Лучшая тетушка или матушка?

      Снова яркий режущий глаз свет свечей слепил меня, снова я чувствовал горячий воздух обжигающий легкие, снова мне предстояло пройти через страдания, через боль. И если к физической боли я уже давно привык, то к новым предательствам, к новым лицемерный лицам, к новым потерям я не был готов.        Да я знал, что боль это часть жизни, что предательство часть человеческой натуры. Но я не хотел пережить это снова.       Я не хотел, но видимо снова придётся. Ведь стоило мне сделать первый вздох, как ко мне тут же вернулась эта боль. Сотня и сотня голосов подобно гвоздям снова вколотились в мою голову. После нескольких месяцев тишины, шум самых тёмных мыслей разрывал мою голову, и от этой боли так и хотелось кричать. Кто-нибудь прекратите эту боль.        ПРЕКРАТИТЕ!!! ЗАМОЛЧИТЕ!!!!! ПРОЧЬ!!! ПРОЧЬ УБИРАЙТЕСЬ!!! Я НЕ ХОЧУ СНОВА СЛЫШАТЬ!!!        Однако мои голосовые связки были слишком слабые, чтобы проговорить эти слова и единственное, что я мог так это кричать навзрыд. Кричать от боли, что пронзала меня словно сквозь плоть.        Я знал, что это бесполезно. Мало того что мой крик никто на свете не сможет понять, так ещё я слышал, как моя старо-новая семья явно желала расправиться со мной. Считая меня монстром и предателем клана.        Хах. Это кто же ещё был предателем?       Что ж смерти я не боялся. Однако теперь я был не один и если я не раскрою себя, то та часть меня, что очистилась от тьмы попросту канет в небытие.        Только не снова, я не должен потерять его... Почему? Сам не знаю. Просто не хочу. Не хочу снова...        Однако как только я почувствовал приближение шикигами, и готов был призвать дух огня, чтобы уничтожить эту мелкую сошку. Как тут же пара чьих то холодных мёртвых рук схватила меня.        Что это?        Не успел я опомниться, как мертвец бежал прочь от клана который я породил. И клана, который пытался меня убить.        С одной стороны это было моим шансом призвать духа огня и убежать, куда подальше, куда не видят ещё мои глаза.        Однако с другой стороны я не мог. Ведь я не мог гарантировать, что моего брата эти самонадеянные павлины не тронут.        Господи! До чего же опустился мой клан, что они готовы убить члена своей семьи лишь бы стереть "угрозу" с лица земли. Они стали ничуть не лучше тех фанатиков, что сожгли мою мать, они стали ничуть не лучше людей, что ради статуса готовы на лицемерие и предательство.        И с этим сбродом я бы не хотел иметь ничего общего. Но общая у нас кровь, что течёт в наших жилах. Я сам выбрал возродиться в своей старой семье, не зная что за пятьсот лет они стали ещё хуже.        И пока мои мысли метались между решением призвать духа огня, забрать брата или бежать, внезапно я услышал до боли знакомый голос:       - Молодой господин...        Вэнь Нин? Ты ли это? Но как?        Воистину творение Старейшины Илина не перестаёт меня удивлять, ведь я рассчитывал, что по достижению шести столетий, душа мертвеца преобразиться и тогда освободиться от проклятой мёртвой оболочки. Однако живая воля Вэнь Нина оказалась сильнее его природной сущности, и он сумел прожить ещё два столетия как живой мертвец.        Однако какой бы сильной не была воля духа, без шамана создавшего его, Вэнь Нина бы мигом засекли, да и найти меня бы он не смог. Пусть мы и сражались бок о бок, всё же не я сотворил это воистину необычное и даже диковинное творение. А это значило одно, среди тех кто пытался меня убить, притаился человек, с кем я хотел уже давно познакомиться.        Старейшина Илин, Вэй Усянь.        Встретив Вэнь Нина пять столетий назад, я уже смог познать мощь и изобретательность этого заклинателя вступившего на тёмный путь. Ведь обычные мертвецы оживлённые заклинателями, пусть и могли обладать собственной волей и разумом, всё же их существование в мире людей зависело целиком и полностью от души шамана призвавшего его и стоило им умереть, как их мертвецы отправлялись вслед за ними.        Но даже фоне других мертвецов Вень Нин был другим. Даже спустя три столетия после смерти своего господина, он оставался автономным живя только на энергии своей души и своей воли, что с годами, как и положено любому призраку лишь усиливалась.        Но и не только сам мертвец дали мне понять насколько интересен мог быть Старейшина Илин, использовав "Единение", не только он видел мои воспоминания, но и я его, и я видел насколько добрым и в то же время безжалостным, насколько рассудительных и безрассудным, настолько изобретательным и в то же время простым мог быть этот заклинатель.        Сплошное противоречие! Прямо, как и я!        Думаю старейшина тоже так подумал. Иначе не стал бы спасать меня.        Однако кем из всех тех людей, что я не мог увидеть, но мог слышать, был этот Старейшина?        Решено! Я должен его увидеть! Поэтому я и останусь.        Как будто прочитав мои мысли Вэнь Нин нежно и в то же время бережно словно я был какой-то фарфоровой куклой, держа на своих мёртвых бледно серых руках, ответил:       - Молодая госпожа хотела бы помочь вам, поэтому я попрошу вас задержаться. - и после минутной паузы он продолжил:        - Тем более она явно не хочет, чтобы вы бросали брата, ведь одна она явно не справиться.        Молодая госпожа?       Я невольно усмехнулся, кому расскажешь, что изобретательный и непредсказуемый Старейшина, возродился в качестве юной девы, никто бы из его недругов в жизнь бы не поверил.        На вряд ли это была та женщина, что породила нас с братом. В её мыслях читалась лишь жгучая ненависть по отношению ко мне.        Хах, забавно!        Мои потомки ведь даже меня не знают, а уже заведомо ненавидят. В этом море ненависти и порицания и вправду можно было затаиться, ведь Рейши и вправду в такой толпе негативных эмоций не сможет чётко определить того, кто на твоей стороне сразу, голос спасения в подобном океане ненависти будет словно тихим шёпотом который невозможно услышать.        И тут я почувствовал как с дуновением ветра, он принёс энергию мира мёртвых и пусть её обладатель уже не использовал её для сражения, всё же магический след от заклинаний был ещё заметен. Даже без применения Рейши или фуреку я уже мог сказать, что без боя старейшина точно не ушёл. И явно судя по запаху крови и дыма, битва для Асакура была тяжелой.        Ха и поделом им.        Фигура Старейшины всё приближалась, встреча близко. Я мог бы использовать Рейши, чтобы предугадать эмоции нашей встречи, но я этого не хотел.        Я не хотел знать заранее, что он или она обо мне думает. Ведь, скорее всего, это не будет весьма приятной встречей, скорее всего Старейшина видит во мне и в моей Второй половине, только сильного союзника и не более, а возможно и просто объект для изучения, но никак не равного себе заклинателя.        Да, я видимо привык думать обо всех хуже, чем оно есть на самом деле. Но с другой стороны чем хуже ты о ком то думаешь, тем меньше шанса разочароваться.        И когда я собирался с мыслями думая, раскрывать ли себя перед Старейшиной или нет, я внезапно услышал как она явно что-то напевала:

" Испив вино забудешь

Горечь и печаль

Лунный свет твой путь озарит

И даже если пропадёшь...

В конце пути

Я смогу тебя найти "

      Песня словно колыбельная имела тихий и явно спокойный и умиротворенный мотив. А в её голосе звучала нежность и трепет.        И вот она подошла.        Я готовился к любой выходке этой своенравной и неукротимой души, от банального убийства, до заключения с ней паритета. Мой дух огня был наготове на случай если всё-таки придется сражаться с ней.        Но вместо этого я почувствовал, как мягкая тень от лунного света склонилась наклонившись надо мной одарив меня нежным и мягким прикосновением её губ на моём лбу.        Сердце предательски пропустило удар и явно не веря происходящему я открыл глаза, чтобы убедиться в реальности происходящего.        На меня смотрели фиолетовые глаза, полные тепла, радости и любви. Глаза в которых не было ненависти, страха или безразличия. Хоть это было странно ведь она знала кем я был. Но при всем при этом не испытывала ко мне ненависти или страха и даже не хотела возыметь с меня выгоду. Напротив использовав Рейши, я почувствовал только невероятной силы... Любовь?        Ей было плевать кто я такой, было плевать, что я думал о жизни и о людях. Единственное, что она ощущала к нам с братом это была лишь любовь. Такая яркая и такая обжигающая словно огонь.        Надо бежать! Если я забудусь, если утону в этой любви то, то что мне дорого снова уничтожат. Мир жесток! Люди жестокие! Жизнь приносит сплошные страдания!        Однако Старейшина только прикоснулась нежно к моей щеке и проговорила:       - Прости я припозднилась, Хао! - с яркой в голосе улыбкой проговорила она. После чего с голосом выражающий полное понимание произнесла:        - Я знаю, что, скорее всего, из-за энергии Инь и проклятья Рейши твоя память будет с тобой. Не бойся я позабочусь о вас с братом!       И эти слова были правдой, она не кривила душой, когда молвила эти слова...        Я был в смятении.        С одной стороны я мог со спокойной душой, бежать не боясь, что она навредит моему брату, а с другой я не хотел, не хотел отвечать на её самоотверженность и безрассудство чёрной неблагодарностью.        Тем более что я ещё не видел на что способен Старейшина Илин Вэй Усянь.