Учитель искусства

Очередной понедельник, последний урок и кабинет наполовину пустой. Джисон привык к такой посещаемости. Время от времени появляются новые лица, которые зарабатывают свою оценку и вновь смываются в закат, забыв про этот предмет. Мужчина не против. Он специально выпрашивал поставить свой урок самым первым или самым последним, чтобы дети могли больше отдыхать. Ему в своё время безумно не хватало лишнего часика для сна. Ещё в средней школе молодой человек понял, что тяга к искусству с каждым днём всё больше. Родители думали, что это не серьёзно и такая профессия никому не будет нужна. Только они не ожидали совсем от сына сюрприза в виде профессии преподавателя искусств. Конечно, Хан мог пойти и в музей, и в университет, но школа, а именно старшие классы, стали для него наиболее комфортным местом. Ему нравилось общаться с детьми, что приходили на его урок. Их разговоры могли начинаться чем-то важным, после свернуть в какое-то русло по типу – может ли вкус еды вызывать звук музыки в голове и какого цвета мог бы быть мир, если бы его раскрасил каждый сам. Но были и минусы в этой работе. Это те самые ученики, которые ничего не знают и даже не стараются получить хорошую оценку, что достаточно легко, особенно на его уроке. Ещё в самом начале года в любимом классе Джисона появился новичок, который исправно ходил на каждый урок, но если его о чём-то спросить, то тот просто пожимал плечами и утыкался в телефон. Ли Минхо стал настоящей занозой для мужчины, потому что именно с учителя спрашивали ответ, почему только у одного ученика в классе стоят сплошные двойки. Одноклассники парня говорили лишь о том, что новенький странный и с ним никак не получается завести разговор. Минхо всё слышал даже сквозь наушники, но на такие высказывания лишь закатывал глаза. Сегодня старшеклассник опять не ответил на поставленный вопрос и получил то, что заслужил. Надо это прекращать и понять как подобраться к этому пацану, чтобы он вытянул себя хотя бы на удовлетворительно. Звонок. – Минхо, задержись, – спокойным голосом просит учитель и ждёт пока остальные ученики выйдут. Парень зачесал свой пепельный блонд и уселся прямо на первую парту. Его не волновало, что это неприлично. В качестве проявления своего уважения он снимает наушники и останавливает трек на телефоне. Сейчас бы домой и музыку погромче, чтоб не слышать никого и ничего. В кабинете стоит тишина, что у Ли начинает немного звенеть в ушах. – Минхо, скажи, ты не заинтересован только в моём предмете или в целом в учёбе? – тяжело вздыхает преподаватель и потирает переносицу. – Учитель Хан, я не заинтересован во всех предметах, которые не несут в себе важности для моей дальнейшей жизни, – бесцветным голосом отвечает парень. – О, вот как? А профессию ты выбрал уже? – поинтересовался Джисон. К нему каждый год приходит какой-то ученик со словами о том, что он пойдёт на какую-то профессию, связанную с искусством. При этом они всё время ничего не учили по его предмету и хотят либо репетиторства, либо хорошую оценку в аттестате. Только вот ни с кем он не занимается, а успеваемость чью-то уж тем более не собирается переделывать. Хан в начале каждого года предупреждает, что не собирается ни с кем нянчиться и помогать. Мужчина давно решил для себя, что если кто-то безалаберно отнёсся к своей дальнейшей судьбе, то его вины нет в этом. Джисон не против помочь подготовиться к экзамену по его предмету, только об этом нужно предупреждать именно тогда, когда он спросил, а не в самый последний момент. Ему не в кайф потом галопом с языком на плече нестись по темам. Своих проблем хватает в жизни помимо этого. – Не знаю ещё, – нахмурился Ли и начал ковырять кутикулы, продолжая смотреть прямо в глаза. – Очень замечательно, – говорит немного раздражённо Хан и откидывается на спику стула, - Дорогой мой, определись до конца этого месяца. Я должен понимать, стоит ли тебя вообще дёргать, чтобы ты именно знал мой предмет. Если нет, то буду спрашивать с тебя самое малое. – Вы так уверены, что я заинтересуюсь вашим предметом? – усмехается школьник и качает головой, словно это самая смешная вещь, которую он когда-либо слышал. – Кто знает, Минхо. Просто подумай и сохрани мои нервные клетки в конце года, – расслаблено пожимает плечами мужчина, стараясь потушить раздражительность, чтобы не срываться на школьнике. Тот ведь не виноват, что у него был тяжёлый день. Ли немного дёргается, поджимая губы. – Хорошо, я подумаю, только... не ждите положительного ответа, хорошо? Не хватало стать разочарованием ещё и для вас, – парень тяжело вздыхает и уходит из кабинета, оставляя своего учителя с новыми мыслями. Как можно понять последнюю фразу и почему ребёнок себя вообще считает разочарованием? Джисон ему никто, чтобы чего-то ожидать от ученика. Да и вообще никакой разницы не должно быть, кого ты там разочаровал. Главное себя понять и сделать как хочется. Странно всё это... Джисон встряхивает головой, прогоняя лишние мысли. Пора домой.

***

Последующие две недели Джисон старался не трогать Минхо, давая тому спокойно подумать. Старшеклассник же словно стал пропадать. Это было странно, так как хотя бы раз за день Хан видел всех своих учеников, а тут ничего. Чисто из интереса парень завёл разговор за Ли с его классным руководителем и узнал, что тот стал много пропускать и приходил всё чаще и чаще в одежде, что не относится к школьной форме. Дождь лил весь день, что было не совсем удобно сейчас для Хана. Ему нужно объездить половину города, чтобы собрать все нужные документы для очень важного конкурса. Если он сможет его выиграть, то поедет за границу и сможет преподавать в элитном училище. Молодой человек долго думал над тем, стоит ли вообще или нет, но в итоге решил, что ему ничего не будет, если он попробует. В конкурсе необходимо создать картину, в которой описывается то, что не видно в обществе с первого взгляда, но оно есть. Наконец-то пришло время показать свои навыки в рисовании, которые на нынешней работе не используются от слова совсем. Припарковав свою машину, Джисон взял зонт и вышел. Какой-то бедный район, что смутно напоминает тот, где он жил в детстве. Перейдя дорогу, он уже собирается зайти в здание, где его ждут, но останавливается. Недалеко от лестницы в аптеку сидит человек, прижавший к груди ноги. Голова накрыта капюшоном кофты, а лицо уткнуто в колени. Фигура выглядит достаточно тощей, что заставляет Джисона подойти, так как если пройдёт, то потом совесть замучает. – Простите, вам не нужна помощь? – интересуется мужчина, немного наклоняясь, чтобы его было слышно сквозь шум дождя. Человек поднимает голову и им оказывается Минхо. На щеке массивный синяк, губа треснула, глаза распухшие и красные, на открывшейся ключице виден фиолетовый синяк. Глаза Ли расширяются и он уже собирается подорваться, чтобы бежать, но Хан выставляет руку вперёд, чтобы показать, что не причинит зла. – Минхо, что-то случилось? Тебя кто-то побил? – присаживается на корточки перед учеником мужчина и закрывает его тоже зонтом от дождя. – Вас это не касается, – хмурится парень. – Пожалуйста, я хочу помочь. У тебя есть какие-то враги или это дома кто-то тебя так? Тебе есть куда пойти? – мужчина какое-то время молчит, – Пойми меня, пожалуйста. Я тебе вреда не хочу причинить и не буду действовать против твоей воли. Минхо молчит долго, но после вздыхает и трёт ладонями лицо, не обращая внимания на боль. – Только обещайте, что никому не расскажите и не пойдёте разбираться, – дождавшись кивка старшего, Ли продолжает: – Отчим постарался, опять не угодил ему. Его прекрасный сыночек Феликс такой замечательный, а я по сравнению с ним "сопля язвительная". Пойти мне можно только домой и то только часам к одиннадцати, когда все лягут спать и Ликс откроет мне дверь. Минхо ценит своего брата, потому что тот не разделяет мнение своего отца, поэтому старается поддерживать как угодно. Он не может защитить от побоев, но какие-то мелкие поручения всегда выполняет. Ни разу ещё не отказал. Даже, когда в самом начале Минхо ему грубил. – Поедешь ко мне? Я тебе предоставлю одежду, еду, кровать. Мне ничего не нужно будет за это. Позвонишь маме и скажешь, что переночуешь у друга, – предлагает Хан, надеясь на положительный ответ. Непонимание на лице Минхо сменяется шоком. Он не верит своим ушам. Ему серьёзно сейчас предлагает ночёвку его же учитель по искусству, с которым у него натянутые отношения. Согласитесь же, звучит как какое-то сумасшествие. – Я... Нет, так нельзя. Учитель Хан... – Просто Джисон, я же говорил, что ко мне можно на ты. У нас не такая уж и большая разница в возрасте, - перебивает мужчина. Минхо раздражённо вздыхает. – Не тот уровень отношений. Учитель Хан, поймите меня правильно, я ненавижу жалость и рассказал вам всё это не для того, чтобы вы пытались меня как-то спасти. Мне не нужен супергерой и вообще кто-либо. Сам справлюсь со своими проблемами, я мужчина, а не слабак. – А теперь послушай меня. Я это делаю не из жалости. Мне действительно хочется тебе помочь. Если бы это был какой-то алкаш, то я бы его оставил. Если бы кто-то другой, то дал просто денег на жильё. Но это ты. Я знаю тебя лично и могу предложить комфортные условия, медицинскую помощь, вкусную еду и спокойный сон. Поверь мне, моя жалость совсем другая, – хмурится и треплет младшего по волосам. Школьник дёргается от такого движения Хана, но всё равно заставляет себя подумать над предложением. Перспектива сидения под дождём, а в дальнейшем и болезни из-за этого, его не очень устраивает. Конечно, он бы даже думать не стал, будь это кто-то другой, но это надоедливый учитель, который всегда хочет от него услышать хоть какой-то ответ. Даже сейчас. Стоит ли.... – Хорошо, – соглашается парень, пока не передумал и, закрывая глаза, хмурится. Минхо тяжело не думать о том, что это можно приравнивать к слабости. На его щёку осторожно ложится чужая рука, из-за чего он распахивает глаза. – Я сейчас забегу взять документы, а ты звони. Дать телефон? – Нет, у меня есть свой, – Ли немного разгибается и достаёт мобильный, что лежал между его коленями и животом, куда не так сильно попадала вода. Джисон кивает и бежит туда, куда первоначально шёл, оставляя ученику зонт. Минхо же находит номер матери и зависает, держа палец над кнопкой вызова. Тяжело вздохнув, он нажимает. Спустя несколько гудков отвечают. Слышится сначала шорох, а потом звук защёлкивающейся двери. – Ало, Минхо это ты? – полушепотом слышится голос младшего брата. – Да, я. Что там с обстановкой? Мама где? – Хреново, отец всё ещё в ярости. Даже не знаю, стоит ли тебе возвращаться сегодня, потому что он явно сегодня не заснёт. Они там это... Хо, они в постели, – слышится смущённый голос. – Я понял, Ликс. Сегодня домой не приду, поэтому не переживай. Ложись в наушниках спать, а то будешь в школе мухой ходить. Маме потом скажи, что я у друга переночую. – У друга? Какого? Он нормальный? – удивляется младший. – Не знаю? Я надеюсь, что он правда неплохой. По крайней мере так говорит моя интуиция, – Минхо видит, как старший выбегает из какой-то двери справочной и бежит к машине, – Ладно, мне пора. – Ты долго будешь там? – Не знаю, – закусывает губу, – Сколько позволят быть. – Хорошо, будь осторожен и счастлив. Твою маму и отца я заговорю, они не станут тебя трогать за отсутствие дома. Обещаю, – серьёзно говорит Ли младший. – Спасибо, пока, – говорит Минхо, прежде чем сбросить. В горле стоит ком. Ему действительно повезло, что его брат не такой, как отчим.

***

Дверь квартиры Джисона захлопывается, отрезая все пути к отступлению. Хан уже как несколько минут находится у себя в комнате, чтобы найти одежду школьнику. Минхо же стоит на пороге квартиры, не решаясь наконец-то снять обувь и пройти. – Минхо, – приглушенно зовёт Хан. – Что? – отвечает сразу же. – Иди сразу в душ. Я сейчас найду тебе одежду для сна и чтоб просто ходить. Дверь не запирай, положу всё на стиралку, – инструктирует старший, понимая, что если это не сделать, то Ли так и будет стоять, стесняясь зайти дальше коридора. Ученик тяжело вздыхает и всё-таки разувается. – А ванная... – не договаривается Минхо, но его понимают. – Мимо моей комнаты в зал, через него налево в кухню, а там дверь. Вот это будет она. Только в гостиной не перепутай, а то попадёшь ко мне в кабинет. Ли в ответ мычит и идёт на поиски. Ванная находится сразу. Внутри у входа слева стоит стиральная машина, туалет за ней в углу, а рядом с ним раковина. Небольшой шкаф, где, как полагает Минхо, находятся средства личной гигиены и всякие химикаты. В правом дальнем углу стоит кабинка с чёрными, непросвечивающимися стенками, что заставляет облегчённо вздохнуть. Только сейчас парень начинает чувствовать, как его тело ноет и просит отдыха. Оказывается, всё это время он был безумно напряжён. Горячая вода, стекающая по телу, заставляет забыть этот ужасно долгий день. В голове приятная пустота. Минхо давно не мылся так, потому что дома часто отключают горячую воду из-за долгов. Не известно, сколько он там простоял, но никто не прервал его. Когда Ли вышел из кабинки, то одежда аккуратной стопкой лежала на стиральной машине, а рядом нижнее бельё, запакованное в упаковку. Минхо неловко от мысли, что он забирает чужую одежду и частично дом. Дверь ванной открывается, и взору Минхо предстала картина того, как его учитель в огромной футболке, таких же шортах и очках стоит рядом с плитой и нарезает овощи, иногда перемешивая содержимое сковороды. Парень не мог бы никогда подумать о том, что его преподаватель может выглядеть так.... уютно. Как дом, который он потерял после смерти отца. Джисон замечает боковым зрением фигуру и поворачивает голову. Ли стоит с растрёпанными волосами. Широкие шорты еле заметны из-под футболки, что спадает на одно плечо из-за слишком большого размера. Это выглядело мило, если не обращать внимания на гематомы и царапины, которые разбросаны по телу разными пятнами. Хан мягко улыбнулся ученику. – Надеюсь, ты хорошо себя теперь чувствуешь, – спокойно говорит преподаватель, продолжая готовить ужин. – Да, спасибо за.... за всё. Простите, что доставляю неудобства, – тяжело вздыхает Минхо и всё-таки проходит к барной стойке, усаживаясь на стул. – Не надо так, Минхо. Я сам тебя пригласил, поэтому не надо себя глодать изнутри. Веди себя, как дома. Я хочу, чтобы мы оба себя чувствовали в комфорте. Натупает тишина. Обычно Минхо становится неловко, но сейчас не было ничего. Ему просто нравилось наблюдать за тем, как учитель занимается своими делами. Когда приходилось открывать крышку сковороды, то мужчина поднимал очки, а после продолжал готовить. – Как давно вы носите очки? Я не помню, чтобы вы их надевали в школе, – тихо спрашивает Ли, рассуждая сам с собой, но его слышат. – О, я очки начал носить ещё в студенческие годы. Просто перед тем как поступить в школу в качестве учителя, купил себе линзы и всякие строгие костюмы. А так в свободное время и по улице я часто хожу в очках и в футболках со странными принтами каких-то мультяшек или групп, – рассказывал Джисон, и в его голосе слышалась улыбка, словно он рад, что ученик заметил. – Почему вы один? Разве у вас нет девушки? – оглянулся школьник, пытаясь найти хоть какие-то признаки того, что его учитель живёт не один. – О, ну... Девушка у меня была последний раз где-то на первом курсе, а с парнем расстался где-то месяцев пять назад. Он оказался настоящим мудаком, – усмехнулся Хан. – Парень? – выпучил глаза Ли. Джисон взглянул из-за плеча на ученика глазами-щёлочками, словно смеясь над реакцией. – Ну да, а что не так? Ты против геев? – разворачивается и опирается спиной на столешницу, выгибая бровь. – Я... Нет, что вы. Это просто для меня неожиданно. Обычно ведь геи и бисексуалы шифруются, а тут... Вот, – неловко чешет шею Минхо, ощущая как по лицу расползается смущение. Джисон смеётся, а у Ли идут мурашки от этого. Он никогда не слышал такого смеха, который так зачаровывал. – Не переживай, всё хорошо. Ужин готов. Ты будешь чай, кофе? Есть вишнёвый сок. Алкоголь не предлагаю. – Сок, пожалуйста, – тихо отвечает школьник, пытаясь перебороть смущение.

***

Ночь прошла спокойно и тихо. После ужина парни пошли отдыхать, так как сильно устали и нужно было рано вставать в школу. Минхо впервые за последние три года заснул сразу же и ему не снилось абсолютно ничего. Проснулся парень с ощущением лёгкости в теле, что радовало Ли. Джисон приготовил младшему завтрак, а сам выпил кофе с печеньем. Так как школьная форма и учебники были дома, Хан дал Минхо свои брюки и рубашку. Учебники можно было не брать, так как сегодня были предметы, где нужно только писать, а тетради запасные у преподавателя были. При переодевании возникла проблема с тем, что синяки были на видных местах, но и тут было решение – Джисон умел пользоваться косметикой. Даже несмотря на то, что у него самого смуглая кожа, в косметике нашёлся тональный крем бледного цвета, который подходил Минхо. Появляться в школе в одной машине было не очень хорошо, как посчитал старшеклассник, поэтому попросил его высадить в двух кварталах от учебного места. Классный руководитель Ли был до безумия рад, что тот пришёл наконец и выглядит очень свежим. На уроках к Минхо никто не цеплялся с ответами на какие-то задания, хотя он и сам был не против ответить на что-то. Последним предметом на сегодня был вновь у Джисона, где в очередной раз собрались лишь единицы. – Итак, ребят. Хочу сказать, чтобы вы определялись с предметами на сдачу. Мне не хочется на вас давить. В этом году мне поставили официальный факультатив, куда могут записываться те, кто будет сдавать искусство, чтобы я мог вас подготовить. На уроках же мы будем просто общаться на любые темы и что-то вычитывать в учебниках больше не нужно. Надеюсь, для вас это будет более удобно? – интересуется Хан, чтобы понять, стоит ли делать такие нововведения. Класс отвечает дружное "да", что действительно радует учителя. – Джисон, скажи, а как оценки теперь зарабатывать, – обратилась к нему девочка с ярко-голубыми волосами. – О, всё просто, Лиса. Вы общаетесь со мной и между собой, узнаёте друг друга лучше и я слежу, чтобы никто не молчал. Чем меньше молчим, тем лучше оценка. Если стесняемся, то буду раскачивать сам, чтобы стало более комфортно, – улыбается Хан и присаживается на край своего стола, – Вот, например... Минхо, какой твой любимый жанр музыки? Ли не ожидал, что первым обратятся к нему, поэтому несколько секунд просто моргал, смотря на Джисона. – Мне нравится рок и джаз. А вам? – склоняется голову к плечу парень. Одноклассники удивлённо смотрят на Минхо весь день, потому что тот обычно молчит и отвечает неохотно, а тут ещё и сам спросил. У них ощущение, что Ли подменили. Тот даже к наушникам ни разу не притронулся за сегодня. – Я люблю поп, – улыбается преподаватель, радуясь ответу младшего, – Субин, у тебя есть хобби? – Да, я люблю делать оригами и заниматься скрапбукингом, – отвечает парень в круглых очках с заколкой бабочки в волосах. – У него это очень круто получается, я видела, – говорит Наён, что сидит рядом. Она копается в своей косметичке, чтобы найти ещё одну заколку. – Подтверждаю! – поднимает руку вверх Ёнджун и подмигивает Субину, когда тот смотрит на него глазами, полными удивления. Хан хмыкает, когда видит, как оба нервно смеются и отворачиваются. Это не первый случай, когда при нём создаются будущие парочки. Джисону всегда интересно за этим наблюдать, словно сериал смотришь. Все начинают общаться между собой, создавая небольшой гул, но он не переходит рамки громкости. Преподаватель решает просто понаблюдать за всеми, чтобы они не сидели без дела. Взгляд цепляется за парту Ли и ту, которая перед ним. Она занята Жизель. Достаточно милая девочка и хорошо учится, но слишком часто молчит, так как стесняется. Джисону кажется, что ей нравится Минхо, потому что она всегда смотрит на него, когда тот занят чем-то. Интересно, сам парень это хотя бы видит или нет? – Кхм... Минхо? – неуверенно говорит блондинка, краснея, когда на неё смотрят в ответ, – Скажи, есть ли то, чем ты хотел бы заниматься, если бы мог? Парень мягко улыбается, чтобы снизить уровень тревожности собеседницы. – Думаю рисованием. Знаешь, картины там разными способами делать... Это было бы круто. Конечно, какие-то навыки у меня есть, но они слишком слабые, чтобы об этом задумываться серьёзно. А ты? Что тебе нравится делать? – интересуется в ответ. – Хочу петь и создавать музыку. – А стиль? – присоединяется к ним, подсевшая Оливия. – Рэп, рок, поп, хип-хоп. Не знаю какое направление лучше, они все такие крутые, – мечтательно протягивает последнее слово и тяжело вздыхает. Для Джисона в новинку наблюдать, как самые тихие ученики общаются, да ещё и между собой, но его это радует. Остаток урока проходит в разных разговорах. Учитель ещё какое-то время смотрит на это всё, но потом решается заняться своими делами, чтобы потом не сидеть с бумажной волокитой дома. Звонок прозвенел как раз в тот момент, когда Хан сложил всю канцелярию в стакан, а бумаги в стопку. Попрощавшись с учениками, он попросил Минхо задержаться, пока сам убирал свои вещи в небольшой рюкзак. Как только дверь закрылась, Джисон прошёлся и осмотрел парты, чтобы никто ничего не забыл. – Ты сегодня со мной же будешь? – спрашивает он, поправляя стулья. Минхо напрягает плечи и прикусывает губу, обдумывая ответ. – Я не думаю, что стоит, – тихо отвечает парень, надеясь уменьшиться в размерах под цепким взглядом. – Минхо, я не давлю на тебя. Если ты не против и считаешь, что ещё не стоит идти домой, то моя квартира в твоём распоряжении, – спокойным голосом говорит Хан и трепет ученика по голове. Образуется тишина, разрываемая только шумом с улицы и тиканием настенных часов. – Можно остаться у вас? Обещаю, что не стану долго тревожить. Просто... Нужно подождать, пока отчим в пьянках забудет мои слова, – поднимает голову Ли, чтобы посмотреть в чужие глаза. – Не стоит думать о том, сколько ты живёшь у меня. Просто думай о том, что это хорошее времяпрепровождение. Погнали, – улыбается Джисон, после чего берёт свои вещи и сумку Минхо, которую одолжил тому. Младший не успевает осознать, что его ношу забрали, поэтому выбегает за учителем, чтобы забрать всё, но тот только начинает убегать. Смех преподавателя звонко раздаётся по пустым коридорам школы. Охранник ушёл закрывать кабинеты, поэтому его редко можно встретить в такое время на вахте. В их школе принято, что в обязанности охраны входит закрытие кабинетов, так как учителя часто забывали ключи дома.

***

Поездка до дома была быстрой. Перед тем как подниматься к себе, Хан пошёл с Минхо в магазин за продуктами и средствами гигиены, если младшему что-то нужно. После этого они дома разобрали пакеты и начали подготовку к ужину. Завтра был выходной, а это значит, что можно спокойно ложиться позже обычного. – Колу? – оглядывается через плечо Хан, чтобы посмотреть на ученика, который со слезами на глазах нарезает лук. – Можно, – отвечает парень, шмыгая носом и вытирая рукавом кофты влагу с глаз. Джисон ставит две баночки напитка на разнос с чашками еды и несёт их в гостиную. После он возвращается на кухню и берёт палочки и отбирает у Ли доску с нарезанным луком и также относит на стол. Младший же моет нож и руки, затем идёт к учителю. Молодые люди садятся на диван напротив стола и включают себе первую серию "Очень странных дел" , начиная свой марафон. Они оба не впервые смотрят этот сериал, но наблюдают за всем с таким интересом, словно не знают всего сюжета. Время от времени Джисон и Минхо переговариваются, обсуждая какие-то моменты и говорят друг другу, что больше всего понравилось или не понравилось. Когда последняя серия сезона закончилась, парни погрузились в темноту. – Хотите знать, почему я поругался с отчимом? – Почему? – интересуется старший. – Я хочу стать художником, но он считает, что это бесполезная профессия. Возможно, он прав. Именно поэтому я сказал вам не ждать от меня какого-то ответа на вашу просьбу задуматься. В комнате стоит тишина. Джисон думает над словами ученика. – Я завтра возвращаюсь, – тихо говорит младший. – Хорошо, я не буду тебя держать, – также отвечает Джисон, а внутри плещется смесь грусти и волнения, – Но помни, что ты всегда можешь прийти ко мне. Хан осторожно касается чужого плеча, но чувствуя, как парень вздрогнул, поэтому одернул руку. Ему нельзя слишком близко приближаться к своим учащимся, это чревато последствиями, как для него самого, так и для Ли. Атмосфера становится неловкой, даже некомфортной. Молодые люди молча выключают телевизор и расходятся спать. Этой ночью Минхо спит плохо и постоянно просыпается без причины. Утром Джисон достаёт из холодильника чизкейк и готовит чай с кусочками фруктов. Он улыбается и старается расслабить Ли, который так и смотрит на мужчину побитым котёнком. Они спокойно завтракают, обсуждая темы из музыки, приходя к тому, что им нравятся многие одинаковые исполнители. Ближе к обеду Джисон подготавливает для младшего уже постиранную одежду и поджимает губы, когда перед ним начинают извиняться. – Минхо, перестань. Ты не сделал ничего плохого, чтобы извиняться. Считай меня своим другом, который просто тебе помог и ему ничего не нужно взамен, кроме продолжения хороших взаимодействий, – мягко улыбается преподаватель. Они расходятся на достаточно лёгкой ноте. Младший едет домой на автобусе, так как не захотел ещё больше отнимать чужого времени. Хан же решает занять себя чем-то полезным. Конечно, он может сесть и составить какой-то план работы со своими учениками, но ему нужно что-то другое. Например...Альбом и карандаш? Да, это определённо то, что нужно. Лёгкие штрихи в разных местах бумаги превращаются в контур лица, что всё больше и больше становится чётким. Как только Джисон решает отключиться от внутреннего мира, то смотрит на лист и раскрывает рот. Альбом тут же захлопывается и откладывается куда подальше. Вот таких сюрпризов ему точно не нужно. Мужчина натягивает на себя тёплую кофту и выходит из дома, решая, что это будет более хорошее занятие.

***

Удивительным является то, что после возвращения домой Минхо начинает ходить на занятия каждый день. Учителя хвалят парня и говорят, что рады его появлению желания получать знания. На уроке искусства всё больше одноклассников начинают общаться с Ли, а потом это переходит за пределы кабинета Джисона. Он старается не вмешиваться в жизнь младшего и лишь внимательно следит за тем. Минхо лично подходит к нему пообщаться и временами уже забывает использовать формальность, но старается всё так же придерживаться её и исправляет себя. Время близится к зиме. Деревья давно стоят голые, а температура воздуха всё быстрее стремится достигнуть нуля. В школе никак не хотят включать обогрев кабинетов, из-за чего многие могут на уроках сидеть даже в верхней одежде. На Джисона повесили подготовку школы к зимнему балу, что проводится только для выпускных классов. – Итак, ребят. Мне доверили организацию зимнего вечера или.. я не помню, как его там вы называете, – в раздражительности закатывает глаза мужчина. Ему это не сдалось вообще. Сидеть тут после урока с школьниками и смотреть как они украшают всё подряд. – Зимний бал, – подсказывает Лиса. – Да, он. Спасибо, – благодарно улыбается он, после прищуривает глаза, – Тебе подходит розовый, но попробуй потом красный, мне кажется, он прибавит твоему образу стервозности, присущей тебе. Девушка улыбается и показывает сердце. – Вернёмся к теме. Мне нужны помощники с украшением актового зала, где будет проходить данное мероприятие. Лишние руки не бывают в таких случаях, поэтому можете предложить своим друзьям провести время за этим...весьма сомнительным удовольствием, – мужчина прикусывает губу и обводит всех взглядом, пытаясь найти понимание, но натыкается лишь на острый рассматривающий взгляд. Это уже не первый раз происходит с ним. Когда Хан проходит по школе, то тоже может ощущать на себе взгляд, но преподаватель никогда не понимал параноит он или это в действительности так. – Я могу помочь, – тихо говорит Оливия, краснея, когда все на неё смотрят. Джисон вздрагивает и часто моргает, выходя из мыслей, и нежно улыбается. Когда он смотрит вновь на Ли, то тот что-то рисует в тетради. Джисон подходит к нему, слушая как ещё несколько ребят откликается на его просьбу. На листе осторожно выведены разные узоры, вазы, части зданий и руки. На это явно ушёл не один урок, но это действительно красиво и с такими навыками могли бы принять в какое-то училище, связанное с рисунками. – Вау, это красиво, Минхо, – тихо говорит он, наклоняясь над парнем, что дергается и тут же закрывает руками тетрадь. Его щёки краснеют, губы поджимаются, а глаза бегают по помещению. – Извините, я больше не буду рисовать, – шепчет он, решая опустить взгляд и смотреть с себе на руки. – Что? – удивляется Хан, – Нет-нет, я не против. Просто это выглядит профессионально. Не против будешь помочь нарисовать декорации? Минхо поднимает голову и несколько секунд шокированно смотрит на Джисона, после чего неуверенно кивает. Учитель облегчённо вздыхает. Посмотрев на класс он понял, что все присутствующие уже согласились помогать и писали своим друзьям, чтобы предложить провести вместе время, правда слегка неординарно, но это никого не смущало. – Джисон-и, а когда мы начнём? – спрашивает Субин и бьёт по руке Ёнджуна, который положил её на бедро к нему. – Можно было бы сегодня, но нам ещё не предоставили материалы. В выходные скорее всего часам так к десяти собраться. Прошу прощения, если кто-то из вас любит в выходные поспать до обеда или вечера, – усмехаясь с кислого выражения лица Жизель. Звучит звонок, после которого все начинают собираться и прощаться с преподавателем. Джисон же вздыхает, расслабляя плечи, из-за чего прямая осанка немного сгибается. Эта работа, определённо, его вымотала морально.

***

Утро субботы проходит довольно оживлённо. По всей школе передвигаются школьники в свободной одежде и приклеивают разные украшения. Друг Джисона – Бан Чан, привёз ещё больше какой-то мелочи, которую многие даже не заметят, но того это не волнует. Бан привёз с собой двоюродного брата, который приехал на неделю в качестве "отпуска" от университета. Чан сказал, что младший расстался с девушкой и тому всё напоминает о ней, но оправдывается усталостью от учёбы. Ким Сынмин. Последний раз Джисон видел того, когда сам заканчивал старшую школу. Парень вытянулся и выглядел достаточно красиво: чёрные волосы, аккуратно уложенные, рубашка по фигуре, заправленная в брюки с высокой посадкой. Он был, словно принц, притягивая внимание всех девчонок, что смотрели на него и шептались, глупо хихикая. Сынмин быстро подружился с Минхо и они уже около двух часов распутывали гирлянду и мишуру, разговаривали и временами над чем-то смеялись. Хан сидит на лавочке и уже третий раз пытается посчитать количество снежинок, что будут висеть на потолке зала, но всё время сбивается. – Джи, ты сейчас ещё раз десять пересчитаешь, если не перестанешь смотреть на него, – говорит Бан и в его голосе чувствуется улыбка. – На кого? – переводит с потолка на друга растерянный взгляд. Чан кивает в сторону Минхо, которого Сынмин закрутил гирляндами и пытается не задохнуться от слёз, пока Ли с тихими матами пытается выбраться из своего кокона. – Я не смотрю на него, – закатывает глаза учитель и берёт свой планшет со скамьи, решив, что будет проще нарисовать, чем так представлять. – Да, тогда я великая фигуристка, – усмехается мужчина, пытаясь не свалиться со стула, на котором стоит, чтобы повесить звёздочки на тюль. – Чан, ты придурок? Ты чемпион по фигурному катанию, – изгибает бровь Хан. – Ну так я же не девушка, – подлавливает друга старший. Со стороны Минхо и Сынмина слышится визг девчонок, из-за чего все поворачиваются головы на звук. Ким нависает над Ли, пытаясь удержаться на ладонях, которые скользят по мишуре. Кое-как старший встаёт на колени и смотрит на красное лицо Минхо, который зажмурился и поджал губы, лишь бы не видеть человека, что в нескольких сантиметрах замер от его лица. Джисон и Чан переглядываются, после чего начинают смеяться в голос, пока все с шоком смотрят то на Ли и Сынмина, то на Хана и Бана.

***

Подготовка школы шла до семи вечера, после чего все пошли домой. Сынмину и Минхо было в одну сторону, поэтому они пошли вместе. Парни обсуждали любимые фильмы, игры и какое-то популярное аниме. Им действительно нравилось говорить обо всём и ни о чём. Их темы затрагивали даже космос. Разговор заходил о том, что где-то существуют копии их самих или же совсем иная форма жизни. В один момент оба замолчали и шли в комфортной тишине, каждый думая о своём. – Скажи, у тебя были когда-то отношения? – интересуется Ким и смотрит на младшего. – Нет, – легко отвечает, даже не задумываясь, – а у тебя? – Да. Я недавно расстался с девушкой, – вздыхает парень. – Почему? – спрашивает Ли, – Ты можешь не отвечать, если не хочешь. – У нас ушли чувства. Мы не подошли друг другу и я расстроен только тем, что потратил время на человека, который не ценил моё внимание. Возможно, просто поторопились с началом этого всего... – Это печально, – поджимает губы младший. Он думает над тем, что лучше сказать и как правильнее выразить своё мнение по этому поводу. – Знаешь, мне кажется это к лучшему. В плане, что теперь ты не будешь торопиться и более тщательно рассматривать кандидатуру, – смотрит Минхо на Кима, пытаясь понять, не задело ли его это. – Ты прав, – улыбается Сынмин, – А ты чувствовал вообще что-то к кому-то похожее на влюблённость? – Не знаю? – сомневается парень, – Мне кажется, я не понимаю, как выглядит влюблённость. Он пожимает плечами. – Это когда твоё сердце бьётся чаще рядом с этим человеком и при мысли о нём. Когда он кружится у тебя в голове почти постоянно. Когда хочется быть ближе к нему, знать больше о нём, чаще говорить с ним. Было ли у тебя так? – перечисляет Сынмин, пытаясь объяснить. Минхо действительно задумывается и залипает взглядом в асфальт, пытаясь проанализировать своё прошлое и настоящее. В голове всплывает Джисон в комфортной домашней одежде, его смех и глупые истории, которые тот рассказывает слишком неожиданно и часто даже не в тему. В груди какой-то сладкий трепет во время этих мыслей. Ли останавливается и поднимает на Сынмина испуганные глаза. – Ты чего? – непонимающе смотрит в ответ старший. – Сынмин, ты придурок? – Что? Почему? – возмущается парень и хмурится. – Да ладно.... Не может быть, – хватается за голову Минхо, взъерошивая волосы. – Да что случилось?! – раздражается Ким, не понимая. – Я просто неудачник. Этого ведь не может быть, правда? – нервно смеётся парень, находясь в стадии отрицания. – Чего? – смотрит, как на идиота Сынмин. – Потом. Я расскажу тебе потом, просто... Я запутался, – вздыхает Ли и хмурится. – Ладно. Дальнейший путь продолжается в тишине. Возле дома Минхо они прощаются и обмениваются номерами, чтобы не потерять связь. Заходя в квартиру, Ли слышит голос отчима из кухни, что опять на что-то ругается. Челюсть начинает болеть, навевая фантомную боль удара. Парень быстро ретируется в комнату к себе и Феликсу, чтобы не попадаться лишний раз на глаза. Желудок урчит, но Минхо его как обычно игнорирует. Быстро переодевшись, он замыкает дверь на щеколду. Отодвинув постельное бельё, Ли открывает замок на наматраснике и достаёт оттуда ежедневник. Прикусив губу, он начинает описывать свои переживания и то, как прошёл день. Просмотрев все свои записи, он понимает, что начал вести этот дневник, поступив в эту школу и в первой же записи упоминается Джисон. На каждой странице есть Хан. Сначала строчки описаны с раздражением и непониманием, зачем нужен урок искусства в старших классах. Заканчивается это сегодняшним днём, где в нём поселились зерно сомнения. Ему страшно, что предположение окажется верным. Он боится совпадений своих ощущений с тем, которые описал Сынмин. Выбросив всё ненужное из головы, Минхо вновь убирает свой дневник. Ли надеется, что все проблемы решатся без его участия.

***

Учебная неделя проходит весьма странно. Ученики не думают уже о том, что нужно написать контрольные работы, перед тем как уйти на зимние каникулы. Многие уже получили свою аттестацию и не волнуются ни о чём, а кто-то бегает к учителям, сдавая свои долги. Джисон уже выставил всем оценки, поэтому к нему приходят с вопросами только те, кто хотел бы сделать свой балл выше. А он что? Ему не сложно просто поговорить с учеником о чём-то, выпить чаю и выставить дополнительные оценки. Всё меньше у него получается видеться с Минхо со своим любимым классом, потому что их забирает классный руководитель на разные консультации для подготовки к экзаменам. Честно говоря, иногда возникает ощущение, что он скучает по нему ним. Его день в основном проходит за перепиской с Чаном и прохождением уровней в какой-то бродилке на телефоне. Тихий, почти еле слышимый, стук. – Войдите, – говорит Хан. Дверь осторожно отворяется, и в неё заглядывает знакомая макушка. Настроение поднимается, а на губах расплывается улыбка. Минхо прикрывает дверь, проходя в кабинет. Он оставляет рюкзак на парте и садится на неё же. – Учитель Хан... Есть проблема. Наверное, – он прикусывает губу и опускает глаза в пол. Ему стыдно, что он признаётся только сейчас в своих намерениях, но тянуть больше не стоит. – Что такое? – обеспокоенно спрашивает Джисон, а в его груди зарождается волнение. Может что-то случилось дома? Что? Что такое? Не молчи, Минхо. – Я давно должен был вам сказать это. Ещё когда пришёл к этому выводу, – он тяжело вздыхает и поднимает глаза, – Простите пожалуйста, но... я хочу сдавать ваш предмет. Лицо Джисона сменяется из состояния беспокойства в непонимание. – Ты хочешь сдавать искусство? – склоняет голову к плечу, пытаясь уточнить суть визита. Ли кивает и вновь опускает взгляд. – Я уже думал что-то серьёзное... Боже, Минхо, ты меня так напугал, – облегчённо вздыхает мужчина. – Простите? – младший не понимает, что стоит говорить в такой ситуации. Хан усмехается и качает головой. – Смотри. Я могу тебя натаскать за это время, но придётся заниматься вне уроков. Либо в школе, либо у меня дома. Можем заниматься по обстоятельствам, то есть в месте, где будет удобнее на данный момент. И посмотри по расписанию своему, когда будешь свободен, сколько раз в неделю, – быстро объясняет Хан. – Эм... Можно ваш номер? Я напишу, когда нам выставят определённый день ещё для одного предмета, – Минхо мнётся. Ему в последнее время неловко разговаривать с Ханом, а когда он его видит в коридорах, то старается сразу ретироваться. – Конечно, – ласково улыбается Джисон, замечая состояние ученика, поэтому решает того особо не задерживать. Получив номер, Ли отмазался от разговора тем, что ему уже пора и вообще он договорился о встрече. Хан остаётся, думая о том, что мог сделать такого, что его теперь избегают. Он же не слепой и уже давно заметил эти перебежки. Если раньше младший сам подходил сказать какую-то глупость, чтобы посмеяться вместе, то сейчас отворачивается, делая вид, будто не заметил. Ему больно. Почему? Потому, что было слишком сложно не привязаться, не влюбиться. Джисон самый настоящий неудачник. Он даже не удивится, если Минхо всё понял, поэтому так резко и отстранился. Хан не хочет терять эту улыбку и смех, вызванные им. Ему страшно, что это исчезнет. Неужели его решат опять бросить и сказать, что он недостаточно хороший или слишком странный? Мысли всё больше грузят голову, а глаза начинает щипать. Хан прерывисто вздыхает и зажимает переносицу. Нужно успокоиться. Звонок прорезается сквозь толщу льда. Хан открывает глаза и смотрит на настенные часы, понимая, что можно теперь идти домой. На телефон приходит уведомление. Чан приглашает Джисона выпить, так как наступили выходные и надо бы развеяться. Прикрыв дверь в кабинет, парень выходит из школы с ощущением того, что правда устал от всего и нуждается в перерыве от этих непонятных действий в школе, которые по факту являются бесполезными. Зачем он приходит вообще, если целый день делать ровно ничего не нужно, потому что его и так редких детей с урока забрали. Из года в год, изо дня в день – одно и то же. Приехав домой, Джисон заказывает доставку из магазина, ленясь самому готовить и в целом куда-то идти. Мужчина отправляет другу сообщение о том, что ждёт его у себя. Чан приезжает через полчаса после прихода доставки. При входе в квартиру он отдаёт огромный пакет сладостей Джисону. – Всё самое вкусное моей принцессе, – улыбаясь, комментирует старший. Хан выгибает бровь и заглядывает в пакет. Там собрано всё, что он любит и не важно, что что-то стоит достаточно дорого. Глаза расширяются и он крепко обнимает друга. Джисон шмыгает носом, понимая, что все трудные моменты с ним переживал только Бан. Все ссоры и перепалки не имели значения на фоне действительно важных фактов. Чан хмурится, отодвигает Хана от себя и заглядывает прямо в глаза. Ему нужны ответы на то, что случилось с его бро и какого хрена тот такой расклеенный. – Я придурок, Чани, – грустно улыбается младший, проходя на кухню, чтобы разложить все продукты по местам. – Что такое, Джисон-и? – спокойно интересуется, сохраняя внешнее спокойствие. Джисон прикусывает губу и молчит, не зная как признаться вслух. Чан заходит на кухню и присаживается на стул около барной стойки. Если это какая-то серьёзная тема, то он готов подождать. – Даже не знаю, насколько сильно можно считать мои слова аморальными... В общем и целом, мне нравится Минхо и... он меня начал избегать. Конечно, мои чувства тоже большая проблема, но я не хочу, чтобы он так быстро исчезал из моей жизни. А ещё, если ты помнишь, то я не занимаюсь подготовкой к экзаменам с теми, кто сказал мне это только к концу года. Но. Я мало того то, что согласился, так ещё и буду проводить занятия у себя дома. Что со мной не так? Я такой идиот, Чан, – выдал тираду Джисон и замолчал. Бан смотрел на друга и улыбался, пока тот стоял спиной к нему и карал себя. Ему забавно наблюдать за тем, кто яростно отрицал свои чувства к школьнику и после расставания не хотел вообще ничего иметь общего с людьми в плане отношений. Хан разворачивается и хмурится. – Что? Почему ты смеёшься? Я ему тут серьёзные вещи говорю, что его друг педофил, а он сидит и ржёт. Ты нормальный вообще? – возмущается парень, упирая руки в бока. – Ты смешной. Минхо осталось у тебя учиться меньше года. Более того, когда он закончит школу, то ваши отношения даже не будут осуждены обществом, потому что ты не его учитель, а он не твой ученик. По поводу его отстранения от тебя могу сделать предположение, что у него самого что-то да происходит. Не паникуй лишний раз, Сони, – ласково улыбается старший. – Чан, почему мы до сих пор не встречаемся? – пытается шутить Джисон. – Потому что я всё ещё натурал, но ты всё равно неотразим, – хихикает Чан и раскрывает руки, приглашая обниматься. Джисон опускает взгляд и подходит к другу, обнимая того. Впервые за долгое время он плачет и это первый раз, когда Чан видит его любовные страдания. Да, он заставал Хана в период после расставания, но тот не проронил ни слезинки. Есть ли шанс, что в этот раз всё будет по-другому? Бан был бы очень рад, если бы Минхо был тем человеком, который может заполнить все пустоты в жизни Джисона. Старший устал наблюдать за тем, как душа его близкого человека мечется в попытках найти того, кто сможет стать второй половинкой этого пазла.

***

Сынмин натягивает на голову милую шапочку с ушками щенка, застёгивает тёплую светло-серую кофту и завязывает туже белые кроссовки. Квартира замыкается на два щелчка, поездка в лифте и прохладный морозный воздух в лицо. Минхо сидит на лавочке и рисует палочкой на снегу какого-то человечка. Ким подходит ближе и смотрит на рисунок. – Это кто? – шмыгает носом Сынмин, думая о том, что зря не взял с собой шарф. – Это Джурыми, мой друг, – отвечает Ли и встаёт, поправляя перчатки на руках. Младший снимает с себя тёмно-синий шарф, натягивая капюшон куртки на голову. – На надень, мне так тепло, – говорит Минхо, протягивая Сынмину вещь. Ким благодарно улыбается, после чего поднимает в руке белый пакет. – Да ладно, – глаза Ли широко распахиваются, – Я думал, что твой друг не сможет отправить, потому что цены на хорошую краску... Мягко говоря высокие. – Это же его парикмахерская. Тем более он сказал, что такого цвета у него в излишке, а у краски же тоже срок годности есть. По сути, он отдал товар, который и так списался бы скоро и отправился на мусорку, – объясняет Ким, после чего кивает в сторону своего дома, намекая, что надо бы зайти в дом. – Я что-то должен ему или тебе? – хмурится немного Ли, беря в руку пакет. – Ему нет, он попросил только фото с результатом, потому что у него обычно посетители ещё перед основным окрашиванием, осветляются. А мне нужна с тебя история. Будет плата за то, что я твой парикмахер и дальнейшую неделю мои руки будут цветом, как твоя голова, – усмехается старший, – Пошли, я подзамёрз. – А может лучше не у тебя? – умоляющим голосом говорит Минхо. – Мы уже решили, что у тебя не вариант, так как там будут родаки слушать. У меня пусто. Чана не будет ещё часа три точно, он свалил куда-то. Давай шустрее. Быстрее начнём – быстрее приступим к сериалам. Сынмин берёт Ли за руку и тянет к подъезду. Парни заходят в лифт и поднимаются на двадцатый этаж. Подготовка не занимает много времени. Парни разводят краску, включают фоном музыку и начинают работать. Первоначально они говорят про всякие мелочные моменты и то, как прошли дни, когда не виделись. – Представляешь, мне вчера написала однокурсница и сказала, что какой-то старшекурсник пришёл и оставил на моём шкафчике кучу сердечек, а внутрь через щель запихнул письмо. Все думают, что я ему понравился, – немного смущённо рассказывает парень. – А ты против, если у него будут к тебе чувства? – уточняет Ли. – Нет, я не против ЛГБТ, если ты про это. Для меня просто это немного необычная ситуация. Я даже не против, если он решится ухаживать, главное...не так. Мне кажется все эти цветочки, украшение шкафчиков – больше для девочек, – Ким тщательно прокрашивает корни, стараясь не пропустить ни миллиметра. – Я думаю, что если люди друг другу нравятся, то им будет нравиться любое проявление чувств, – Минхо перебирает пальцы, боясь сказать лишнее. Он знает, что его не осудят, но всё равно не хочет макнуться носом в грязь. Ему странно то, что появился тот человек, с которым можно обсуждать такие темы. Они слишком быстро сблизились и это немного напрягает. – Хм...Ты прав, но я не видел этого парня, не общался, чтобы ему давать какой-либо шанс. Плюс для меня пока слишком такое внимание. Я ещё не привык к мысли о том, что больше не встречаюсь с девушкой, – объясняет старший. Ли решает не отвечать, тем самым закрыв разговор, но сегодня не его день. – Итак, с тебя история, – напоминает Сынмин. Младший тяжело вздыхает и какое-то время молчит, собираясь с духом. Он прочищает горло. – На днях подходил к учителю Хану. Мы договорились о занятиях, чтобы я готовился к экзамену. Он сказал, что мы можем заниматься как в школе, так и у него дома. Если первый вариант ещё привычен, то второй немного смущает... Не то чтобы я не был у него дома, просто мне в целом неловко с ним оставаться, – уши краснеют, а взгляд бегает по комнате в надежде хоть за что-то зацепиться. – Ну то, что ты у него жил какое-то время, я помню. А почему неловко-то? Общался же с ним всё время. Вы мне напоминаете магниты, которые тянет друг к другу. – Я...Просто, – в голове белый шум, а сердце отбивает бешенный ритм, словно Ли признаётся не потенциальному другу, а самому Хану, – Помнишь, ты спросил, не нравился ли мне кто-то? Ким мычит, подтверждая, что помнит этот разговор. – Так вот. Ещё тогда ты этим поселил во мне очень много сомнений. За это время я всё обдумал и пришёл к выводу, что он мне нравится. И... И я не знаю, что с этим делать, – прерывисто вздыхает парень и зажмуривается. Руки старшего замерли, а сам он пытается осознать всю ситуацию. По сути ему сейчас говорят о любви к другу брата. – Тебя волнует, что он учитель? – уточняет Ким. Он не видит ничего страшного, так как Хан не является плохим вариантом, чтобы быть предметом воздыханий. Более того, разница в возрасте между Джисоном и Минхо не такая большая. – И это тоже, но больше то, что для меня это ново. Он скорее всего пошлёт меня куда подальше. Посмеётся, что я повёлся на тёплое отношение и исчезнет, – Ли прикусывает губу, чтобы подавить слёзы, которые постепенно подступают. – Нет, это маловероятно. Джисон сам по себе такой, что не станет кого попало пускать домой. Да, он выглядит открытым, но это не тот случай, когда человек готов на всех смотреть, как на кого-то близкого, волноваться за них. Думаю, ты ему тоже нравишься и его чувства начали появляться ещё раньше, когда ты ещё не начал на него смотреть глазами того, что это не вредный учитель, а классный собеседник. Плюс, если ты не попробуешь, то не узнаешь никогда, какая его реакция будет на твои чувства, – рассуждает Сынмин, заканчивая красить. Он идёт в ванную мыть чашку от краски. Ключ поворачивается в замке. Минхо испуганно выглядывает из комнаты Кима и видит, как в квартиру входит Чан. Он немного шатается, взгляд расфокусирован, но замечает чужую макушку. – Минхо? – уточняет Бан. – Да, это я, – кивает младший. – О, тебе идёт новый цвет, – мужчина икает, – Прости, мы с Джисон-и переборщили. Чан хихикает и пробирается к себе в комнату, опираясь на стену. Ким выходит из ванной в тот момент, когда из комнаты Чана слышится какой-то грохот и мат. Он усмехается. Перед тем как зайти к себе, младший проверяет брата, после чего идёт к Минхо. Они вместе дурачатся, смотрят первую часть "Гарри Поттера" и снимают смешные тик токи. Ли думал, что этот день будет для него тяжёлым и он опять останется один, но это было совсем не так. На душе тепло, а в голове мелькают моменты, где Ким пытался тверкать, нарисовал усы Чану, а потом отправил фото в рабочий чат брата. До самого дома на губах царит улыбка. Поднявшись в квартиру, Минхо находит только Феликса, который сразу заваливает старшего комплиментами о том, какой тот красивый и как ему идёт. Оказывается, что мать и отчим ушли на свидание и не известно, когда вернутся. Впервые за долгое время братья проводят вместе время и ложатся спать в обнимку. Минхо безумно жаль, что младшему часто приходится терпеть к себе грубость, но сдерживать агрессию не всегда получается, когда отец Феликса постоянно пытается всунуть свои пять копеек в чужую жизнь.

***

Последний день перед зимним балом. Все ученики взволнованно болтают и абсолютно не думают про учёбу. Учителя даже не пытаются что-то рассказывать. Они понимают, что мозги детей сейчас заняты совсем не уроками, поэтому сами обсуждают только завтрашний день. У Джисона болит голова уже от этих разговоров с учётом того, что к нему всё больше и больше приходят с вопросами по поводу мероприятия. Он сам не понимает, в какой момент, но так получилось, что на него перекинули всю ответственность за организацию зимнего бала. Мужчина сидит в столовой и пьёт кофе, стараясь абстрагироваться от всего. К столу подходит парень. Хан не обращает на это внимание, он устал и пытается хоть немного отдохнуть впервые за весь день. – Учитель Хан. Джисон переводит взгляд и давится напитком. Это Минхо. И у него фиолетовые волосы. Парень пугается за старшего и стучит ему по спине. – Всё хорошо? – взволнованно спрашивает младший. Хан полностью откашливается и только тогда отвечает: – Да. Да... Всё хорошо. Я просто немного не ожидал тебя с цветными волосами. Тебе идёт очень, – нервно улыбается Джисон, – Ты что-то хотел? – А, я хотел сказать, что все дополнительные нам сделали на будние дни, поэтому я свободен только по выходным, – парень неловко чешет шею. – Хорошо, тогда по выходным. Желательно оба дня, но я понимаю, что тебе ещё нужно отдохнуть, поэтому один день, – кивает старший, запоминая новую информацию. – Можно будет по субботам, а в течение недели я в какой-то день буду приносить на проверку дополнительное задание и приходить на занятие уже с другим, – предлагает младший. – То есть две домашки, просто одна беглая и сдать можно в любой учебный день? – уточняет Хан. – Да. – Ну можно, только скажи, если не будешь успевать, – улыбается Джисон и отпивает из кружки. – Хорошо. Я пойду. До свидания, – машет Минхо. Преподаватель в ответ машет, после чего достаёт телефон и допивает кофе. Он выходит из буфета и заходит в учительский туалет. Хан звонит Чану. Через несколько гудков трубку снимают. – Ало, – отвечает Бан хриплым голосом. – Это пиздец, – коротко и ясно. – Что такое? – равнодушно спрашивает старший. Он уже не удивляется. Всегда, когда Хан звонит ему, это значит то, что произошло что-то важное или шокирующее. – Я сейчас сидел в столовой и пил кофе. Подходит ко мне ученик. Сначала не обращал на него внимания, потом поворачиваю голову. А это Минхо. Минхо с фиолетовыми волосами, Чан! У меня сейчас сердце встанет, – глубоко дышит Джисон. – Ну или член, – смеётся Бан. – Чан! Это не смешно, – хнычет младший, – Он такой красивый был, а сейчас ещё прекраснее. – Джисон, я понимаю, что у тебя гей-паника, но почему я раньше её не слышал, а сейчас помираю от подробностей твоей личной жизни, – задаёт риторический вопрос старший, – И вообще, ты меня не удивил. Я вчера зашёл домой, а его малой красил. – То есть ты хочешь сказать, что узнал такие шокирующие подробности раньше меня и ничего не сказал?! – задыхается от возмущения парень. – Не сказать, что шокирующие, но мне была интересна твоя реакция, – хмыкнул мужчина, – Ладно, мне пора идти. – Эй! Куда... – в телефоне послышались гудки, – Вот гад. Хан закатывает глаза, когда понимает, что на его реакцию поставили ставку. Ну-ну, Чан, тебе ещё это припомнят. В течение всего дня глаза Джисона всегда цеплялись за любую яркую макушку, которая выделялась из толпы, но ни одна из них не принадлежала Минхо. Ждал ли Хан встречи с ним? Не совсем. Он просто хотел бы чаще видеть младшего. В нём включилась стадия наблюдения. После уроков в актовом зале собрались все ученики, которые участвовали в организации бала. Джисон проверял, всё ли готово и договаривался с ребятами, что во время праздника они помогут ему, если что-то пойдёт не по плану. Даже Сынмин и Чан приехали, чтобы предупредить о своём присутствии на мероприятии. Сам сбор и обсуждения длились около часа, но на протяжении всего времени Хан чувствовал на себе чей-то взгляд. – Ты чего? – хмурится Чан, с которым разговаривал Хан. – У меня ощущение, что на меня смотрят, но я не могу понять кто, – дергает плечом мужчина, словно пытается смахнуть неприятное ощущение. – А... Ну я уже давно увидел, кто смотрит, думал, ты уже догадался, – усмехается старший. – Что? И кто это? – Твой дорогой Минхо. Он хоть и говорит с Сынмином, но его взгляд никак отсюда почти не уходит, – отвечает Бан. Джисону не верится. Может ли это быть знак, что он может надеяться или это взгляд презрения? Впервые в своей жизни Хан так волнуется за то, получится ли у него получить взаимность.

***

Голубоватое освещение актового зала превращает комнату в какую-то волшебную комнату. Звёздочки на занавесках, что вешал Чан, сверкают от любого движения ткани. Всё выглядит волшебным, словно это какая-то сказка. Девушки в красивых платьях, а парни в строгих костюмах. Сегодня наконец-то включили отопление, поэтому дети чувствуют себя замечательно. Все веселятся, смеются, танцуют и участвуют в разных конкурсах. На организаторах висят неоновые бейджи ярко-розового цвета, чтобы к ним могли подойти, если возникнут какие-то вопросы или неполадки. Минхо стоит в углу, где меньше всего людей и света. В руке стаканчик с каким-то соком, который ему вручил Сынмин. Ли не хотел бы тут вообще быть. Ему не нравятся такие тусовки. Их делать круто, но находиться на них – нет. Краем глаза парень замечает три высокие фигуры, что двигаются по направлению к нему. Когда взгляд фокусируется, то Минхо понимает, что это тройка из параллели. Два парня и девушка. Они все выделяются на фоне толпы за счёт своего роста и внешности. Их словно из модного журнала вытащили. Хван Хёнджин, его сестра – Хван Йеджи и Чхве Ёнджун. Они раньше не обращали внимания на Ли, но когда заметили, как часто он общается с Ханом, то стали цепляться. Йеджи влюблена в Джисона, но никак не может добиться от того внимания. А брат и лучший друг, словно доберманы бегают рядом с чихуахуа и защищают её. Минхо смешно с этой ситуации. – Где Джисон-и? – спрашивает Йеджи и высокомерно вздёргивает подбородок. – Я не знаю, где учитель Хан, – безразлично отвечает Минхо, переводя взгляд в толпу, где видит Сынмина, который танцует с каким-то парнем и весело что-то обсуждает. На губах Ли неосознанно расцветает мягкая улыбка. Он рад, когда его друзьям хорошо. – Не ври, ты всегда рядом с ним бегаешь, – закатывает глаза Ёнджун, зачёсывая свой блонд, который словно светится из-за освещения зала. – Я не обязан знать, где ходит ваш любимый учитель. Отстаньте от меня. Если тебе он так нравится, Йеджи, то пойди да признайся, – раздражается Минхо. Ему, откровенно говоря, это надоело уже. Когда эта тройца ещё хочет что-то сказать, к ним подходит Чан. – Проблемы, ребят? – угрожающе улыбается он. – Нет, никаких проблем, господин. Просто хотели пообщаться. Мы уже уходим, – отговаривается Хёнджин, понимая, что они могут заработать реальные проблемы. Вскоре их след простыл. – Минхо, можешь съездить к Джисону домой? Я тебе закажу такси и дам деньги. Ему нужно лекарства купить. Сам поехал бы, только на мероприятии нужен кто-то взрослый, чтобы за всем следить, – поджимает губы Бан, надеясь на согласие. Ли немного думает, осознавая, что от него хотели. Усталость сказывается на быстром функционировании. – Да, конечно. Без проблем, – кивает Минхо. Они идут к выходу из зала. Там они заказывают такси через приложение и ставят метку, что нужно заехать в аптеку и в магазин. После молодые люди обмениваются номерами, чтобы быть на связи, и Чан отдаёт запасные ключи Минхо.

***

Утро начинается не с кофе, а головной боли, заложенного носа и больного горла. Всё тело болит и жутко морозит. Хан бредёт в ванную, чтобы найти градусник в аптечке. Найдя нужное, он оставляет коробку, решив, что чуть позже она ему ещё пригодится. Радует то, что с сегодняшнего дня в школе недельные каникулы и он может себе позволить спокойно лечиться. Да, ему не нравится перспектива того, что придётся отдать свои обязанности Чану, но этот вариант намного лучше, чем ехать больным. Градусник пищит, оповещая об окончании измерений, и показывает отметку тридцать девять. В аптечке Джисон находит только полупустой флакон капель от насморка и тяжело вздыхает. Всё-таки время от времени стоит проверять наличие каких-то препаратов. Чану прилетает сразу просьба привезти лекарства после окончания бала. Бан возмущается на то, что друг мало того что не следит за своим здоровьем, так ещё и не знает, что у него есть в аптечке. Чан с тяжелым вздохом тушит телефон и кладет его в карман. Мужчина слышит, как брат копошится в свое комнате и с кем-то разговаривает. Он подходит к ней и осторожно стучит. Только после разрешения войти он открывает дверь. – Привет, – говорит Сынмин, немного поворачивая в сторону экран своего компьютера. – Привет. С кем ты тут? – Бан кивает головой в сторону. – Да не важно, – нервно усмехается Ким и поправляет на себе футболку. Чан немного молчит, но потом решает, что младший расскажет, если захочет. – Ну ладно. Ты на бал идёшь сегодня? Я просто могу с тобой поехать потом. – О, было бы круто, – благодарно улыбается парень. Мужчина кивает и выходит, закрывая дверь. Сегодня ему нужно сделать ещё кучу дел, поэтому стоит их начать делать прямо сейчас.

***

Минхо заходит в квартиру и морщит нос. Всё пропахло сигаретами и алкоголем. В квартире тихо, слышно только тиканье часов на кухне. Парень разувается и снимает верхнюю одежду. Утром пришлось пойти прогуляться, так как из родительской комнаты доносились стуки кровати об стену. Минхо хмурится, замечая в углу коридора лужу, что смутно напоминает мочу. Из-за двери в его и брата комната выглядывает светлая макушка. Старший улыбается и машет брату. Феликс на носочках подбегает и обнимает парня. – Хо, а можно я сегодня пойду с тобой? – спрашивает младший, отходя. Минхо смотрит ему в глаза и раздумывает. В целом, он бы мог это сделать, но в груди какое-то беспокойное чувство, словно не стоит. – Прости, милый, никак, – вздыхает он и взъерошивает волосы младшего. Феликс опускает голову и теребит край футболки. Он принимает отказ и не будет упрашивать , но ему всё равно грустно. Несмотря на то, что старший ему не родной, он его воспринимает, как самого близкого человека. Если бы отец развелся с матерью Минхо, то Феликс бы очень долго плакал, ведь у него забрали того, кто является опорой. – Но. Я могу предложить другое. Пошли поедим и погуляем, пока есть время? Феликс резко поднимает голову и несколько раз кивает, широко улыбаясь. Чай стоит на столе, лапша с мясом разогревается в микроволновке. В коридоре разносятся тяжёлые шаги, которые с каждым разом всё быстрее. В кухню влетает отчим с красным лицом. Минхо хмурится, не понимая, в чём дело, но потом замечает в руке свой дневник. Лицо бледнеет, а он сам отходит на шаг назад. – Ты. Как ты, блять, посмел жить в этом доме, сукин сын, – делает шаг вперед и трясёт рукой с блокнотом. Минхо готов разреветься. Это слишком личное. Это не должно было попасть в руки. Только не отчиму. – Я... – Рот закрой! В кухню заходит мать, завязывая пояс халата. – Чего разорался? – возмущается она. – А то, что твой сын – пидорас! – поворачивается он и пихает ей в руки находку. Женщина хмурится. – Мам, не надо, – осипшим голосом просит парень, ощущая, как в горле встаёт ком. – Там что-то, что мне не стоит видеть? – смотрит прямо в глаза. – Мам, пожалуйста. Я сам потом расскажу. Минхо трясёт. Это не должно было раскрыться. По крайней мере не так. – Да чего ты его слушаешь?! – мужчина выхватывает блокнот и открывает последнюю страницу, - Читай. Женщина опускает взгляд и читает последнее предложение "Мне нравится Хан Джисон. Я боюсь. Это неправильно. Но это правда..." Она молчит и переводит взгляд на сына, который вжался в угол и опустил голову. – Ну и что ты молчишь?! Это нормально?! Твой сын голубой, а ты никак не реагируешь! А что если и Феликс таким станет из-за него. Из него надо выбить всю эту дурь. Он всё это от нечего делать придумал, – кидает блокнот и уже собирался было подойти к Минхо, но путь преградил его же сын. Феликс хмурится, расставив руки в стороны. – Не смей трогать его. Нет ничего плохого в том, что он любит кого-то. И что, что это парень? Он от этого перестал быть человеком? – Не надо, Ликси. Не попадай под горячую руку, – хрипит Минхо. – Не смей его так называть, пидорас! – Нет, это ты не смей так называть моего сына. Ты не в праве его воспитывать вообще. Из твоего в этой квартире только тапки у входа и сын. И то Феликс ненадолго, я уж об этом позабочусь, – вступается женщина. – Да как ты смеешь! – Я терпела твои выходки, жертвовала своим ребёнком, думала, ты моё счастье, но моё терпение кончилось. Я подаю на развод. Пошёл вон отсюда. Мужчина вскипает. Его лицо приобрело багровый оттенок, но ничего не сказав, он уходит сначала из кухни, а потом и из квартиры. Стоит звенящая тишина. Минхо скатывается по стенке и обнимает ноги руками. Мать подходит к нему и кладет руку ему на спину. Парень всхлипывает, сжимаясь под взглядом родных глаз. Феликс садится с другой стороны и обнимает брата. – Простите...Я...Я ужасный, – шепотом говорит Минхо, но его всё равно слышат. – Ни в коем случае не извиняйся, милый. Ты замечательный сын. Я не стану любить тебя меньше из-за того, что ты гей, – нежно говорит женщина. – Ты самый лучший брат. Я о другом и мечтать не мог. Всё будет хорошо. Минхо только сильнее начинает рыдать. Это те слова, которые так были нужны. Его не осуждают. Самые близкие люди приняли его выбор.

***

Уже знакомая квартира встречает парня тишиной. Он снимает всё лишнее и проходит внутрь. Свет не горит нигде, пространство освещается только тусклыми лучами луны. Минхо идёт на кухню, чтобы распаковать пакет из аптеки и из продуктового. Расставив всё по своим местам, он задумывается, чем себя занять. Ли моет руки и принимается за приготовление куриного бульона. Пока он занят, время летит незаметно. Хан просыпается и выходит из комнаты в тот момент, когда младший ставит греться чайник, чтобы заварить чай с лимоном. – О, привет, – осипшим голосом здоровается мужчина. Минхо вздрагивает с непривычки. – Привет, – улыбается Ли, – Сейчас будешь кушать и лекарства пить. Хан садится на стул и наблюдает за парнем, подперев голову рукой. На губах неосознанно расплывается улыбка. Ему нравится ощущать, как о нём заботятся. А ещё ему безумно нравится, что младший у него дома. Где-то в груди начинает щемить. На стол перед ним ставится миска с бульоном, кусочками мяса и множеством зелени. Рядом лежит собрание разноцветных таблеток и стоит стакан тёплой воды. Только после этого Минхо ставит две кружки с горячим чаем, где плавает по дольке лимона. – Спасибо, – улыбается Джисон. – Не за что. Таблетки выпить надо после еды, поэтому можешь кушать спокойно, – отвечает Ли, после осторожно касается чужого лба ладонью и уходит в другую комнату, где оставил таблетки от жара. Джисон же застыл с ложкой в руке. Такого жеста у них ещё не было. С одной стороны, он понимает, что это норма и в этом нет ничего удивительного. С другой стороны, он ощущает себя подростком, потому что его сердце хочет либо остановиться, либо выпрыгнуть из грудной клетки. Минхо возвращается с ещё одной таблеткой и смотрит на старшего, после чего хмурится. – Ты какой-то красный... – Всё хорошо, сейчас таблетки выпью и буду в норме, – отвечает Джисон, после чего принимается быстрее есть. Ли пожимает плечами и садится. Только он делает глоток из кружки и слышит мычание. Минхо взволнованно смотрит на старшего. Мало ли тому больно или плохо стало. Но тот сидит до безумия довольным. – Это очень вкусно, Минхо. Младший не знает, как реагировать на данный комментарий. – Спасибо? – он склоняет голову к плечу, на что получает улыбку. Атмосфера на кухне располагает к душевным разговорам, но Джисон внезапно задумывается о том, сколько сейчас времени. Было уже слишком поздно. – Тебя родные не потеряют? – Нет, я предупредил, что могу вернуться сегодня поздно. – Если я предложу тебе остаться на ночь, то ты согласишься? – смотрит прямо в глаза. – А ты предлагаешь? – спрашивает Минхо, игриво улыбаясь. – Предлагаю, – улыбается Джисон. Младший кладёт палец на подбородок, притворяясь, что задумался. – Ну тогда я согласен, – с серьёзным лицом отвечает. Проходит буквально несколько секунд, после чего парни начинают смеяться. Минхо берёт телефон и отправляет маме сообщение, предупреждая, что сегодня ночует у друга. В ответ приходит сердечко и предупреждение быть осторожным, если дело зайдёт куда-то больше ночёвки, на что Ли давится чаем и краснеет. Старший не предаёт этому значение, потому что подумал, что это реакция на то, что ученик подавился. Джисон доедает и помогает убрать со стола. Парни решают пойти посмотреть что-то, а потом ложиться. Сев рядом, они включают какую-то не совсем сюжетную дораму. На экране мелькают яркие картинки, какая-то драма, разборки, любовный треугольник. Минхо же это никак не волнует, он в царстве Морфея. Голова склонилась в бок и упала на плечо Хана. Джисон даже не пошевелился, продолжив смотреть фильм. Он уже как несколько минут понял, что младший спит, потому что тот начал сопеть. Досмотрев, Хан выключил телевизор и осторожно положил младшего. Он принёс ему плед и подушку. Минхо никак не реагировал на махинации старшего, потому что слишком вымотался за этот день.

***

В кафе сегодня шумно. Народ толпится у стойки бариста. Сынмин вернулся в студгородок и пригласил Минхо погулять. Если бы отчим жил ещё с Ли, то он бы не отпустил. Но его больше нет. Мама теперь стала в несколько раз ближе. Она не душит заботой и не старается уследить за сыном. В её мыслях сейчас найти более успешный источник заработка, чтобы обеспечить двоих детей. Уже как месяц идут судебные разборки, но судья никак не хочет дать окончательный ответ. Сынмин ставит стаканы с кофе на стол и садится перед младшим. В их планах сегодня обновить цвет волос Минхо и знакомство с другом Кима. – Ну и что там дальше? – спрашивает старший. – Я сидел у Хана и рисовал. Это одно из вступительных заданий. Потом ему кто-то позвонил и он начал с этим челом ругаться. Дальше пришла какая-то соседка снизу и начала говорить, что он педофил. Ты бы видел лицо Джисона. Он был красный то ли от смущения, то ли от злости. Но это было максимально смешно, – хихикает Ли и отпивает напиток. – Ну так он что-ли не педофил? – Всмысле... – непонимающе смотрит на друга парень. – Ну ты кто? Ребёнок, – ухмыляется Ким. – Эй! Я вообще-то через четыре месяца заканчиваю школу, – надулся младший, – И Джисону вообще лучше не знать о моих чувствах. Это принесёт слишком много проблем. – Ты дурак, – закатывает глаза Сынмин. Дверь в помещение в очередной раз открывается, впуская очередного посетителя. Парень с тёмными волосами до плеч завязывает их в хвостик и оглядывается. Он замечает столик Сынмина и Минхо. На пухлых губах расплывается улыбка. Перед тем как подойти, парень поправляет свою белую рубашку, заправляя её в чёрные джинсы с высокой посадкой. Некоторые посетители заглядываются на него, но он не обращает внимания и идёт к своей цели. – Привет, – говорит он. – О, Хёнджин, ты уже пришёл, – улыбается Ким, – Минхо, знакомься, это Хван Хёнджин. Хёнджин, знакомься, это Ли Минхо. Парни пожимают друг другу руки. – Я пришёл пораньше, потому что оказалось, что профессор Чон сегодня решил провести лекцию...В выходной, – вздыхает немного раздражённо, – Извини, Минхо, я правда хотел бы с тобой нормально познакомиться и погулять. Хван смотрит на младшего взглядом побитого котёнка. – Всё хорошо, не переживай. Я думаю, мы ещё сможем провести вместе время, – улыбается Минхо. Сынмин смотрит на Хёнджина немного печальным взглядом и вздыхает. Хван обращает на него внимание. – Извини, Минни. В этом нет моей вины, я правда отменил всё, что было возможно. Я тебе напишу попозже, – он подходит к парню и целует его в лоб, после чего отходит от столика и напоследок машет. Ким смотрит в одну точку. Это было слишком неожиданно. Он привык, что Хван проявляет свою привязанность таким образом, когда они наедине. Но сейчас то они в людном месте. Минхо же улыбается и пьёт свой кофе. – Так значит вот какой твой ухажёр. – Он не-...Ладно, это тот парень, про которого я тебе рассказывал, но у нас нет с ним ничего пока, – объясняется Сынмин, ощущая как горит его лицо. – Самое главное слово "пока", – усмехается Ли. – Блин, ты меня понял, – берет со стола салфетку и кидает в друга, который только смеётся с реакции старшего.

***

Несколько месяцев пролетают почти незаметно. Минхо ходит к Джисону и готовится к экзаменам. Они всё так же неловко общаются, но младший стал больше проявлять инициативу и предлагал встречаться вне школы и дополнительных занятий. Мать Минхо смогла найти новую работу и отсудить Феликса у его отца. Главной ошибкой отчима было давать согласие на усыновление своего сына. Теперь у него нет ничего. Хёнджин теперь более активно добивается Сынмина и советуется с Минхо и Чаном, какие ему подарки лучше сделать. Ким буквально готов заплакать от того количества любви, что ему дают. Сам того не понимая, парень отвечает на ухаживания Хвана. Бан Чан же как сваха бегает от Хана к Сынмину. Зачем ему нужна своя личная жизнь, если чужая интереснее? Сейчас же наступил тот самый судный день. Минхо ходит из стороны в сторону, надеясь уже скорее уйти отсюда. Экзамен по искусству ещё не начался, до него еще минут двадцать. Нервы на пределе. Из всей школы только один Ли тут стоит. – Минхо! Парень сразу же оглядывается. Джисон подходит к нему запыхавшийся. – Что-то случилось? – встревоженно интересуется Ли. – Нет-нет, всё хорошо. Ты просто свою папку с документами оставил у меня на капоте, когда мы разговаривали, – хихикает старший. – Ой, – Минхо перепуганно смотрит на старшего, после чего ему вручают его потеряшку, – Спасибо большое! – Приходи сегодня ко мне, хорошо? – улыбается Хан. – Хорошо, – отвечает младший. После этого учитель уходит, а через какое-то время Минхо зовут в кабинет.

***

Вечернее солнце нежно освещает город. Птицы поют, почти везде продают фрукты и мороженое. Лето всё ближе и ближе. Минхо впервые за долгое время ощущает себя спокойным. Ему больше незачем переживать. Как написал, так написал. Ничего больше не исправить, а время не отмотать назад. Возможно, он давал себе слишком много отдыхать или делал какие-то поблажки, но сейчас это не имеет значения. Всё закончилось, и теперь остаётся лишь спокойно ждать результаты. Парень заходит в продуктовый и покупает сладости, поле чего направляется к дому Джисона. Уже знакомый охранник встречает его и оповещает Хана о прибытии гостей. Дальше лифт и кнопка нужного этажа. Это всё автоматизировалось. Минхо не ощущает больше неловкости чисто из-за своего присутствия в чужой квартире. Джисон ему доверил даже код от двери. В квартире тихо. Из кабинета старшего только слышны звуки клавиатуры. Минхо не идёт туда, он знает, что к нему скоро присоединятся. Продукты остаются на столе кухни, а сам парень идёт в зал. На журнальном столике лежит пульт от телевизора и альбом для рисования. Минхо видел уже как рисует Джисон, но лишь мельком. Он берёт альбом и надеется, что не нарушает тем самым личное пространство старшего. На первых страницах идут какие-то небольшие наброски. Дальше зарисовки персонажей, животных, цветов, но они уже более точные. Он останавливается в тот момент, когда ему попадается его же лицо. Его тяжело узнать, но всё равно возможно. Словно человек по памяти рисовал. Дальше листы заполнены тоже рисунками с лицом Минхо, но изображённым уже более точными линиями, будто рисовали, смотря на объект вживую. Где-то Хан зарисовал тот момент, когда Ли был чем-то занят. Последний рисунок отмечен сегодняшней датой. На ней изображён Минхо с огромным венком на голове. Он улыбается, прищурив глаза. Джисон стоит в проходе комнаты и улыбается. Видимо, пришло время признаний. Он стучит по дверному косяку, привлекая к себе внимание. Минхо смотрит на старшего, словно испуганный олень. Парень резко захлопывает альбом, кладёт его на стол и встаёт. – Ты красиво рисуешь, – нервно улыбается младший, – Кошки, собаки, лисы, лошади. Просто вау. Минхо проходит мимо Хана и идёт в коридор. – Мне Сынмин написал сейчас. Сказал, что срочно нужно встретиться. Извини, – тараторит Ли. – Не уходи, – расслаблено говорит Джисон, наблюдая как младший обдувает слипоны . Только Минхо встаёт, чтобы попрощаться, как его прижимают спиной к входной двери. Джисон осторожно целует его в уголок губ. – Знаешь, я в начале года хотел, чтобы ты полюбил мой предмет и я перестал тебе ставить двойки. Сейчас же я мечтаю, чтобы ты любил меня, – шепчет старший, смотря прямо в глаза. Минхо нервно смеётся. – Боже, это какой-то бред. Я не могу любить тебя, Джисон. Джисон понимает, что так просто ему не отдадут своё сердце. Он приближается ещё ближе и говорит в ухо: – Правда? Тогда скажи мне, как часто ты представляешь наш поцелуй? Сколько раз в твоей голове мы держались за руки? Как часто тебе хотелось ощутить мои объятия? По больному. Но по-другому никак. Минхо молчит, переживая мозговой штурм. – Я не хочу, Джисон...Мне страшно. Это неправильно, – сдаётся парень. – Нет ничего неправильного в том, чтобы любить. Нет ничего страшного в том, чтобы признаться в своих чувствах. Общество никогда не будет полностью согласно с чужой жизнью. Но какая нам на это разница? Мы хотим лишь быть счастливыми, – ласково объясняет Джисон и обнимает. Не почувствовав ответных объятий, он уже подумал, что переборщил. Минхо осторожно его отодвигает и смотрит прямо в глаза. Парень вздохнул, после чего обнимает Джисона за шею и тоже целует в уголок губ. Хан не верит своему счастью. Он кладет свои руки на щёки младшего и целует прямо в губы. Минхо пытается повторять за движением губ Джисона. Поцелуй выходит неловким, но невероятно нежным. Когда парни отрываются друг от друга, старший берет Ли за руку. Он ощущает, как та дрожит, и это вызывает только более широкую улыбку. Они вместе идут обратно в зал. Сегодня Минхо вновь не вернётся домой. Сегодня его ждут только крепкие объятия, поцелуи и просмотр какой-то сопливой дорамы. Но главное не что будет, а с кем это будет происходить.