчастный преподаватель литературы спалил одного из «наёмных работников» во время продажи. Парень брал всю вину на себя, не выдавая Мори, уже тогда Огай догадывался о влюблённости одноклассника, но отодвигал страшные мысли подальше. Юкичи был наблюдателен, даже слишком. Это и стало проблемой. Учитель литературы видел, как один из его учеников заявляет, что продаёт сигареты сам и никто с ним в этом не участвует. Уж больно яро тот защищал кого-то. Фукудзава сделал вид, что верит парню и вызвал его родителей в школу. Уже у них он выяснял, кто ещё стоит за продажей, предполагая, что сын мог оказаться в плохой компании и расспрашивая, с кем дружит мальчик. — С Мори они хорошо общаются. — Кивнул отец. — Несколько раз в гости звал, но тот мальчик казался нам хорошим. Биологию всегда объяснял сыну. — Даже предполагали, что это не только дружба, — стыдливо опустила глаза в пол мать. — Очень часто нам про Огая рассказывал, всё хотел на ночёвку позвать, когда мы на дачу собирались. Юкичи поблагодарил родителей за информацию и продолжил своё расследование. Десятиклассник давно напрягал его. Учился хорошо только по биологии, химию жутко не любил, так что вряд ли бы поступил в медицинский, другие уроки шли средне, бывали четвёрки с тройками. Ни двоек тебе, ни пятёрок. Фукудзава и сам замечал поглядывания пойманного ученика на Мори, так что подозревал, что парень защищал именно объект воздыхания. Картина сложилась, когда учитель литературы заметил их целующимися в конце коридора, после уроков. Юкичи завернул за угол, давая разыгравшемуся либиду школьников время, не желая смущать учеников. С тех пор прошло много времени. Огай средне закончил школу, удивительно для всех поступил в педагогический, а друга его и след простыл. Фукуздава не заводил разговор о том случае, так что не знал, что Мори так лишь благодарил рабочего за враньё перед учителем «говори что хочешь, может сделаю», захотел подчинённый поцелуй. Но в выпускном классе Огай как следует отжигал на литературе, то спорить с Юкичи начнёт, то будет оправдывать плохие оценки тем, что учёба ему не сдалась. Фукудзава тогда подозвал его на перемене, говоря что знает про мечты о бизнесе, но с такой неосторожностью у Мори ничего не выйдет в будущем. Тогда пришлось прижать уши и сидеть тихо. Мори тоже не всё знал из школьных лет, так и не поняв, почему Юкичи не рассказал всё его родителям, если догадался, что к чему. Теперь же они стали коллегами. Оба мужчины были нелюдимы, так что другие работники школы не удивлялись отсутствию общения между ними. Но когда Фукудзава внезапно стал классным руководителем, общаться всё же пришлось. Дети никак не хотели прекращать свою войну. А другие учителя словно подливали масла в огонь, то один класс перед параллельным расхвалят и сравнивать начнут, то наоборот скажут, что первый класс недотягивает до параллели. В общем, вражда становилась всё сильнее с приближением экзаменов. Последний год, когда можно ссориться, потом часть учеников уйдёт в колледжи, часть переформируются в профильные классы. Мори и Фукудзаве постоянно приходилось обсуждать между собой поведение учеников. В таких разговорах Юкичи обязательно напоминал, что класс биолога очень напоминает его самого в школе, такие же наглые. Огай говорил, что класс литератора не многим лучше и нередко они начинают конфликт, чуть ли не на урок к нему заваливаясь. Сегодняшний день прошёл без особых происшествий. Никаких драк и крупных ссор, Мори стал свидетелем лишь колких обзывательств, но быстро утихомирил детей. После уроков он решил сделать небольшой перерыв, перед заполнением очередных бесполезных бумаг. Когда время занятий подходило к концу, биолог мог себе позволить курить в школьном дворе, не ожидая любопытных взглядов. Сигарета верно заканчивалась, Огай задумывался о том, чтобы выкурить вторую, но его отвлёк странный звук, которого уж точно не должно было быть на территории школы (как и курящего Мори). Мяуканье шло от окна его кабинета на первом этаже. Жалюзи были задёрнуты, так что подошедший учитель не видел, что находится внутри кабинета. Жалобное мяуканье продолжалось, но на улице кошки не было. Заинтригованный Огай вернулся в школу и быстрым шагом шёл к своему кабинету. Если там и правда есть кошка, он обязательно устроит выговор своему классу за подобные шутки. Мало того, что бедное животное заперли, так ещё и в его кабинете. Класс был не заперт, так что Мори быстро открыл дверь и увидел на своём столе недовольную кошку. Зверь имел трёхцветный окрас, на белой шерсти были оранжевые и чёрные пятна. По полу рассыпан корм, которым ученики, видимо, хотели накормить кота. Само же животное даже не смотрело на еду, без какой-любо неуверенности изучая учителя. Кот был подозрительно чистым для бездомного, да и зашуганным не выглядел. Мори не собирался оставлять животное здесь, но куда отнести не знал. К себе домой не вариант, квартира съёмная, при обнаружении кошки выселят и зверя и его самого, ученикам писать бесполезно, они свою вину не примут, а заводилу выдавать не будут, уж очень сплочённый класс с вязи с наличием общего врага в лице девятого Б. Огай решил временно отнести кошку в учительскую, может там найдётся какая-то одинокая женщина, которая решится забрать несчастную зверюшку себе на попечение. Кот не брыкался на руках, уведено лежал рассматривая школу. Мори усмехнулся своей мысли о том, что несёт короля здешних земель. — Знать бы, где тебя мои оболтусы нашли. Из дома сбежал что ли? — Кот оказался неплохим собеседником, в отличии от школьников умел слушать и молчать. Поучиться бы им у кота. — Оставлю тебя, будешь на моём столе сидеть, подавать пример. Учительская была на третьем этаже, но дошёл Огай достаточно быстро. Кот и не думал мешать. Увы, открыв дверь, Мори понял, что добрых женщин здесь нет. Вместо них сидел мужчина, который несколько лет назад являл собой исчадие ада. Юкичи игнорировал появление коллеги, занимаясь заполнением бумаг. Но кот решил приветственно мяукнуть, призывая к поклону его королевской особе. Проигнорировать это литератор не мог. Он оглядел кота всё же склонив ему свою голову. После чего обратил своё внимание на Огая, который принёс зверьё в учительскую. Фукудзава уже собирался спросить, откуда у коллеги кот, но Мори предугадал его, объясняя ситуацию. — В своём кабинете нашёл. — Он бы пожал плечами, но руки были заняты. — На полу корм валяется, а явление Христа народу на моём столе сидит. Решил сюда отнести, может заберёт себе кто. — Я заберу. — Не задавая лишних вопросов, ответил Юкичи. — Он мне нравится. — Ну хорошо тогда, одна проблема решена. — Улыбнулся Мори, осторожно ставя кота на пол. Царевич мельком осмотрел комнату и направился к новому слуге. — Жаль, вы не догадались в своё время кота в школу принести. — Бесцветно произнёс литератор. Он протянул коту руку, дабы животное привыкло к его запаху. Уже после этого осторожно погладил и мягко почесал подбородок, в самом конце взяв на руки. — Разве вам бы понравилась такая моя выходка. — Усмехнулся Мори, присаживаясь за свой стол. От бумаг никуда не деться, всё же придётся заполнять. — Ваши выходки мне никогда не нравились, но внимание привлекали только так. — Фукудзава не прерывался от созерцания кота, медленно поглаживая его подозрительно чистую шерсть. — Но если бы моего кота нашли и принесли, было бы здорово. — Так это ваш? — Удивился Огай, так и не начав работу. — Уж не знал, что дети нынче котов крадут. — Мой, — кивнул Юкичи. — На днях окно не закрыл, когда на работу уходил. Вечером его уже не было. — Хорошо, что нашёлся. — Вежливо улыбнулся Мори, пробегаясь глазами по документам. — Всё рано или поздно возвращается.