Лучшая тетушка или матушка?

      Пусть Юань старался всячески направлять Усяня в его небольшой потасовке против Рена, всё же он понимал, что его названный младший брат был после нескольких ударов на пределе своих возможностей и если он так и продолжит находиться в теле юного заклинателя то рискнёт попросту сломать душу. Чего он явно не хотел допустить ни в коем случае. Ведь он очень сильно любил своих братьев и не желал чтобы кто-нибудь из них пострадал, тем более от его руки, пусть и призрачной.       И когда он почувствовал, что еще немного и Усянь попросту выбиться из сил, священный дух могильных курганов горы Луанцзань покинул тело юного шамана и тот упал придерживая себя руками чтобы не удариться об деревянный пол.       - Прости Юань я ещё слишком слаб для единения! - только и сказал мальчишка, явно сожалея о том, что он больше не мог держать общий контакт с Сычжуем, чтобы победить и чтобы защитить своих родных и в особенности своего старшего брата и он мог только и делать что попытаться отдышаться после самого первого его в жизни единения.       И пусть мальчику и понравилось чувствовать единство с кем-то ещё особенно со своим названным старшим братом Сычжуем, однако он не мог не признать, что последствия от подобного единения были ужасны, всё его тело жутко болело, словно по нему только что прошлись асфальтирующим катком, в глазах мутнеет и казалось, что ещё чуть-чуть и он выплюнет свои внутренности.       И явно желая поддержать своего младшего братишку, призрак похлопал по плечу младшего Ланя по плечу используя свою духовную силу, чтобы мальчик, сумел почувствовать контакт этой неощутимого эфира, его нынешнего тела и с тёплой улыбкой он произнёс:       - Ты молодец А-Сянь! Для самого первого единения, ты был очень силен!       Увиденное заставило юного Тао просто замереть от шока, ведь в его семье было не принято, чтобы дух осмеливался не просто выходить из тела шамана, как только ему заблагорассудится, но ещё и проявлять такую искреннюю заботу и поддержку, словно эти двое были и вправду родными братьями. Видя это сердце Рена пропустило ещё больше боли, он попросту не верил, что подобное возможно. Ведь их с сестрой постоянно обучали тому, что духи не более чем инструменты в руках шамана, что сам шаман не должен испытывать ничего кроме безразличия и что силен лишь тот кто способен пожертвовать любым духом для достижения своих целей.        Впитывая эти знания с младенчества, живя в доме где везде царила смерть и жестокость, мальчику было просто невыносимо больно видеть иную картину, ему казалось что вот-вот и его сердце разорвётся от подобной несправедливости, ведь когда его обучали единению отец его буквально нещадно избивал лишь бы сам Рен продержал духа в течении получаса и не отключился в то время, как здесь он видел как Усянь продержался явно в двое меньше, а его продолжали только поддерживать и помогать не упрекая за неудачу и не избивая.       Охваченный жгучей словно молнией яростью и он без всяких сомнений позвал своего преданного духа:       - Басон!       Полководец тут же понял его приказ, и пусть он не хотел, чтобы на руках такого маленького господина снова была чья-то кровь, всё же как солдат он не мог ослушаться приказа того, кто стоял выше его по иерархии.       И не раздумывая ни секунды поддавшись своему гневу Рен с криком попытался снова ранить своего противника, в надежде стереть ту картину, что он видел на яву.       Однако его копьё тут же наткнулось на барьер из духовной энергии, которую создал священный дух, и прикрывая собой младшего Ланя, он с серьёзным лицом сказал:       - Не знаю какая у тебя причина злится, однако я не позволю тебе тронуть моего шиди, я не позволю своему брату умереть!       Услышав это ярость Рена лишь сильнее вспыхнула в его сердце и ему казалось, что ещё немного и она захлестнёт его подобно океану. Ведь где это видано, чтобы призрак не просто добровольно без приказа принялся защищал своего хозяина, а считал его своим братом? Это было попросту не мыслимо и явно считая это бредом он впал в истерику и прокричал:       - ДА ЧТО ЗА ЧУШЬ ТЫ ВООБЩЕ НЕСЁШЬ? БРАТОМ? НЕ ПОЗВОЛЮ УМЕРЕТЬ? ТОЛЬКО НАИВНЫЕ ИДИОТЫ МОГУТ ВЕРИТЬ, ЧТО С ДУХАМИ МОЖНО ДРУЖИТЬ!       - Пусть ты так думаешь, но факт остаётся фактом. Юань-гэ старший сын моих родителей, что меня вырастили. А значит он мой старший брат! И не важно живая в нём течёт кровь или энергия Инь!!! - решительно встав с пола произнёс Усянь глядя на своего оппонента считывая в его глазах только боль и потерянность.       Он явно чувствовал, что Рен был просто обычным мальчиком, что просто следовал заветам семьи даже не задумываясь о чувствах других. И чей мир теперь был на грани разрушения и благо они встретились в столь юном возрасте когда убеждения ещё были нестабильны и явно были подвержены изменениям, иначе будь они постарше Усяню бы пришлось ещё долго искать ключи к душе потерянного ребёнка.       Однако психика Рена не могла смириться с подобным примером взаимодействия с духами и явно в попытках доказать свою правоту, он отчаянно ещё раз замахнулся копьём использовав всю свою духовную силу что у него была, лишь бы разрушить барьер.       Однако не успел он замахнуться, как копьё тут же столкнулась с чём-то более тяжёлым и сильным нежели просто барьер какого-то духа.       Это была железная цепь, что одним ударом разломало итак уже трещащее по швам копьё.       И как только этот удар произошёл, остаточная волна откинула Рена назад, заставив его духа хранителя покинуть тело гордого и надменного Тао и явно находясь на истощении, не в силах даже пошевелить пальцем брюнет повалился на землю. К сожалению он проиграл эту битву и не смог отстоять свои идеалы и всё это из-за странного мальчишки для которого духи были словно живые люди.       Как только Рен потерял сознание Сычжуй тут же опустил барьер искренне радуясь тому, что беда миновала и что на помощь пришёл его родной дядюшка Вень Нин, чья мощь явно будет получше чем от любого духовного барьера.       Как только деревенские жители принесли Лань Вэя домой в панике рассказывая хозяйке дома о том что произошло в магазине сувениров, Лань Ин тут же без всяких раздумий послала на подмогу своему младшему сыну Вень Нина, в то время как она постаралась бы сама излечить своего старшего, явно беспокоясь о том, как бы от переизбытка негативных эмоций у ребёнка не началось бы искажение ци и мальчик бы банально не погиб.       Вень Нин прибыл как только смог и сказать что он был вовремя, ведь неизвестно сколько бы ещё продержались братья Лань если бы призрачный генерал пришёл бы на несколько мгновений позже. Явно беспокоясь как о своём племяннике, так и о мальчике что вырос прямо у него на глазах живой мертвец с явно испуганным выражением лица посмотрел на обоих ребят после чего слегка неуверенно словно боясь спугнуть удачу и боясь давать себе ложную надежду спросил:       - Вы целы?       На что Сычжуй только утвердительно кивнул, а Усянь уже полностью оправившись после недавнего самого первого единения с радостью подбежал к мертвецу и с улыбкой на устах обнял его:       - Дядя Нин! Дядя Нин! Сегодня я впервые научился единению! - светясь от восторга произнёс мальчик явно радуясь, что он сумел, использовать столь опасное и сложное заклинание.       Эмоции на лице же самого Вень Нина сменялись одна за другой, от лёгкого испуга и явного удивления, до вздоха облегчения и улыбки полной радости и гордости. Ему явно не верилось что малыш которого он совсем недавно держал на руках такого крошечного и беззащитного, уже потихоньку начинал превращаться в довольно сильного и самодостаточного заклинателя, что когда-нибудь сможет самостоятельно выбрать свой путь. И пусть Усянь не был ему родным племянником всё же годы при которых этот мальчик и его брат росли у него на глазах давали о себе знать и теперь они были для него такими же членами семьи, как и его племянник Лань Юань или молодой господин Вэй Ин со своим супругом.       И как только два духа и юный шаман уже думали покинуть дом и поспешить к измученному от своего же проклятия брату и обеспокоенную из-за произошедшего маму, младший Лань у кратко посмотрел на Рена.       Этот мальчик был фактическим его ровесником, и ему пришлось столкнуться с невероятной болью. И если в самом начале встречи с ним Усянь готов был его избить до полусмерти за то что мысли этого парнишки ранили его брата, то теперь глядя на этого беззащитного и явно истощëного после тяжёлой битвы такого же ребёнка как он и его брат, сердце Янь-Хао пропустило сочувственный удар и он с сожалением глядя над поверженным противником решительно сказал:       - Мы не можем его бросить!       И явно поняв намерения юного господина Вень Нин без всяких возражений взял на свою вторую руку ещё и Рена, тем более, что почувствовав удар копья, он ощутил что-то неимоверно знакомое в духовной энергии юного Тао, словно он уже сталкивался с этой энергией много лет подряд и не один раз. И призрачному генералу самому хотелось узнать что за человеком, а точнее заклинателем был этот ребёнок - Рен Тао.