timeout

Это произошло быстро. Он правда не просил. Джейк ворвался в его жизнь лучиком света. Своей неугомонной энергией, сначала перевернув его каждую привычку и порядок, а потом расставив все по полкам в голове Хисына как ему вздумается, а тот и не против. Не против порой быть активнее, порой смеяться больше или гулять в тех местах, в которых он никогда не был. Делить на то как было, и как теперь. Теперь и просыпаться легче, и дышится как-то иначе. И каждый обычный день теперь особенный - сидеть рядом на занятиях, неловко касаясь локтями; кататься на велосипедах, позволять теплому весеннему ветерку ерошить волосы; поздно ночью, оставаясь на ночевку, есть рамен вместе. Боясь, хранить в себе чувства, до покалывания на кончиках пальцев хотеть признаться, но молчать. И всегда, всегда быть рядом. И даже сейчас. - Хён, что-то случилось? Хисын держит в руках листок с баллами. Что-то точно случилось, и это что-то нехорошее. Этого просто не может быть. Он пытался пересдать этот дурацкий экзамен по физике уже два раза, но все никак. То формулу перепутает, то посчитает неправильно. А этот требовательный преподаватель? Его занятие даже не по специальности Хисына. И это не конец света, но груз "разочарование семьи" уже ощутимо опускается на его плечи. Он тяжело выдыхает. Сегодня все должно было быть не так. Он договорился с Джейком пойти поиграть в игровые автоматы. Может быть, после покушать мороженое вместе, которое Хисын купит им двоим. Может, даже он осмелеет достаточно, чтобы взять Джейка за руку, это было бы задание со звёздочкой. В целом, хорошо провести время вдвоем. Так, как они привыкли. А идея свидания с учебником наедине у себя дома не вызывала у него радостных чувств. Помощь — это не то, за чем Хисын привык обращаться, стараясь никого не тревожить, справляться со всем в одиночку. Поэтому он удивляется, когда Джейк мягко касается его плеча, тянется, чтобы сказать. (Это маленькое действие каждый раз заставляет его сердце биться быстрее.) - Хочешь, я тебе помогу? У меня дома сегодня? Широко раскрытыми, удивленными глазами он смотрит на Джейка. И этот для кого-то маленький жест, для Хисына сейчас самый ценный. Джейк правда удивительный. Множество его маленьких деталей, искреннее желание помочь, внимание, которое он ему дарит, все это задевает чувства Хисына. Порой кажется, что все существо Джейка наполнено очаровательными мелочами. Его привычка будто бы случайно касаться Хисына, смеяться над его глупыми шутками, обнимать, когда и грустно, и весело, дарить надежду. Быть рядом, до звёздочек в глазах и неугомонного сердца. Хисын очень дорожит этими хрупкими моментами. - Ты просто мой спаситель. *** Ему нравится быть здесь, вдыхать приятный ванильный запах чужого дома, пить чай из кружки с милым щенком, которую Хисын подарил в шутку, быть окруженным прошлым Джейка, тонкими нитями связывать себя с его настоящим. Маленький Джейк весело смотрит на него с детских фотографий, стоящих на стеллажах, большое количество учебников заполняют их полки, рассказывая о своем хозяине, как о человеке с множеством увлечений, всегда открытому к новому. Их совместные фотки тоже тут - на рабочем столе Джейка, рядом с компьютером. Одну они сделали совсем недавно, когда Джейк внезапно пригласил его сходить в парк развлечений. Они неловко стоят рядом, на фоне огромный аттракцион, Джейк в ободке с ушками, Хисын, конечно же, с глупой влюбленной улыбкой неподалеку. Он ловит себя на мысли, как же это приятно быть частью его жизни. Их вынужденное мини занятие начинается с солнцем и продолжается до заката и после. Небо темной ночью закрывает город. Только одинокая лампа, как маленькая звездочка, теплым светом освещает комнату, лучами согревает их лица. Время тянется физически ощутимо, и атмосфера медленно перетекает в сонную. - Вот здесь небольшая ошибка. Джейк объясняет с улыбкой, неловко касается чужой руки, в попытке исправить задачку в тетради, порой садится так близко, что Хисын чувствует его дыхание на своей шее. Джейк хороший учитель, а Хисын послушный ученик. Только, видимо, с привилегиями. Усталость постепенно наваливается на него. С Джейком уютно. Его надутые в раздумьях губы, дрожащие длинные ресницы, его привычная флисовая рубашка по-домашнему разнеживают Хисына и он сам не замечает, как запрокидывает голову на краешек кровати и засматривается на Джейка. Во всем виновата физика, не иначе. Видно, что Джейк тушуется, отводит взгляд, блуждая им по всей комнате, смотрит везде, только не на Хисына. А уши красные-красные. И это так мило. Хисын не по милым вещам. Он не делает милые лица на фотографиях, даже если друзья очень просят, почти не носит яркой цветной одежды, да даже смайлики в переписке не использует. Он привык быть проще, говорить прямо, делать, а не откладывать. Но почему же Джейк кажется ему таким естественно милым? Джейк улыбается, и Хисын не может сдержать свою улыбку в ответ; Джейк прячется за ним если чего-то боится - и его хочется защищать и оберегать как дорогое сокровище; Джейк дует губы в обиде - и это просто самое милое, что бывает на свете. Джейк по-настоящему милый и это правильно, это Хисыну - до мурашек под кожей, до бессонных ночей, до бабочек в животе - нравится. Джейк вообще будто бы одно сплошное исключение из правил. Хисын не любит усложнять, но с Джейком по-простому не получается. Он как непробиваемая стена и открытая книга одновременно, страшно подступиться, но при этом так хочется. С Джейком не получается просто прямо сказать, с ним нужно по-особенному, аккуратно. Не задеть, не обидеть неловким словом. Порой он кажется таким далёким, но чаще он будто специально слишком близко, не по-дружески касается, шепчет на ухо, обдавая его горячим дыханием. Иногда его слишком мало, и Хисын с нетерпением ждет следующей встречи, а иногда, до дрожи в коленках, слишком много. Просто, слишком. И ведь он сидит здесь и совсем ни о чем не подозревает. - Хён, все хорошо? Лицо какое-то подозрительно довольное. - Прости, просто задумался. - он откладывает ручку, потирая глаза. Заниматься так долго это прекрасно, но ещё немного и он замечтается слишком сильно и отключится прямо здесь. - Устал? - Да, хочешь немного прогуляться? *** Свет одинокого фонаря освещает баскетбольную площадку. Уже ночь, поэтому кажется, что рядом ни души, только они вдвоем. И для них, после целого дня учебы, здесь дышится так свежо и свободно. Играть в баскетбол с Джейком - это привычно. Привычно смеяться во время игры, бегать хвостиком друг за другом, на мгновение отпуская все чувства, отдавая контроль телу. Обмениваться тяжелым мячом, сочинять свои собственные правила. Спотыкаться, падать, сдирая коленки в кровь. Заклеивать их смешными пластырями, подарить быстрый поцелуй, чтобы зажило быстрее. Держать за руку чуть дольше, чем положено. Надеяться, что так будет всегда. В попытке отобрать мяч, Джейк бегает за ним довольным щенком. Его волосы смешно подпрыгивают от резких движений, а светлые пряди, подсвеченные светом фонаря, забавно торчат. Кажется, в тысячный раз за день, Хисын думает, что Джейк милый. И даже хочется ему поддаться, чтобы увидеть его реакцию, но. Хисын кидает мяч и это его маленький триумф, мяч четко попадает в кольцо, вызывая искреннюю улыбку. Он разворачивается, хочет поделиться этим маленьким успехом, но застывает, когда видит, как Джейк стоит к нему близко-близко. И весь мир замирает в этом моменте. Несказанные слова, в очередной раз, неловко крутятся на языке. Он приподнимается на носочки и тянется к лицу Хисына пальцами, почти не касаясь, поправляет чуть взмокшие волосы. Видимо, укладка сбилась, пока они играли, а Хисын и не заметил. И это так мило, что дыхание перехватывает, и все что он хотел сказать, эта мини победа, этот трехочковый, мяч, теряющийся в темноте - резко становятся такими неважными и далекими. Хисын не по милым вещам. Правда. Но Джейк это исключение из правил. Его хочется защищать и оберегать, сдувать каждую пылинку, гладить по голове, спрятать к себе в кармашек, хочется, чтобы он навсегда остался самим собой, не дать никому его изменить, и самому лишнего не сказать. Но сейчас он так близко, так по-особенному, нежно перебирает пальцами по его волосам, с обожанием смотрит глаза в глаза. И это последняя капля. - Можно я тебя поцелую? Это Джейк, поэтому он даже удивляется мило, широко раскрывая глаза и приподнимая брови. А Хисын видимо влюбленный дурак, раз почти и не сомневается в ответе. - Да. Наклоняясь, Хисын мягко целует Джейка. Он не напирает, терпеливо дожидаясь реакции, не слыша ничего, кроме своего бешено бьющегося сердца. Джейк замирает на секунду, но вскоре смелее отвечает на поцелуй, закрывая глаза. И насколько бы ни было привычно порой украдкой смотреть на его губы, чувствовать их - это по-новому, до искр из глаз приятнее. И от долгого ожидания и несказанных слов так страшно и радостно одновременно. Как и всегда бывает с Джейком - это сложно, он как непробиваемая стена и открытая книга, и вроде воздух такой чистый и свежий, но дыхание спирает, вроде лучшие друзья, но друзья так друг друга не любят. Но Хисыну нравится именно так. Определенно нравится. Все ещё на носочках, ладошками держась за плечи Хисына, Джейк шепчет ему на ухо, так близко, что можно почувствовать чужую улыбку: - Это нечестно. Вообще-то я первым в тебя влюбился. Хисын увереннее обхватывает любимую талию, притягивая ближе. Прохладный ночной ветер ерошит их волосы, унося все сложности и недосказанности прочь. - А я сильнее.