Проблемы Альбедо

— Итэр?.. — слабый голос в кромешной тишине звучал даже слишком громко, да и блондин, к которому обращались, сразу же обернулся. — Я хотел бы поговорить с тобой... Альбедо аккуратно сел рядом на ступеньки, ведущие к какому-то памятнику, облизывая сухие потрескавшиеся губы. Он не знал, с чего начать... С вопроса? Сразу перейти к объяснениям?.. Чёрт, как сложно... — Почему я веду себя не так, как вёл раньше, да? — хрипловатый из-за шёпота голос друга вывел из размышлений и заставил посмотреть на него. — Бедо, просто пойми, для людей свойственно любить и не забывать расставания, измены, отказы... Я просто... — Я понимаю... — парень поправил хвост на голове, вздыхая. — Просто... Господи, я.... Ох, прости... Мне сложно об этом говорить и признавать рядом с тем, кто... Любит меня... Я просто не доверяю отношениям... — Альбедо тихо выдохнул, прижав к себе колени и уткнувшись в них лицом. — Я просто боюсь, что ты уйдёшь, хоть и любишь... Любовь ведь может уйти, а люди... Ох, прости, я ничего не смыслю в этом... Итэр сглотнул, смотря на такого растерянного парня. Кажется, он не был таким напуганным даже когда отказал тогда ещё другу в признании в любви. Конечно, тогда весь мир был будто против блондина... Ему были чужды всякие события как в мире, так и в жизни. Тогда крутилась лишь одна мысль в голове — ему отказали. Просто сказали нет... Он до сих пор не может это принять... Хах, конечно! Как человек может принять тот факт, что ему отказали? Нет, может, конечно, но Итэр не из тех, кто просто так отпускает кого-то. А если этот кто-то — Альбедо... Да уж... Это была весна... Снег потихоньку таял, появлялись подснежники, а солнце, которое пряталось за облаками три месяца, — а то и больше! — светило так ярко, что от одного лишь взгляда на него можно было ослепнуть... Многие под влиянием весны решили признаться тем, кого любят, вот Итэр тоже оказался одним из влюблённых дурачков, которые решили рассказать о своих чувствах тем, кто им небезразличен. «Привет! Ты сегодня не занят? Хотел бы сегодня прийти ко мне?) Примерно в 5 вечера» — такое сообщение Итэр отправил предмету своих воздыханий и начал ожидать ответа. Минуты длились невероятно долго, а ответа всё не было. Но — слава Архонтам! — прошло 6 минут и пришло коротенькое сообщение: «Могу...», — он всегда писал так кратко... И это так нравилось Итэру! Он всегда умилялся с этого! Было в этом что-то... Особенное. После этого от самого Итэра пришло что-то вроде : «Хорошо! Тогда жду!)» Парень посмотрел на часы, явно ужаснувшись. Как четыре часа дня!? Так быстро? Да, время он явно не рассчитал. Быстро спустившись по лестнице в падике многоэтажки, Итэр сразу приметил в клумбе, огороженной маленьким забором, несколько цветков подснежника, наклоняясь и срывая их. Он не знал, любит ли их Альбедо, но попытать удачу стоило! Теперь оставалось лишь преданно, словно сторожевая собачка, ждать прихода... Пока друга. Да, он почему-то был уверен, что Альбедо будет не против отношений! Он это чувствовал. Почему-то сейчас час продлился слишком быстро, Итэр даже моргнуть не успел. Он очень быстро спустился вниз, как только услышал тихий звонок в домофон. Весь разгорячённый, тяжело дыша, он стоял рядом с ничего не понимающим Альбедо. — Бедо, я!.. — всё так же тяжело дыша и краснея, парень смотрел на блондина, держа в руках букет белых подснежников. — Это... Это тебе. Альбедо приподнял брови, смотря на друга как на идиота. В принципе, взлохмаченный Итэр и выглядел как идиот... Он вдохнул аромат цветов, прикрыв глаза. Вкусно, но... Что-то не то... — Я... Хотел бы ты... Встречаться со мной? — парень даже не дал опомниться, сразу переходя к словам и с глупой улыбкой смотря на то, как шокированный Альбедо медленно убирает от лица цветы. Дальше всё будто происходило в замедленной съёмке. Блондин смотрит себе под ноги, мнётся и, кажется, начинает слабо дрожать. Нет, он не плачет. Просто, кажется... Он нервничает... Итэр понимает его чувства. Он ждёт, пока Альбедо скажет всё, что хотелось услышать, но... — Я не могу, прости... Я... Прости, прошу... — совсем тихо, но так горько и сожалеюще... Кажется, Альбедо сейчас задохнётся в собственных слезах, которых не было, но его лицо показывало столько боли и страданий, будто его заставили это сказать. — Прости... Ты... Что? — Итэр сам был в шоке. Вроде, все шутки про отношения Альбедо воспринимал максимально... Нормально... Он не был против физического контакта, даже поцелуи любил. Любил! Чёрт, как Итэр был глуп, раз рассчитывал на одно лишь согласие! Но это уже не важно... Было видно только узкие плечи Альбедо, его короткие волосы, которые ласкал весенний ветерок... Он ушёл... Возможно, навсегда... «Прости ещё раз... Давай останемся друзьями...)» — через пару минут, когда Итэр уже лежал на кровати, тупо пялясь в потолок, пришло такое сообщение. Слава богу, они хоть будут общаться! Но... Это будет такое же общение, как и раньше?... Вряд-ли... — Я просто думаю... Бедо, ты же в курсе, что я так просто не отпущу тебя? — Итэр поднял немного грустный взгляд на парня, вздыхая. — Да, в курсе. Но это не то, что я хотел бы слышать от тебя. Я... Честно, это не потому, что мы друзья, Итэр, нет! Ни в коем случае! Просто... Зачем эти отношения между парнем и парнем как пары если есть дружба? Мне кажется, она ценится намного больше, просто... — Он так и не договорил. — Ты не понимаешь отношений? — парень даже не удивился, увидев замешательство друга. — Так и думал... Прости, я просто не знал, что у тебя такая... Странная ситуация. Знай это, я бы даже не предлагал встречаться... Сейчас только ч понял, что с тобой такое... Жаль, что я не понял этого раньше... — Я... Ох... — Альбедо прикусил губу, поправив волосы. — Я пытаюсь с этим бороться... Правда... Я даже к психологу записался! — парень вздохнул, кивая. — Я просто... Дай мне время... Я правда изменюсь. — Только если ты сам хочешь этого. Понимаешь, главное в жизни то, что нравится лично тебе, а не кому-то. Верно говорю? Альбедо слабо улыбнулся, кивая и прикрывая глаза. Далее последовал лёгкий и даже по-своему детский поцелуй в щёчку, заставивший кожу Итэра слабо покраснеть. — Просто дай мне время... — Альбедо уткнулся лбом в чужое плечо, тяжело дыша и прижимаясь ближе, когда узкие плечи сжали родные руки.