Лучшая тетушка или матушка?

      Вечер на территории Юньмене был необычайно красив и радовал своей красотой даже спустя несколько столетий.       Вэй Ин и сам не знал как сильно будет скучать по этим местам, пока не вернулся в пристань лотоса в этой жизни. И пусть сегодняшнее приключение до сих пор заставляло сердце Старейшины бешено колотится, всё же это никак не омрачало радости от возвращения в родную гавань, ведь в конце концов её дети были в целости и сохранности, а значит, что беда и вправду миновала.       И всё это благодаря Вэю, который смог вовремя уничтожить речных гулей с помощью своего духа огня, при чем души всех утопленников в радиусе Юньмена были уничтожены буквально за несколько секунд, а их души растворились внутри огня духа стихий что мог гореть и поглощать души даже в воде. Тем самым сам Лань Вэй сразил двух демонов одним выстрелом и восполнив энергию духа, и заодно и уничтожив как фактическую так и потенциальную угрозу для своего братишки и родителей.       Ночной город поражал своим сочитанием эстетики древности и современных построек, буквально по какой бы улице не прошлась бы семья Лань так найти кирпичный дом или здание с железным каркасом было большой редкостью. Даже спустя пелену времени, пристань Лотоса которую Старейшина так знал и любил, оставалась тихой и мирной гаванью где не прекращала струиться жизнь.       И видя краем глаза, как жители Юньмена то и дело вывешивали листовки с просьбой о сохранении целостности местности, о сохранении заповедника Лотоса, Вэй был поражён этому. Он и не думал, что по сути обычные люди будут так трепетно сохранять природу и красоту этого места. Ведь он, видя сотню, а может и тысячу людей, что готовы были разрушить всё попросту со временем забыл, что всё зависело вовсе не сколько от вида, сколько от морального облика существа, что может творить как благое дело, так и грубое, как один шаман может быть причиной разрушения, так и человек может стать причиной созидания.       И пусть он всё ещё боялся людей потому что попросту не понимал их природу, всё же он для себя решил, что пока они не трогают его и его семью, он будет сохранять пусть и шаткое, но всё же перемирие.       Явно увидев вовлечённость старшего сына, к добровольной акции в честь сохранения Лотосовых прудов, Ин с задорной улыбкой сказала своему сыну:       - Я рада, что ты теперь можешь увидеть и другую сторону нашего мира, теперь твой взор открыт для того, чтобы увидеть, что не только шаманы могут дорожить своим домом.       И пусть А-Вэй ничего не ответил всё же на его лице отразилась лёгкая улыбка и мальчишка открыв глаза продолжал любоваться красотами ночного города вместе с братом, который всё это время прикидываясь ещё пострадавшим от падения в озеро сидел на руках у отца и заворожено смотрел то на вечерние огни города то на звезды то и дело пытаясь посчитать каждую из них.       Усянь всегда умел то о чем давно забыл и что пытался наверстать его старший брат, а именно ловить момент и жить каждым мгновением, буквально влюбляясь не в местность или людей, а даже в саму суть жизнь, явно видя в ней свою красоту и ценность. Подобно своему имени он был лишён всяких сожалений даже сейчас считая звезды, или с завороженностью смотря на большой храм украшенный сотней огней и узоров в виде лотосов девятью лепестками.       Завороженный подобной красотой Усянь младший даже впал в лёгкий транс пока его семья не приблизилась к этому зданию и отец не опустил его на землю, и явно возмущённый от того, что его будто вырвали из приятного сна мальчишка возмутился:       - Ну папа! Разве это честно, я ещё полностью не оправился после сегодняшнего купания, а ты так меня отпускаешь!       На что Лань Чжань отлично понимая, что А-Сянь так канючит не в серьёз лишь ловко и нежно потрепал его по волосам, и также с любовью в голосе произнёс:       - Далее в храм предков ты должен вступить сам Лань Усянь.       И поняв, всю серьёзность момента Усянь прекратил канючить и только учтиво кивнул:       - Хорошо отец! - после чего отвесил в знак послушания первый поклон отцу, и потом подойдя к священному храму второй поклон более низкий перед храмом говоря:       - Позвольте нам духи предков войти в храм!       И когда зажглась уже потухшая на ветру палочка для благовония мальчик со спокойной улыбкой стал ждать своего брата, чтобы войти в храм вместе с ним.       Благо Вэя не пришлось долго уговаривать и он тоже отвесив поклон храму взял брата за руку.       Итак дети вдвоём вошли в огромный храм, что был обставлен множество украшениями светильниками в виде лотосов, а также небольшими каменными ящиками и постаментами с именами людей что когда-то жили в пристани Лотоса.       На самом главном постаменте как раз таки и красовались имена всех глав ордена среди которых и были имена к которым и хотела обратиться Старейшина Илин.       Итак она зажгла две ритуальные палочки после чего хлопнул в ладоши с молящим жестом обратилась к могиле её приёмных родителей из самой первой жизни.       - Прошу прощения, что снова как восемь сотен лет тревожу ваш покой, дядя Цзян... Мадам Юй... Но я посчитала, что это будет правильным если люди что меня вырастили, должны быть духами наблюдателями за этой церемонией посвящения в заклинатели. - после чего она не колеблясь ни секунды отвесила земной поклон им.       После чего спустя считанные мгновения повернулась к своим детям, которые специально для ритуала посвящения были наряжены в белые одежды, как в символ связи с миром мёртвых, ведь именно, что им предстояло пройти через ритуал.       Вэю подобное было не совсем в новинку, ведь что на обучении шаманскому ремеслу, что во второй своей жизни, он так или иначе проходил через этот обряд инициации, однако он не понимал смысла в данной процедуре если его душа уже была связана с двумя мирами, и они с братом, как две её части просто не нуждались в чьём либо благословении. Однако он не смел ничего возразить матушке в подобном месте, так как просто не хотел гневить духов поэтому и предпочёл только молча ждать указа.       Для Усяня же подобное действие было в новинку и он явно не знал как реагировать, ему казалось порой, что вот-вот и его сердце точно выпрыгнет из груди, а сам он просто потеряет сознание от сильного волнения, да в глубине души конечно он подозревал, что это было не страшно, и да он не боялся, просто сгорал от любопытства, что за ритуал хотела провести матушка, однако увидев как брат приложив палец к губам он понял, что должен сохранять молчание, чтобы не разгневать духов.       Итак два мальчика стали смиренно ждать указаний своей матушки. - Протяните свои правые руки! - попросила она и мальчики могли только смиренно выполнить её указ, попутно наблюдая как их родители повязывали им на руки Красную нить говоря:

" Куда не шла бы нить судьбы

Для духов злых не виден ты!

Пускай ядро духовной силы

Тебя спасёт и от могилы. "

      Говорили родители синхронно не запинаясь явно разучив это заклинание наизусть.       И когда нить была повязана двойным узлом с улыбкой, бывший адепт ордена Юньмен Цзян торжественно произнесла:       - А теперь вложите в повязанную родителями нить защиты, малую частичку своей духовной энергии       И как только красная нить наполненная духовной энергии близнецов начала святится Ин продолжила постепенно направлять и наставлять сыновей:       - Теперь зажгите нить огнем от палочек благовония.       И пусть А-Сянь был явно не на шутку напуган, словно почувствовав страх из какой-то другой жизни, всё же он понимал что это необходимо.       Итак братья синхронно поднесли кончик нити к огню из ритуальных палочек пока их родители вкладывая своё фуреку обращались к духам предков читая заклинание:

" Благословение пусть вас

Спасёт от смуты в нужный час

Идет пусть праведным путём

Кто с силой двух миров рождён"

      И пусть родители им ничего не говорили всё же братья поняли что им нужно, чтобы узелок на Красной нитке порвался от огня тем самым принеся благословение.       И когда нитки упали на землю Ин мигом сложила их в небольшой кувшин с водой, после чего омыв лицо каждому из близнецов она произнесла:

" Теперь вторые имена

Опорой станут в мире зла

Путь заклинателя открыт

И имя каждый пусть явит"

      И как только омовение было закончено она вручила детям по колокольчику чистого разума, которые она самолично сотворила для этого особого дня, как когда-то для своего племянника Цзинь Лина.       И как только жертвенный огонь догорел, Лань Чжань в свою очередь повязал белой лентой волосы детей, пока матушка при помощи флейты играла мелодию смирения. И когда волосы мальчишек были повязаны, она наконец-то произнесла:       - Отныне ваши вторые имена, имена обереги это Асаха и Йо и они вплоть до вашего совершения будут вашими тайными именами, которые не следует говорить вплоть то того как вам не исполниться двадцать.       Поначалу Лань Ин долго колебалась по поводу имени старшего, однако тут ей с выбором помог Вэнь Нин, которых зная о прошлом Хао предложил дать ему одно из его старых имён, о котором не знали бы другие шаманы, чтобы обезопасить ребёнка. Что Лань Ин и сделала при помощи знаний Вэнь Нина.       И да Вэй изначально был даже удивлён подобному, однако вспомнив о том, что его матушка знала о его прошлом он только с благодарностью отвесил ей благодарственный поклон.       Тоже самое сделал и Лань Усянь.       И напоследок семья снова зажгла уже другие благовония, Цзян Феньмяню и Юй Цзыюань, в благодарность за проведённый ритуал.