Игра на публику на полтора года

Я просто хочу быть с тобой... Как ты этого не понимаешь?

***

—Твик!       Крейг бежал по школьному коридору, снося всё и всех на своём пути. Ему было на это похуй. Ему нужно было встретиться с Твиком.       В последнее время тот начал будто его избегать, и Такеру это не слишком нравилось, так как их игра в отношения должна быть правдоподобной. —Твик! — Крейг нагнал его и остановил хваткой за плечо. — Если ты не забыл, то мы должны строить из себя пару, чтобы народ нам ничего не предъявлял. А тот факт, что ты стал меня избегать может дать повод засомневаться в нашей искренности чувств. —Ты не видишь что-ли? —Чего не вижу? —Что всем уже наплевать: в отношениях мы или нет. Можно заканчивать наш спектакль. —Что? Нет, многие ещё... —Нет. Никого уже это не интересует. —Другими словами, мы расстаёмся? —Да.       Весь внутренний мир Такера рухнул в одночасье. Твик уже развернулся, чтобы уйти, но Крейг остановил его, взяв за руку. —Я люблю тебя!       Повисло неловкое молчание. Такер всё так же держал блондина за руку. Твик усмехнулся с некой издевкой: —Классная шутка. Просто супер. Я почти поверил. И ты так правдоподобно изобразил искренность своих слов. —Это не шутка! —А что же? —Это любовь! —Ложь!       Твик оттащил Крейга в дальний угол, где меньше народу, затем приставил к стенке. —Откуда ты узнал? —Ты о чём? —Не прикидывайся! Я знаю что ты стебёшься надо мной! —В смыс... —Заткнись! Играть на чужих чувствах — это низко! И пусть это выглядит смешно или даже угарно, но это слишком просто ржать над чувствами человека! —Да я не стебусь и даже не угораю! —Чем докажешь?       Крейг прильнул к губам Твика. Это был лёгкий поцелуй, который продлился около трёх секунд, после чего Твик его разорвал. —Доказал? — Спросил Такер. —Очень смешно. —Да что смешного-то? —Думаешь, я не знаю, что ты просто пришёл сюда поржать над моей доверчивостью со своими дружками? —Чего? —Не ври мне! Я хорошо знаю таких, как ты! —А какой я? —Холодный, бесчувственный эгоист, а если у тебя и есть чувства, то только отвращение, омерзение и презрение. —Откуда ты знаешь, что так оно и есть? —Да потому что я вижу это! —Так, слушай. Успокойся. —Я абсолютно спокоен.       Крейг тяжело вздохнул, затем продолжил: —Хорошо, я люблю тебя. — Тут Твик хотел что-то вставить, но Такер его перебил, не перебивая: —Нет! Молчи. Дай мне досказать. Я люблю тебя. Искренне. Это чистая правда. Я не вру. —Ты всё время хотел себе девушку... —Неважно, кого или чего я хотел раньше, сейчас я хочу тебя. —А?