Согревающая зима

Джек невидяще смотрел вперед, на покрытый первым снегом асфальт где-то на окраине города. Как он туда доехал, помнил с трудом. Сколько уже простоял — вообще не имел понятия. Силой оторвавшись от изучения ночных пейзажей, повернул голову назад и еще раз окинул его скромный багаж: одна спортивная сумка и небольших размеров коробка. Вот и все его вещи. Весь его накопленный «хлам» за прошедшие почти двадцать лет. Он даже не забрал тетрадки с письменными принадлежностями. Ни конспекты лекций, не лабораторные, ни семинары. Чудом успел переложить заветный лист в куртку, так как планировал сразу после дома поехать в общагу заселяться. Надо бы как-нибудь восстановить все записи, потому что вариант с возвращением домой — или тем, что когда-то было его домом, — Джек отмел сразу. А еще надо было купить себе сменную одежду. И трусов хотя бы комплекта три. Кажется, у него оставалось еще немного сбережений после покупки билетов. Почему он сейчас об этом думает? Невеселая ухмылка тронула губы. Джек покачал головой, как в замедленной съемке, опустил взгляд в пол и прислушался к себе. На удивление, он не ощущал паники или даже мимолетного ее приближения. Не чувствовал страха неопределенности и неизвестности, что уже маячила на горизонте. Он как будто ничего не чувствовал. Какое-то опустошение. И дикую усталость. Пальцы зарылись в волосы, чуть смяли кожу, приводя в чувство и убирая сонливость. Джек выпрямился, наклонил голову влево и вправо, прохрустев позвонками, и тронулся с места. В общежитие он уже не успевал, если верить часам, а идея ночевать в машине не прельщала. Оставался один единственный вариант, над которым Форман сегодня даже не раздумывал, поэтому и в запасной не определил. Надо бы, наверное, предупредить. Остановившись на светофоре, Джек вытащил из куртки телефон и набрал номер Мэл. Та взяла трубку уже после первого гудка. В голосе слышалась неподдельная тревога: — Джек, милый, все хорошо? — Да, — в тоне ни капли эмоций. Но ведь это тоже можно принять за спокойствие? В какой-то мере. — Извини, что так поздно, просто мне сейчас негде переночевать, и… Мэл не дала ему договорить. — Конечно, приезжай! Лео будет не против, — именно поэтому он не рассматривал этот вариант, как запасной. Потому что Лео уже был к нему добр в последнее время, и Джек не хотел слишком часто пользоваться его добротой. — Правда же, Лео? На фоне послышался знакомый голос, но Джек не разобрал слов. Понял только, что Вейв дал добро и даже, кажется, не собирался уезжать. За эти недели между ними что-то поменялось. И то ли Лео — и его родные — единственный видел, в каком состоянии находится Форман, то ли что-то менялось в нем самом, и он больше не хотел враждовать. Джек, впрочем, это желание в какой-то мере стал разделять. Поэтому выдохнул тихо: — Спасибо. Буду минут через двадцать. — Тогда я пока поставлю пирожки, — подбодрила Мэл. — Спасибо. Большое спасибо. Он отключил звонок и откинул телефон на пассажирское сиденье сбоку. На самом деле доехать до дома Мэл он успел бы и за минут десять — все-таки их город не назвать большим, ночью здесь особо нет пробок, да и ее дом находится не в центре. Но у Джека чесались руки и ноги, и, кажется, весь его мозг в желании посетить одно место, куда он невольно приезжает каждое утро. Пальцы сами вывернули руль на нужном повороте. Машина проехала два квартала и снова повернула. Один дом, второй, третий. Дом Льюиса Дикстона находился чуть ли не в самом конце. Все такой же серый. И все такой же не до конца обжитый. Редко кто начинает ремонт зимой, и Дикстоны, видимо, не были исключением. Джек специально проехал мимо, чтобы развернуть машину и припарковаться чуть вдалеке. Он понимал, что вряд ли Чарльз или сам Льюис сидят у окна и караулят каждый автомобиль, но не мог перебороть себя и подобраться слишком близко, уже привыкнув наблюдать со стороны. В гостиной горел свет. Машина Чарльза стояла припаркованной во дворе их дома, и Джек невольно выдохнул. Он, конечно, не мог знать наверняка, внутри ли Льюис, но почему-то надеялся, что так оно и есть. Надеяться было спокойнее, чем переживать о том, что Лу сейчас в подвале мотеля в компании его матери. Воздух в легких неожиданно закончился, а перед глазами замаячили знакомые картинки с неприятными воспоминаниями. Джек мотнул головой, отгоняя их и понимая, что, приехав сюда, лишил себя всякой отрешенности, какую ощущал несколькими минутами ранее. Но Лу стоил того. Однозначно стоил всех переживаний Джека. Потому что когда-то доверился ему, согласился подыграть, а после, признавшись в чувствах, не возненавидел, когда Форман так позорно сбежал. Джек моргнул. Еще раз. И еще раз, приводя себя в чувство. Свет в окне тоже моргнул, а затем выключился. Напоминанием о жизни в доме служил небольшой отсвет работающего телевизора, и Джек завел мотор, понимая, что ему здесь больше нечего делать. А еще понимая, что утром он сюда уже не приедет, как делал все эти дни. Но не отрицал, что не повторит свою ошибку, когда разберется с переездом и своим новым графиком жизни в общежитии.

***

Гостиная Мэл встретила Джека теплым освещением от настенных бра и радостными возгласами Рэнди. Джесс пока гостила у отца. — Джек! Джек приехал! — к нему подбежал маленький паренек лет семи. — Мама! Почему ты не сказала, что Джек приедет? — Сюрприз? — неуверенно пожала плечами та. — Могла бы и предупредить, — буркнул Рэнди, утыкаясь Джеку в живот и довольно улыбаясь от тихого смеха. Мэл встретила их двоих теплым взглядом. — Голоден? — Немного, — признался Джек, провожая взглядом Рэнди, который, получив свое объятие, вернулся к конструктору, что собирал на полу возле дивана в гостиной. — Как чувствовала, садись, сейчас все поставлю. Джек присел за барный стул и начал наблюдать за тем, как на островке появляются тарелки с огромным количеством еды. Мясо, пюре, два бутерброда и печенье не походило на набор для тех, кто немного голоден. Но Мэл уже было не остановить. — А где Лео? — Тут я, — донеслось рядом. Форман обернулся. Лео уже спустился и стоял в проходе, подпирая собой дверной косяк. Губы сжаты, но в глазах еще такая не привычная им обоим теплота. — Привет, — поздоровался Джек. — Привет, — отозвался Лео, подошел к нему и присел на соседний стул. — Мам, я тоже голоден. — У тебя есть ноги и руки, — отбрила она его. — А у Джека, получается, нет? Когда Лео звал его по имени, Джек невольно вздрагивал. Ранее это не предвещало ничего хорошего, и он уже успел привыкнуть, что воспринимать друг друга они будут только по фамилии. Но, кажется, времена меняются. Или к этим изменениям их подтолкнул Льюис? Ну вот, опять мысли вернулись к тому, от кого Джек пытался сбежать уже который день. И все тщетно даже в своей голове. — На нем лица нет, а ты вон как широко улыбаешься. Сидел бы тоже такой грустный, я бы, может, и передумала. — Извините, — отозвался Джек. — Перестань, — Мэл мягко оборвала его, поставив еще вазу с конфетами и кружку горячего чая на пол-литра. — У всех нас бывают плохие дни. — Только у тебя они что-то затянулись, — пробормотал Лео, вновь усаживаясь рядом, но уже с тарелками и такой же кружкой. Только у Джека она была голубой, а у Вейва имела лазурный оттенок. Форман перевел на него взгляд, но в глазах Вейва не было осуждения. Парень ему сочувствовал. Этого Джек вынести уже не мог, поэтому быстро отвел глаза и уставился в тарелку. Взял вилку и принялся есть, только сейчас понимая, что за день не успел ничем перекусить и что он, оказывается, неимоверно голоден. — Хочешь, назову твой секрет, о котором никто не знает? — беззаботным тоном спросил Лео, когда Мэл пошла помогать Рэнди собирать конструктор и оставила их двоих. Джек невольно напрягся, но все же протолкал в себя и мясо, и пюре, и даже кусок бутерброда. Вкуса, правда, не почувствовал, пытаясь понять, о каком секрете говорит Лео. Что Льюиса избила мать? Что на самом деле они действительно не встречались? Что Лу признался ему в настоящих чувствах, а Джек предпочел ответу побег? Что его мучают панические атаки? Или что его отец презирает его уже более десяти лет? Какой из них? — Ты каждое гребаное утро паркуешься возле дома Дикстонов и ведешь себя как сталкер, что выслеживает свою добычу. Вилка выпала из рук, стукнувшись о столешницу, но Джек тут же подцепил ее пальцами и запихнул в себя еще еды, чтобы не привлекать внимание Мэл. И чтобы не отвечать Лео, который, Джек заметил краем глаза, смотрел на него с победной ухмылкой на лице. Ему даже не требовалось подтверждение его слов. Он утверждал то, о чем прекрасно знал. И Форману стоило усилий, чтобы не спросить: откуда он это знает? — Молчание — знак согласия, — изрек Лео. — И я ничего не имею против твоего пунктика защитника, который почему-то до этого брал многолетний отпуск, а сейчас вдруг решил активизироваться. Но ты слишком палишься, знал об этом? — Нет, — процедил, наконец, Джек. Смысла делать вид, что Лео ошибается, не было. Потому что Вейв был уверен в своей правоте. А это означало только одно. — Льюис просил забрать его пару раз, когда отца вызывали пораньше на работу, — подтвердил его догадки Лео. — И пару раз я его отвозил обратно. Твоей машины не видел, и сделал вывод, что торчишь под окнами Лу ты только по утрам. — Льюиса, — мрачно поправил Форман. Лео пропустил замечание мимо ушей, продолжив объяснять Джеку очевидное: — И в эти пару раз ты спокойно дремал в своей тачке. Я даже однажды смог подойти совсем близко и разглядеть текущую слюну. Тебе это о чем-то говорит? — О том, какого хера Льюис не обратился ко мне, — сорвалось раньше, чем Джек сам же и осознал ответ. — Вот именно, — прочитал по его глазам Лео. Победная ухмылка неожиданно исчезла, а на ее место пришло какое-то встревоженное выражение. Брови Лео чуть опустились, а во взгляде появился намек на заботу. — Я отвлек его, и он не заметил ничего. Но впредь либо поговори с ним уже, либо сделай так, чтобы твоя тачка и ты в ней случайно не попался ему на глаза. Договорились? Джек уже хотел ответить, что ближайшие пару недель этого точно не произойдет, но промолчал, прикусив язык. Никто не знал, что он выпрашивал все это время у Радовски. И никому об этом Форман рассказывать и не планировал. Считал, что так безопаснее. И для него, и для окружающих. — Договорились, — вместо этого, пообещал тот. — Он спрашивал о тебе, — как бы невзначай добавил Вейв. Джек поперхнулся. Он издевается?! Решил его сегодня добить? Плата за гостеприимство Мэл? — Да что у вас там происходит? — словно прочитав его мысли, откликнулась Мэл. — Лео, дай Джеку нормально поесть. Если наелся, марш отсюда! — Не-не, мам, — весело отозвался он, — у нас все хорошо. И я еще не доел твое великолепное пюре. И конфеты, ты же знаешь, как я хотел именно эти конфеты! — Не заговаривай мне зубы, Лео Вейв! — Правда все хорошо, — добавил Джек, улыбнувшись женщине. Тревога в ее взгляде улеглась, и она снова вернула внимание Рэнди и его конструктору. — И о чем же он спрашивал? — говорить это не хотелось. Но любопытство оказалось сильнее. — Спрашивал, почему я тебя терпеть не могу. Джек фыркнул и, отставив в сторону пустую тарелку, пододвинул к себе кружку. Развернул первую конфету и вытащил вторую, протянув ее Лео. Тот принял ее и улыбнулся. — И что же ты ему рассказал? — А это ты можешь спросить у него, — попытался перевести стрелки Лео. — Тогда он узнает, насколько мы с тобой близки, — подмигнул Джек. — Ты же этого не хочешь? Форман знал, куда бить. И мог считать это ответным секретом за тот секрет, о котором упомянул Лео. Почему-то Вейв не хотел давать знать Льюису, в каких они с Джеком отношениях. И насколько сильно знакомы. — Рассказал, что не поделили в детстве девчонку. И с тех пор я тебя ненавижу, — буркнул тот, отвернувшись. Уголки губ опустились. Лео больше не было смешно. — Вот и славно, — кивнул он, скорее, сам себе и, допив чай, поднялся со стола. Поймал взгляд Лео, что снова посмотрел на него, когда Джек двинулся к раковине, чтобы помыть посуду. Теперь пришла очередь Формана улыбаться. — Выходит, ты тоже умеешь врать, Лео Вейв. — Умею, — кивнул тот, — во благо. И, будь добр, поддержи эту ложь. — Вряд ли это пригодится, — заверил его Джек и отвернулся, показывая, что разговор окончен. — Мою тоже помой, — Лео неожиданно оказался рядом. Его широкие ладони легли на плечи и чуть встряхнули, отдалив вновь подступившую усталость и подарив еще немного времени, чтобы не свалиться прямо тут. — Все наладится, Джек. Домоешь и приходи наверх, почитаю тебе сказку на ночь. — Иди к черту, Вейв. — И я рад тебя видеть, Форман, — усмехнулся тот и, потрепав его по голове, скрылся на втором этаже.