покажи мне свои чувства.

от третьего лица. минхо чудом доехал до больницы без происшествий, потому что он гнал, как ненормальный. не существовало ничего помимо той почти безжизненной руки джисона, лежащей на заднем сидении, которую минхо сжимал, проговаривая вслух молитвы, просившие его скорее очнуться. — кем вы приходитесь парню? — спросила медсестра на регистратуре, когда минхо появился перед ней с джисоном в руках. — какая черту разница, когда он без сознания?! — минхо вскипел. — я позову врача. — сказала девушка, растерявшись из-за крика минхо, и выходя из-за стойки регистратуры. — а вы пока положите его сюда. медсестра указала минхо на носилки и скрылась за тяжёлыми дверями. не прошло и минуты, как из этих дверей она вышла в сопровождении врача. — что произошло? — спросила вышедшая из дверей женнщина в белом халате. — он не приходит в себя. — вы знаете, почему он без сознания? — спросила она, отсчитывая пульс джисона на запястье. — нет. — ответил минхо. — как вы его обнаружили? — спросила врач, разглядывая тело джисона, отодвигая его волосы, оголяя запястья и останавливаясь взглядом на окровавленных штанах. — я нашел его в отключке на скамейке на улице. — ответил хо, решив, что стоит умолчать, что в отключке он лежал на кладбище. — давно? — минут двадцать назад. — ответил минхо. — я попытался привести его в чувства, а когда не вышло, сразу решил везти сюда, не дожидаясь пока скорая приедет. — у него прослеживается стабильный пульс, так что нам надо его полностью осмотреть на предмет внешних травм и только после этого ставить диагноз. — произнесла женщина в то время, как джисона увозили на каталке два медбрата. — кем вы приходитесь парню? — друг. — ответил минхо, и поколебавшись решил добавить, чтобы возможно расширить свое право нахождения в его палате. — молодой человек. — тогда ожидайте здесь. — сказала женщина, указывая на скамью. — дальше можно только членам семьи. — она скептически оглядела минхо, а затем скрылась за теми дверями, куда увезли джисона. спустя двадцать минут из дверей вышла та женщина, и минхо сразу кинулся к ней с вопросами, ни на один из которых она ему не ответила, говоря сухое «только родственникам» и смотря на минхо с высока. с чего взялся этот осуждающий пренебрежительный взгляд?! когда на пороге больницы появился сонхун, хо бросился к нему с неожиданными для самого себя объятиями. это все нервы. минхо не говорили, что с джисоном, и он чувстововал что-то неладное, поэтому хо просто нуждался в поддержке друга. — что с ним? — спросил у минхо сонхун. — мне не говорят, даже не смотря на то, что я представился его парнем. — сказал с сожалением минхо, а потом его осенило и он громким шепотом попросил его. — представься его братом, пожалуйста! тебе все скажут тогда. — веди. — сказал друг, соглашаясь. парни подошли к стойке регистратуры, где стояла все та же медсестра, которая их с джисоном встречала. сонхун сказал, что в отделение поступил его брат и назвал фамилию хан. девушка ушла, сказав, что сейчас же позовет врача, осматривавшего джисона. не прошло и пары минут, как к парням вышла все та же женщина-врач, которая увела сонхуна за собой, не наделив минхо теперь даже взглядом. еще чертовы полчаса, проведенных минхо в ожидании сонхуна и информации о состоянии диска на иголках. сонхун вышел бледный и по-настоящему опечаленный. — что? — спросил хо дрожащим голосом. — что с ним? почему ты такой бледный? что случилось? — хо. — сонхун положил руку на плечо минхо, сжимая его до боли, а затем, закрыв глаза, произнес. — джисон изнасилован. — пауза. — это пока лишь предположение, потому что сам джисон этого не подтвердил словесно, но я видел его шею и его одежда, которую сняли и отложили в сторону, как улику. он весь в крови, сам понимаешь… минхо не сразу воспринял его слова. в голове возникали подобные мысли, но минхо их старался сразу отмести. не приходя в себя хо со стеклянными глазами отправился к двери, намереваясь пройти к джисону, но сонхун его остановил схватив за плечо. — к нему нельзя. — сказал Хун. — они ждут, когда он придет в себя, чтобы с ним можно было поговорить и подтвердить то, что я сказал тебе, потому что без этого копов вызвать нельзя. — обьяснил он минхо, хотя эти слова не способны были остановить его от того, чтобы пройти туда, наплевав на всех, ведь минхо было просто необходимо увидеть джисона и опровергнуть эту гнусную догадку врача, которая была совсем и не догадкой. — а еще. — сонхун сделал нервную паузу. — та женщина, врач, она думает на тебя. — что? — не понял хо. — она думает, что это ты с ней это сделал, поэтому не пускала тебя туда. — эмоции на лице минхо сменились злостью. — сам посуди. привез его ты. представился парнем, а сам нашел типо его на улице. что она еще должна была думать? — спросил он минхо. еще с пару минут минхо стоял, осознавая все происходящее. — дай ключи. — сказал минхо, отрезвев и опьянев от собственных мыслей в голове одновременно. — щачем тебе? — спросил хун, вкладывая ключи от тачки минхо в руку прежде, чем он ему ответил. — ты будь тут, и набери мне, как он придет в себя, а я поеду и убью этого ублюдка. — если ты уедешь, вызовешь еще больше подозрений. — сказал сонхун. — я привезу им труп пак-а и наглядно покажу, кто это с ним сделал и чем он поплатиться. сонхун знал, что останавливать минхо и просить остаться с ним бесполезно, а уехать от джисона хо не мог, потому что и он к нему проникся по-своему. покидая стены больницы минхо услышал, как сонхун говорил Крису что-то про то, что они должны оказаться у джея быстрее минхо, иначе им придется «вытаскивать ли минхо из тюрьмы, потому что сейчас он реально способен убить». от лица минхо. дорога до дома джея казалась бесконечной. я не знал прежде, что могу плакать. не знал, что способен чувствовать подобную любовь по отношению к кому-то, как чувствовал по отношению к джисону, а так же подобную ненависть, которую испытывал к джею. я появился на пороге дома, где еще недавно праздновалось день рождение этого ублюдка, в тот момент, когда все гости собрались на заднем дворе, окружая кого-то. и я знал, кого, ведь машины чанбина и криса стояли перед самым домом. когда я, расталкивая толпу, подошел к эпицентру скопления людей, я увидел чанбина, сидящего поверх джея и избивающего его кулаками. чанбин отвлекся, когда я подошел к ним совсем вплотную, не сводя испепеляющий взгляд с пак-а. он встал с него, оставляя валяться и плеваться кровью, которая выходила с кашлем, ведь чанбин был и по лицу, и по грудной клетке. — ты сдохнешь, урод. — сказал я, беря его одной рукой за шею и начиная душить. руки джея легли поверх моей, пытаясь расслабить хватку, но его прилично помотали и он был уже слаб. я душил его, не сводя взгляд с его прогнивших глаз. я видел, как он задыхался и слышал, как ужасались, вопя что-то наши одноклассники, пришедшие к нему в гости. джей стал отключаться, а я не останавливался. я не хотел его запугать и проучить за то, что он сделал. я хотел его за это убить. просто взять и отнять жизнь, как он сделал это в каком-то смысле с джисоном. не много времени прошло прежде, чем джей выключился. убедившись, что он действительно отключился, а не притворился, я отпустил его шею, взял за руку и потащил по лужайке к бассейну, находящемуся в паре метров от нас. девочки вокруг кричали, прося меня остановить, но подходить близко никто не решался. дойдя до бассейна на столько, подошва моей обуви была уже мокрой, я в последний раз взглянул на джея, затем плюнул на него и, потянув руку сильнее, скинул в бассейн. пусть захлёбывается. отключая такой орган, как слух, я развернулся и пошел к выходу, не слыша посторонние крики о том, что его нужно немедленно достать, а меня остановить и вызвать копов. они не знали, что он сделал, а если бы знали то смотрели на меня не с осуждением, а с пониманием. такие, как он, заслужили. насильники не люди. им не место среди людей.